Маньяк всегда прав - Вячеслав Жуков

Начальник угрозыска майор Верин ликовал. Вызвал к себе в кабинет Камагина и Зуева.

– Вот что, ребята, – он положил обе ладони на увесистую папку с кипой бумаг уголовного дела по маньяку, – пора это дело закрывать. Возьмите справку из морга о смерти Топольского и давайте, списывайте.

Я сегодня разговаривал с начальником управления, он тоже так считает. Надо успокоить общественность. Дайте информацию в СМИ, что, так, мол, и так, – в ходе оперативно-разыскных мероприятий маньяк погиб. Повторяю, – особенно подчеркнуто сказал майор, – не человек, подозреваемый в убийствах женщин, а маньяк. Чтоб всем было все понятно. И так в городе черт знает что творится. Психологи заявляют, будто от этих художеств маньяка у многих слабонервных женщин началась истерия.

Молодой лейтенант улыбнулся. А Верин строго заметил на это:

– Ничего смешного не вижу, товарищ лейтенант.

– Так ведь есть одно обстоятельство… – начал было Камагин, но майор резко перебил:

– Какое еще обстоятельство? – с недовольством спросил он так, что Камагину расхотелось продолжать. – Чего еще откопали?

Капитан вздохнул. Раз начал говорить, пришлось продолжить:

– Пока ничего. Однако мы не можем найти медицинскую карту Топольского. В клинике ее нет.

– Дома поищите, – совет начальника вызвал улыбку у обоих оперов. Но они постарались, чтобы майор не заметил этого.

– Мы провели тщательный обыск и дома, – ответил лейтенант Зуев.

– Ну и чего?

– Не нашли, – на правах старшего заключил Камагин. – И с экспертизой не все ладно. Тело сгорело до костей.

– Не труп, а пепел, – пояснил Зуев. – За руку берешь, она рассыпается в прах.

– Но машина же Топольского! Сослуживцы по работе опознали машину. И труп опознали, – оговорился майор.

Камагин хмыкнул, и Верин тут же поправил себя:

– Ну, предположительно. Да вы поймите, сейчас в наших интересах погасить этот пожар с маньяком. Хватит разговоров. Пусть газетчики замолчат.

– Хорошо. Как скажете, – согласился с начальником Камагин.

Верину покладистость капитана не понравилась.

– Ну, а ты что предлагаешь? – спросил он.

– Подождать. И поработать еще по делу. Может, что-то прояснится.

– Ага, подождать? Пока с нас погоны снимут?!

– Ну, зачем же так? – возразил Камагин. Он знал: Верин – человек твердый, переубедить или отговорить его практически невозможно.

– Не можем мы ждать! Теперь, со смертью Топольского и этого немого, головы женщинам не отрезают. И слава богу! Значит, что? – майор поочередно взглянул на Камагина и на Зуева.

Оперы не ответили, и майор продолжил:

– Значит, наше предположение верное. Маньяк погиб в автомобильной катастрофе.

Капитан хотел возразить, но раздумал. «Да ну его к черту», – решил он и промолчал.

– А у нас без этого дел хватает. Вон, на Рублевском, опять поножовщина была. Рыночники вздумали бузу устроить. Так что хватит возиться, закрывайте дело, – и Верин хлопнул ладонью по папке с бумагами.

Этот жест Камагин воспринял как приказ вышестоящего начальника. Но когда вышли с Зуевым в коридор, он сказал лейтенанту:

– Ну и дурак.

Зуеву и так было понятно, кому предназначалась столь лестная похвала.

– Значит, все? – спросил он.

– Ну, ты же слышал, что он сказал, – ответил Камагин и свернул к железной двери с табличкой «Информационный отдел».

Зуев остался в коридоре.