Фуриозо - Карин Эдстрем

— Ничего себе!

— Ой, прекрати! Разве не видишь, что она до сих пор тебя любит? И с ума сойдет, если ты поддашься на ее флирт, а потом бросишь. Раскрой глаза!

— С Анной меня ничего не связывает, она — давнее прошлое. Кстати, это ей хорошо известно, и она не строит иллюзий. В этом нет никаких сомнений. Да, Анна флиртует со мной, а я подыгрываю — такая вот манера общения. Это ничего не значит. По крайней мере, с моей стороны.

Их глаза привыкли к темноте в гостиной. Оба знали, что с улицы ничего не видно. Столько лет они скрывали свою связь и столько раз устраивали любовные свидания на Свальшере, что знали самые тайные и безопасные места и время. Хелена откинула голову на грудь Рауля.

— Ты женат. Как ты можешь так поступать?

— К старости ты становишься моралисткой. Забыла, что сама замужем? Раньше тебе это не мешало, — усмехнулся Рауль. — А мой брак обречен, я уже поручил адвокату подготовить бумаги на развод. Их нужно только подписать.

Рауль поймал себя на том, что оправдывается. Хелене всегда удавалось заставить его чувствовать неловкость, а это вынуждало его снова и снова демонстрировать свою власть над ней. Рауль прошептал:

— Я уловил нотки ревности в твоем голосе. Так?

Хелена вместо ответа попыталась вырваться, но Рауль сильнее прижал ее к себе.

— Признайся, ты хочешь за меня замуж! Ты, я, вилла, «вольво» и куча ребятишек. Именно об этом ты и мечтаешь.

Он ожидал услышать едкий ответ, но Хелена молчала и не пыталась вырваться из объятий. Рауля поразило новое это качество — беспомощность, а еще — потребность в нежности. Куда же подевались острословие и едкий юмор? Он знал: Хелена умна, у нее всегда готов ответ на любой вопрос. Соперничество в искусстве словесной перепалки каждый раз заканчивалось для Рауля провалом: он не мог найти подходящих слов, чтобы достойно ответить на остроумные выпады. И вот Хелена вдруг открылась с новой — так некогда желанной — стороны: нежность и женская беспомощность. Впервые Раулю показалось, что он способен понять Хелену. Как человек человека. И — покорить ее, сломить, образно говоря, двумя пальцами. Наконец-то эта гордячка в его руках! Но победа, которой он добивался столько лет, не радовала.

Что за извращенная жажда ненависти заставляла его пытаться покорить эту женщину? Унижение для них обоих, и больше ничего. И как сильно он любит Хелену такой, какая она в действительности: нежная и беспомощная. Нет, любит — это не совсем удачное слово. Любовь он испытывает к другой женщине. Но Хелена тоже нужна, как воздух: без нее жить невозможно. Как все усложняется! А ведь он решил, что отныне будет честным с окружающими людьми.

— Прости, Хелена, я сказал, не подумав.

— Так больше не может продолжаться! Есть вещи, о которых ты не знаешь. Я боялась тебе сказать. Но видимо, время пришло. Я должна тебе рассказать… — Хелена почувствовала, что дрожит. Рауль провел кончиками пальцев по ее губам, и она поцеловала каждый палец. — Нам нужно серьезно поговорить, Рауль.

Покрывая легкими поцелуями ее щеку, Рауль прошептал:

— Да, нужно.

— Вчера, когда мы сидели вдвоем в гостиной, я подумала, что аллергический приступ нас сблизил. Критическая ситуация: на весах жизнь и смерть. Появилось ощущение, что мы перешли на новый уровень отношений, не имеющий ничего общего с тем, что было раньше.

— Я чувствую то же самое, — ответил Рауль осторожно и после небольшой паузы добавил: — Моя жизнь скоро изменится. Последние дни действительно стали поворотным моментом. Если бы ты только знала, как я мечтаю о спокойной, счастливой жизни. — Рауль усмехнулся и смущенно спросил: — Ты мне не веришь? Но я хотел бы жить спокойной и скучной повседневной жизнью с любимой женщиной. Я мечтаю о стабильном браке, о детях, о доме… обо всем, что у тебя уже есть.

— Ты серьезно, Рауль? Ты и вправду этого хочешь?

Хелена вглядывалась в его лицо: каждую складочку, каждую морщинку она знала наизусть и все равно не могла налюбоваться. Лицо любимого — подтверждение того, что она всегда знала в глубине души, от чего зависело ее будущее. Рано или поздно Рауль узнает правду.

Он погладил Хелену по щеке, и она смущенно отвела глаза. Растроганный тем, что Хелена наконец открыла свои истинные чувства, Рауль обнял ее.

— Рауль, — с бьющимся сердцем начала Хелена, — ты, конечно, разозлишься, когда узнаешь…

— Да с чего мне злиться? Рассказывай. Лучше обсудить старые обиды сейчас, чтобы не вспоминать о них в будущем.

Хелена хотела сделать глубокий вдох, но в кольце рук Рауля это не получилось. Возникшее чувство несвободы напомнило: оба в опасной близости от правды. В душу вкралась неуверенность.

— Это касается моей семьи. Знаю, ты недолюбливаешь Мартина, но…

— Мартин тебя не заслуживает, — перебил ее Рауль.

Зачем он это сказал? Ведь собирался сегодня говорить с Хеленой о другом! Пусть он не хочет больше любовных отношений с этой женщиной, но неприятно думать, что кто-то другой будет ее касаться. Хотя бы даже собственный муж. Что поделать, у него сильно развито чувство собственничества.

Рауль приказал себе сосредоточиться. Важно в таком разговоре взять на себя инициативу. Но с чего начать?

— Но ты права, Хелена, семья это очень важно. И я хочу узнать твою семью лучше.

— Правда?

Сердце Хелены готово было выпрыгнуть из груди. Какой неожиданный поворот!

— Да. Я уже познакомился с твоей сестрой. Почему бы не продолжить?

— Каролина? — Хелена рассмеялась. — Она принадлежит к безумной части нашей семьи, но остальные родственники много спокойнее. Не обращай внимания.

Рауль задержал дыхание.

— Мне кажется, у Каролины много достоинств. Она очаровательная девушка.

Раулю показалось, что тело Хелены напряглось помимо ее воли. Но отступать от задуманного он не хотел.

— Вы такие разные, Хелена. Но обе — потрясающие. Мне повезло, что я с вами познакомился.

— Она на двадцать лет моложе тебя. Хватит пускать слюнки, — пошутила Хелена. — Будь осторожен с Каролиной: эта девушка способна на все что угодно.

Рауль рассмеялся:

— Каролина — очень чувствительная. Она хочет казаться сильной, но под вызывающим поведением скрывается неуверенность.

— Поразительно, что ты это заметил, вы же все время ссоритесь. — Хелена потерлась щекой о его щеку. — Прости, Рауль.

Я относилась к тебе несправедливо. Потребовалось столько лет, чтобы научиться понимать друг друга! А что касается Каролины, то ей недостает в жизни стабильности. И если ты захочешь стать ее другом, я буду только рада.

Рауль почувствовал облегчение и заликовал: все получилось намного проще, чем он предполагал.

— Как приятно говорить с тобой по душам, Хелена. Я не знал, как рассказать тебе, что переживаю сейчас, о своих чувствах, но, кажется, зря волновался. Ты умная женщина, Хелена, и все поняла раньше меня. Очень ценю это. Знаешь, после всех лет нашей близости расставаться с тобой навсегда тяжело. Да и нужно ли? — Рауль сузил глаза, как он делал в моменты напряженного размышления. — Когда находишь то, что искал долгие годы, когда появляется возможность выбирать, то доверяешь интуиции, что и как делать. Никогда еще я не чувствовал себя таким живым, как сейчас. Никогда не испытывал таких сильных чувств к женщине. Никогда так не был уверен, что поступаю правильно. Но я все еще поверить не могу, что на меня обрушилось столько счастья!