Отдайте ее мне! - Ольга Авдеенко

Патрисия рассмеялась. Найт недобро прищурился:

— Вы смеетесь? Это хорошо. Значит, плакать больше не будете. Тогда я вам повторю: мисс Кроуфорд, не играйте в сыщика! Да, однажды вы и ваш дядя мне помогли, и я, разумеется, вам обоим очень признателен и никогда этого не забуду. В этот раз я обратился к сэру Уильяму за советом, но это вовсе не означало, что вам, мисс, позволено вести самостоятельные розыски. Я этого не потерплю. Вы понимаете, что ваша деятельность, в равной степени бурная и неразумная, едва не стоила вам жизни?

— Да, я понимаю, — тихо сказала девушка.

— Обещайте: если мы когда-нибудь еще встретимся, вы не станете мешать мне вести расследование!

— Обещаю. Только, пожалуйста, не сердитесь!

Ее жалостливая покорность погасила у инспектора желание продолжать грозные наставления. Тут в помещение влетел, подтверждая свой чемпионский титул по бегу, констебль Лейтон с двумя бумажными пакетами в руках — большим и маленьким.

Найт вытащил из большого пакета нож Билла Робсона (Патрисия содрогнулась) и положил его на лист чистой бумаги. Затем вытряхнул из другого пакета крохотный металлический кусочек, приложил его к кончику лезвия ножа и стал рассматривать место соединения через лупу. К его голове немедленно примкнули почти вплотную еще две. Через несколько секунд инспектор с удовлетворенной улыбкой отодвинулся и передал лупу своему помощнику. Тот посмотрел и просиял:

— Совпадает! Сэр, Билл Робсон наш!

Патрисия нетерпеливо отобрала у него лупу: маленький осколок идеально подходил к обломанному кончику лезвия.

— И что это значит, инспектор? — спросила девушка.

— Я расскажу вам по дороге. Мы с мисс Кроуфорд уходим, Лейтон. А вы ступайте отдыхать.

— Сэр, вы не будете допрашивать Робсона? — удивился стажер.

Найт покачал головой:

— Завтра. Мне нужно подумать.

Выходя из комнаты, Патрисия услышала, как инспектор тихо говорит своему помощнику:

— Не обижайтесь на меня, Лейтон. Я просто хотел вас предостеречь: ко всем без исключения подозреваемым и свидетелям следует относиться непредвзято. Я сам когда-то едва не провалил одно дело, поддавшись личной симпатии.

— Вот как? — живо заинтересовался стажер. — Это была женщина?

— Да. Милейшая старушка, которая угощала неугодных соседей булочками с мышьяком.

Когда инспектор Найт и Патрисия вышли на улицу Уайтхолл, девушка с удивлением обнаружила, что уже начало темнеть. Найт неуверенно сказал:

— Хотел предложить вам пройтись пешком, немного проветрить голову. Только ваш дядя, наверное, уже беспокоится.

Он вопросительно посмотрел на девушку.

— Пойдемте пешком, — согласилась та.

— Кэб будет быстрее.

— Вряд ли намного! А дядя беспокоится уже давно, так что лишние четверть часа ничего не решат.

Инспектора такой довод позабавил, но он ничего не сказал и зашагал по улице. Патрисия нарочно выбрала более медленный способ передвижения: она надеялась, что Найт по дороге будет делиться с ней своими мыслями. Однако тот молчал и только смотрел сосредоточенно вперед или под ноги. Девушку это задело: зачем тогда он вызвался ее провожать? И почему не рассказывает о ноже, как сам обещал? Интересно: он что, совсем не замечает ее присутствия? На площади Пикадилли Патрисия притворилась, будто собирается броситься под омнибус. Однако маневр не сработал — Найт удержал ее, пробормотав: «Осторожно!», но продолжал хранить молчание весь остаток пути.

Возле дома на Гросвенор-стрит Найт собрался было попрощаться, но девушка чуть ли не силой затащила его внутрь. Она сказала, что инспектор обязан официально заявить ее дяде: она явилась домой так поздно, потому что оказывала помощь полиции.

Увидев племянницу в сопровождении инспектора Найта, сэр Уильям облегченно вздохнул:

— Воистину: если вы что-то потеряли, обратитесь в полицию! Где вы ее обнаружили, инспектор? Кто-то сдал ее в ваше бюро находок?

— А вот и нет! — с обидой возразила Патрисия. — Я помогала полиции поймать опаснейшего преступника!

— Надеюсь, полиции это удалось, несмотря на твои действия.

— Ты мне не веришь! Инспектор, подтвердите!

— Мисс Кроуфорд, вы мне обещали…

— Да, да, я помню! Но ведь обещание касается будущего, а не прошлого!

Сэр Уильям замахал руками:

— Ничего не желаю слушать! По крайней мере, сейчас: обед стынет. Инспектор, вы, конечно, присоединитесь к нам? Предупреждаю, — он сурово насупил брови: — отказа я не приму. Уверен, вы оба целый день ничего не ели. Я и сам, пока ждал мою неуемную племянницу, чрезвычайно проголодался. А в таком состоянии я крайне несговорчив.

— Это правда, — подтвердила Патрисия, с улыбкой глядя на смутившегося инспектора.

— Сдаюсь! — сказал тот.

— Вот и прекрасно, — заключил сэр Уильям. — Миллер, принесите еще один прибор.

— Конечно, сэр, — очнулся застывший в дверях слуга.

— Дорогая, тебе хватит четверти часа, чтобы привести себя в порядок?.. А мы с инспектором тем временем выпьем по стаканчику хереса и обсудим животрепещущие вопросы погоды и состояния дорог.

Отобедав седлом барашка с молодым картофелем и маринованными овощами, все трое перешли в гостиную. Сэр Уильям, с благодушным видом откинувшись в мягком кресле, предложил инспектору Найту и племяннице рассказать об их сегодняшних приключениях. Он внимательно выслушал обе стороны. Изложение инспектора было кратким и четким, речь Патрисии — взволнованной и сбивчивой.

— Дорогая, это уже чересчур! — упрекнул сэр Уильям племянницу. — Даже невинный поход в издательство ты умудрилась превратить бог знает во что! Боюсь, что с этого дня я буду вынужден ограничить твои самостоятельные передвижения по городу.

— Мисс Кроуфорд вела себя очень смело, — заметил Найт.

Патрисии польстило, что инспектор ее похвалил. Правда, он тут же все испортил, добавив:

— Но вы правы, сэр: ограничения необходимы.

— А как же занятия в Школе, дядя? — запротестовала девушка, возмущенная этим внезапно возникшим союзом, направленным против нее.

— Тебя будет сопровождать Джон.

— А благотворительный вечер у мистера Саттерфилда?

— Там ты будешь под моим присмотром. Кроме того, ты должна обещать, что никогда больше не станешь вмешиваться в дела полиции.

Поняв, что дядюшка не шутит, Патрисия присмирела. Она покорно дала обещание, тихо отошла к бюро, взяла лист бумаги и принялась рисовать чертиков. Одни чертики как-то сами собой получались похожими на ее дядю, другие — на инспектора Найта.

Тем временем сэр Уильям, бросив на инспектора проницательный взгляд, спросил:

— Я не ошибусь, если скажу, что вы не до конца удовлетворены результатами расследования?

— Не ошибетесь, сэр, — согласился Найт.

— И, думаю, дело не только в том, что драгоценная шкатулка не найдена?

— Совершенно верно, сэр.

— Что же еще вас беспокоит?

— Мне до сих пор не ясен один вопрос… Я полагаю, что в этой истории замешано некое влиятельное лицо, которое не так просто будет привлечь к ответственности.

— Но ведь вы не боитесь трудностей? — подмигнул сэр Уильям.

— Вроде бы