Русалии - Ирина Яш

– На Петроградской.

Они рассмеялись.

– Да, Паша, все мы родом из детства, – она улыбалась, янтарные глаза лили свет и обещали бесконечную, вечную любовь.

– Что ж, милая, тогда давай так и поступим – сейчас прыгнем в метро и до Петроградки, да?

– Да.

…Они шли по Каменноостровскому, взявшись за руки, и целовались на каждом красном светофоре.

– Там, во дворе моя школа, – говорила Алекс.

– В этом доме жила девочка, за которой я пытался ухаживать в старших классах.

– Получилось?

– Нет, конечно…

Дошли до Петропавловской, Алекс потянула Макса вправо.

– А на тот берег? – удивился Макс.

– Не хочу по Троицкому, хочу по Дворцовому.

– Ладно.

Зашагали дальше.

– Паша, смотри, столики прямо на набережной! И Ростральные видно. Давай тут вина выпьем?

– Давай.

Они заказали два бокала белого ледяного вина и маленькие пирожные. Громыхнула пушка.

– Смотри, Саша! Туристы закрутили головами, а местные дружно смотрят на часы.

– Точно! – смеялась Алекс.

Посреди Дворцового моста Макс остановился, залюбовался:

– Наверное, лучший вид на всём белом свете! Небесная линия…

Алекс тянула за руку:

– Не люблю мосты. Высоко и Нева такая неуютная, даже летом!

Спустились на тротуар:

– На площадь или к Всаднику?

– К Всаднику.

Пошли направо.

– Мои места, – вздыхал Макс, – Детство, юность… Здесь было очень много хорошего.

Алекс посмотрела на него:

– Ты во всём видишь хорошее. Я хочу тоже так научиться!

– Я тебя научу. Нужно время. Выйдешь за меня?

– Выйду.

…Они шли по узенькой набережной канала, приходилось всё время расцепляться, чтоб пропускать встречных прохожих.

– Давай зайдём в Морской Собор?

– У меня платка нет.

– Подожди, – Макс побежал в магазинчик на другом берегу, вернулся через минуту, с тонким розовым шарфиком в руках, – Держи!

– Спасибо… Эти львы похожи на собак, мне они нравятся. И какими сильными нужно быть, чтоб держать в зубах мост!

– Я больше Грифонов люблю…

В соборе было темно и прохладно, Макс и Алекс притихли, зацепились указательными пальцами, ступали бесшумно, говорили шёпотом.

– Саша… Свечки ставить будем?

Она кивнула, зашептала:

– Купи мне две – одну за бабушки Шуры упокой, а вторую Богородице поставлю…

Макс купил свечей, тоже поставил за бабку с дедом, пошёл искать Алекс. Она стояла у большой иконы Божьей Матери, что-то шептала, потом обернулась на Макса, вытерла глаза.

– Почему ты плачешь?

– Так жалко её! Как же это страшно – родить ребёнка и знать наверняка, что он погибнет молодым и в страшных муках!

Макс спросил в самое ухо:

– Ты бы согласилась?

Алекс замотала головой, Макс кивнул:

– Я тоже. Наверное, в этом и подвиг и потому мы ставим свечи.

Он помолчал, перекрестился:

– Пойдём?

Они вышли в зелёный сквер, под яркое солнце. Алекс радостно выдохнула:

– Хорошо, что зашли! Так легко стало… Ты ходишь в церковь?

– Раз в год, на Пасху, – улыбнулся Макс.

– Я тоже очень редко. А Макарыч каждое воскресенье ходит. Без жены.

– Она католичка…

– Мариинка похожа на огромный торт. В богатом купеческом доме. Куда ты меня ведёшь?

– Ты устала?

– Немного. Есть хочу.

– Давай обойдём театр, я тебя на Семимостье поснимаю, а потом пойдём ужинать.

– Далеко? – она капризно скривила губы, Макс рассмеялся:

– Нет. У меня есть план!

… – Ну, давай ещё несколько кадров, пожалуйста, Саша!

Алекс улыбалась, свешивалась с перил, рассыпая над водой свои шёлковые волосы…

… – «Алгети»? – спросила Алекс, глядя на вывеску, – Мы идём в грузинский ресторан?

Макс кивнул.

– Ты знаешь это место?

– Да.

– Там всё занято, Паша…

Макс расправил плечи, театрально провёл ладонями по волосам:

– Павлу Максимову везде рады, детка!

Она весело фыркнула.

…Алекс подняла глаза от меню, спросила с улыбкой:

– Когда ты заказал столик?

– Вчера. Что ты будешь?

– Вот это мясо на углях и овощи.

– А пить?

– Цинандали.

…Они ели восхитительные пряные блюда, запивали их прохладным, как родниковая вода кавказских гор, вином, и поминутно брались за руки. Когда довольная Алекс отодвинула от себя пустую тарелку, подошёл их официант и поставил на стол два высоких бокала на тонких ножках. Она удивлённо выгнула брови:

– Шампанское?

Макс кивнул:

– Сейчас предложение буду делать.

– Ты двадцать раз уже сделал.

– Макарыч наставил меня на путь истинный… Подожди, – он достал из кармана брюк коробочку.

– А! – сказала Алекс, – То-то я думаю, почему ты весь день руку в кармане держишь!

– Ужасно боялся потерять… Я вот только не знаю, как нужно – сначала выпить и потом кольцо дарить или наоборот? Ты не знаешь?

Она пожала плечами:

– Понятия не имею.

– Давай тогда сразу, – он раскрыл коробочку и протянул её Алекс – в белоснежный бархат было воткнуто тонкое золотое кольцо с большим прозрачным камнем. Алекс ахнула.

– Ой, Паша… Это что, бриллиант что ли?!

– Конечно! – Макс надулся, – Или ты от меня бутылочное стекло ожидала получить?

Она рассмеялась:

– Ну, что ты… Поцелуй меня!

Они поцеловались, стукнулись шампанским.

– Но когда и где ты успел его купить?!

– Это не я. Андрей вчера с поминок поехал в город и купил.

– Он сел за руль после водки?

– Мила села.

– Сколько хлопот! – счастливо щебетала Алекс, любуясь кольцом на пальце, – Но как ты так точно угадал размер?

– Да это всё он, Макарыч… Помнишь, он тебе несколько раз руку на прощанье поцеловал?

Алекс открыла рот.

– И он вот так, с одного взгляда, определил размер?! – она засмеялась, – О боги! Сколько же у него было женщин!

– Он говорит, что всю жизнь шёл к одной, и, наконец, пришёл. Как и я. Выйдешь за меня?

– Выйду.

…Из ресторана Макс уходил с бутылкой вина под мышкой, Алекс звонко смеялась:

– Паша! Ты сумасшедший! Зачем ты купил ещё бутылку такого дорогого вина?

– Оно тебе понравилось.

– В магазине оно стоит в десять раз дешевле.

– Я не собираюсь мелочиться.

– Ты разошёлся не на шутку! – заливалась Алекс, – Кольцо, вино, дорогой ужин!

– Мне показалось, что ты довольна, нет?

– Ужин великолепный. Я и не помню, когда в последний раз так вкусно ела, но… ведь на эти деньги можно целый месяц жить!

Он обнял её, зашагал в ногу:

– Сегодня особенный день. Я не богач, но порадовать любимую женщину могу. Дела мои идут хорошо – щенки расписаны на год вперёд, порода который сезон на пике… Если ты захочешь, то сможешь не работать.

Она нахмурилась.

– Малышка, ты меня не поняла. Я не хочу запирать тебя в деревне, просто знай, что всё моё – твоё. Возьмём такси?

– Ты устал? Я хотела ещё немного погулять, такой чудесный вечер…

– Я готов бродить по городу до утра, как в юности! Но ты мне так и не сказала, где мы будем ночевать.

Она прищурилась:

– Сюрприз! Я бы хотела посмотреть на