Потайной ход - Фергюс Хьюм

– Так вы ее тетка?

– Конечно. Но я не афиширую наше родство, поскольку я не одобряю азартных игр. Конечно, бедняжка прикована к постели и должна чем-то развлекаться. Но все равно – игра по высоким ставкам против моих принципов. Но раз меня спрашивают, то я не отказываюсь от родства. Теперь вы понимаете, почему я похожа на Маракито?

– Понимаю, – не сразу ответил Дженнингс. – Вы родом из Испании?

– Мы испанские евреи. Я еврейка, как и Маракито.

– Вы говорите по-испански?

– Да. Вы хотите поговорить со мной?

– Увы, я не знаю языка, – ответил Дженнингс, искренне об этом сожалея. – А ваша племянница?

– Нет. Она выросла в Англии.

– Тогда ей надо бы спросить у вас, мужское у нее имя или женское, миссис Херн.

Пожилая леди насторожилась.

– Вы о чем?

– Имя сеньоры Гредос должно было бы звучать как Маракита, а не Маракито.

– Действительно. Я просто никогда об этом не задумывалась. Я скажу ей, если вы не против. Я уже сказала, что она не говорит по-испански. Она всегда вела странную жизнь. Одно время она хотела танцевать и взяла себе имя Селестина Дюран. Училась у профессора танцев по имени Ле Боу, он живет в Пимлико. Но во время учебы она поскользнулась на улице и стала инвалидом.

Миссис Херн говорила откровенно и правдиво, судя по тому, что она подтверждала слова лорда Карэнби и Ле Боу.

– Полагаю, ее девичья фамилия Сол, – сказал Дженнингс, думая, что миссис Херн немедленно опровергнет его слова.

К его удивлению, она не сделала ничего подобного.

– Моя девичья фамилия – Сол, – серьезно сказала она. – Но поскольку Маракито – дочь моего несчастного брата, ее настоящая фамилия такая же. Это ее девичья фамилия, сами понимаете. Я не знаю, как вы это узнали, но…

– Лорд Карэнби нанес визит в салон Маракито и понял, что она – Сол по сходству с Эмилией…

– …которую он любил, – закончила миссис Херн, складывая руки. – Я хорошо знаю эту печальную историю. Эмилия была моей сестрой.

– Лорд Карэнби никогда не рассказывал мне, что у Эмилии была сестра, – сказал Дженнингс.

– Лорд Карэнби не знал всей истории моей семьи.

– Кроме того, что печаталось в газетах, – вставил детектив.

Землистые щеки миссис Херн вспыхнули.

– С вашей стороны не слишком вежливо напоминать о несчастьях моей семьи, – сказала она. – Моим матери и брату не повезло. Они были неповинны в фальшивомонетничестве. Их оклеветал враг.

– Улики были прямыми, миссис Херн.

– Ах! – воскликнула она. – Вы смотрели это дело! Зачем?

– По словам лорда Карэнби…

– Он не имел права ничего рассказывать, – с чувством воскликнула миссис Херн, вскакивая. – Он любил мою сестру, а она погибла в том ужасном доме. Я была в то время за границей, я только что вышла замуж. Мой отец был ювелиром. Когда случилась беда, мы разорвали отношения с семьей. Только в последние годы я познакомилась с Маракито, когда она пришла ко мне просить о помощи. Ее отец умер, а у нее не было денег. Я помогла ей оплачивать уроки танца…

– О, – сказал Дженнингс, вспомнив о фальшивой монете. – Так это вы платили.

– А у вас есть возражения? – надменно спросила она.

– Нет-нет! Я просто восхищаюсь вашей щедростью.

– Я не могла позволить моей племяннице голодать. Я помогла ей, а потом был тот несчастный случай. Потом…

– Вы помогли ей открыть тот карточный салон.

– Ни в коем случае. Это мистер Хэйл нашел для этого деньги. Он влюблен в Маракито. Но вы понимаете, почему я не афиширую родства с ней. Прошлое нашей семьи слишком болезненно. Я познакомилась с мисс Лоах через миссис Октагон – тогда еще жену мистера Сэксона, – когда поехала разбираться со смертью моей сестры. Я полюбила мисс Лоах и часто приходила к ней. Теперь, когда она мертва, я уеду из Англии. Я намерена отбыть на следующей неделе, и больше вы меня не увидите. Вот почему я дала вам шанс задать мне ваши вопросы.

– Я очень вам обязан, – сказал Дженнингс, полностью поверив ей, поскольку она так искренне говорила. – Но Маракито любит Хэйла?

– Нет. Она любит мистера Мэллоу, племянника лорда Карэнби.

– У нее есть соперница в лице мисс Сэксон, – сказал детектив.

Миссис Херн покраснела.

– У моей племянницы нет соперниц, – гордо сказала она. – Мисс Сэксон никогда не станет женой мистера Мэллоу.

Дженнингс пожал плечами.

– Не вижу, как она сможет этому помешать.

– Сможет. Мать мисс Сэксон на ее стороне!

– А! Я что-то такое и предполагал.

– Послушайте меня! – воскликнула миссис Херн, жестом заставляя его умолкнуть. – Бэзил Сэксон любит Маракито, а она способна обвести этого дурачка вокруг пальца. Она согласна отпустить его, если миссис Октагон расстроит этот абсурдный брак.

– Что она и сделала.

– И будет продолжать делать, – решительно сказала миссис Херн. – Мать не желает, чтобы Бэзил женился на моей племяннице, хотя она не хуже их, если не лучше.

– Что же, – протянул Дженнингс, вставая, – теперь я понимаю причину действий миссис Октагон. Тут уж ничего не скажешь.

– У вас есть еще вопросы ко мне? Не забывайте – через неделю я уезжаю за границу. Больше мы никогда не увидимся.

– Думаю, я уже обо всем вас расспросил. Кстати, – Дженнингс вертел шляпу двумя пальцами, – полагаю, недуг вашей племянницы неизлечим?

– До последнего времени она так считала. Но она проконсультировалась со специалистом, который сказал ей, что через несколько месяцев она сможет ходить.

– Полагаю, что поскольку она составила состояние в игральном салоне Хэйла, она из благодарности выйдет за него замуж.

– Она выйдет замуж за Мэллоу, – сказала миссис Херн, жестко поджимая губы.

– Лорд Карэнби может быть против.

– Его возражения преодолимы, – ответила она с лукавой улыбкой.

– Каким образом? Я не любопытен, но…

– У меня есть собственное мнение на этот счет, мистер Дженнингс.

– Но я хотел бы знать, как можно преодолеть твердые возражения такого упрямого старика, как Карэнби.

– Вы хотите слишком много знать, – рассмеялась миссис Херн, выходя на середину комнаты. – Я не скажу вам. Но если вы в хороших отношениях с мисс Сэксон, скажите ей, чтобы она рассталась с мистером Мэллоу. Иначе…

– Иначе? – отозвался Дженнингс, желая узнать, почему она замолчала.

– Она потеряет самое дорогое в жизни.

– Хм. Не понимаю, что это может быть. Может, вам лучше пригрозить мисс Сэксон лично, миссис Херн?