Тайный детонатор - Владимир Васильевич Каржавин

— А как же Балашов? — спросил Сергей, охотно согласившись выпить ароматный напиток.

Среднего роста, чуть лысоватый, Банных за эти три месяца не изменился.

— Балашов? — он вопросительно глянул на Сергея. — В госпитале Балашов.

Дружинин не решился расспрашивать, но полковник пояснил сам:

— Сердце прихватило. Участие в войне бесследно не проходит.

Банных на минуту смолк, тяжело вздохнул. Видимо, и ему повоевать пришлось. Но уже в следующую минуту спросил:

— Как там в Краснодаре?

Дружинин помнил напутствие Царегородцева: «Что здесь узнал, держи при себе». Но рядом с ним был исполняющий обязанности начальника Управления, и Дружинин ограничился краткой информацией, что человек, подозреваемый во взрыве автобуса, арестован, но его психическое состояние не позволяет давать показания.

Банных хитро прищурился:

— Раз уж вы, Дружинин, здесь, значит, дело в Краснодаре схоже с нашим?

— Согласен с вами, товарищ полковник.

— Чем я вам могу помочь? — спросил Банных.

Дружинин ждал такого вопроса, поэтому ответ у него был готов:

— Первое. Мне нужно ознакомиться с материалами дела по взорванному трамваю.

— Предоставим.

— Мне нужен помощник, желательно с машиной.

— Найдем. Подполковник Дедюхин подойдет? Вы же однокашники с ним по училищу.

— Уже подполковник?

— Да, руководство пришло к выводу, что его группа сыграла решающую роль в деле «Взорванного трамвая».

«Только Дедюхи мне не хватало, — невесело подумал Сергей. — Будет он, подполковник, ходить в подручных у майора. Сделает все наоборот». Но Банных тут же оговорился:

— Хотя нет, отставить. Дедюхин через день уходит в отпуск.

— Вот если бы Минина из УВД, — обрадовался такому сообщению Сергей. — Мы с ним в марте хорошо сработались.

Банных покачал головой.

— Я УВД не командую. Минин там уже майор и начальник отдела. Хотя переговорю с руководством… А вот за автомобиль ручаюсь, даже с шофером.

— Очень хорошо. Я улицы еще плохо знаю.

Стала накатывать усталость. Глаза слипались. Сказались перелеты. Банных, как человек наблюдательный, это заметил:

— Много наездили?

Сергей очнулся.

— Многовато: Калининград — Москва, Москва — Краснодар, Краснодар — Москва, Москва — Челябинск.

— Да, прилично. Тогда идите и отдыхайте. Завтра с утра ознакомитесь с материалами дела. Дорогу к гостинице не забыли?

— Никак нет.

— Тогда всего доброго!

Сергей проснулся рано, но с чувством, что выспался после многочисленных перелетов. Сделал зарядку, побрился, умылся. Затем быстро с помощью кипятильника вскипятил воду, заварил чай, достал неизменные для условий командировки творожные сырки, хлеб и колбасу. Но едва приступил к трапезе, в комнату постучали.

— Войдите!

Дверь комнаты открылась, и на пороге показался Минин.

— Женя! — воскликнул Сергей, едва не уронив чашку.

Обнялись, словно товарищи по оружию.

— Как ты узнал, что я здесь? — удивился Дружинин.

— Все просто, — ответил Минин, усаживаясь на стул напротив. — Вчера перед уходом меня вызвал самый главный и говорит, что звонили из конторы, то есть от вас, просили меня в помощь на пару дней.

— И что?

— Я сразу же понял, что приехал ты. Но мой самый главный решил по-своему: помогай, но не в рабочее время. А у меня рабочее время с девяти утра до девяти вечера, а то и более.

— Ладно, не печалься. Как там у Высоцкого: «Жираф большой, ему видней».

— Не думал, что КГБ слушает Высоцкого.

— Слушаем, Женя, слушаем. Но об этом… — Сергей прижал палец к губам. Он поставил перед Мининым чашку: — Чай будешь?

— Спасибо, выпью, хотя я только что из дома, — поблагодарил Минин и достал из небольшой сумки полулитровую баночку. — Это тебе, башкирский…

Сергей окинул ее взглядом:

— Здорово! Теперь уже тебе спасибо. Откуда мед?

— У жены родственники в Башкирии живут.

Сергей разлил чай из чайника по чашкам.

— Присаживайся ближе. За чаем беседовать одно удовольствие.

Понимая, что Минин торопится на службу, Сергей кратко рассказал о событиях в Краснодаре, закончив словами, что и в разговоре с Банных:

— Считаю дело о взрыве в автобусе схожим с нашим.

Евгений на несколько секунд задумался. А потом уверенным голосом признался:

— Я, как и ты, не верил, что Крохмаль террорист-одиночка.

— Думаю, многие с этим были согласны, только не подавали виду.

Минин опять задумался, затем проговорил:

— Слушай, а почему ты все-таки решил, что за спиной этого главы… этой… как ее… — “Лиги”

— Называется «Лига низкорослых людей».

— Вот-вот… Почему решил, что за спиной главы лиги кто-то стоит?

— Порох, Женя, порох. У Ходынского на квартире при обыске были обнаружены различные типы взрывчатки. А вот пороха не было.

— Логично.

Сергей поднялся, достал из большой спортивной сумки, с которой приехал, металлическую коробочку:

— Немного позабавлю тебя, — он раскрыл коробочку. — Вот этот обгорелый кусочек жести — часть банки, в которой в Краснодаре был заложен порох и поражающие элементы. Помнишь, я оставил тебе нечто похожее — такой же кусочек жестяной банки после взрыва в трамвае?

Вместо ответа Минин достал из кармана небольшой сверток из плотной вощеной бумаги. Развернул:

— Этот?

— Точно, этот. Молодец, что сохранил. Наверняка тоже из-под кофе.

Взгляд Евгения Минина был загадочный и лукавый:

— А теперь я тебя позабавлю. Тот осколок, который ты мне оставил, не от кофейной банки, а из-под какао, ориентировочно какао «Золотой ярлык» или «Серебряный ярлык».

— Что-о-о? Какао, насколько мне известно, пакуют в обычные картонные коробочки.

— Да, но бывают исключения. В общем, у тебя есть поле деятельности. Копай!

Сергей удивленно глядел то на Минина, то на осколки. Два обгорелых кусочка жести были очень похожи.

— Как удалось установить, что банка со взрывчаткой была из-под какао?

— Эксперт докопался. Есть у нас в научно-техническом отделе один старичок, кандидат наук, профессионал до мозга костей. Начинал еще при нэпе. Физико-химические методы анализа — его конек. Я не силен в этих вопросах, но кое-что уразумел. И молотый кофе, и порошок какао содержат различные микроэлементы, частично одинаковые, типа калия, магния, марганеца, а частично разные. Например, кофе не содержит меди и молибдена, в отличие от какао. А именно элементы тугоплавких металлов молибдена и меди обнаружил на обрывке жести наш специалист. Но и это еще не все. Какао в основном хранят в картонных коробках, а кофе в жестяных банках, потому что молотый кофе боится влаги. В результате пищевая жесть в банках «Золотой ярлык» на пять десятых тоньше, чем в банках из-под кофе.

Сергей с интересом слушал. А когда Минин закончил, протянул ему свою металлическую коробочку.

— Слушай, а для моего кусочка твой кандидат наук не сможет провести такой же анализ?

— Да не вопрос. Если я попрошу, сделает за пару дней. Методика анализа отработана.

Заранее поблагодарив, Сергей вспомнил:

— А насчет биографии