Картер Рид - Тиджан

– Пойду ради тебя.

– И ради него, – она зашептала в трубку. – Даже если ты злишься, только представь горячий секс. Он – просто великолепный экземпляр, Эмма. Я знаю, я должна его ненавидеть. И ненавидела, но его сексуальность отрицать невозможно. Если бы я не настолько привыкла к Ною и его привлекательности, я бы отреагировала так же, как Эллисон. Хорошо, что у меня выработан иммунитет, да?

– Ты ужасна.

Она засмеялась:

– Просто счастлива, что ты снова в строю. Ной уже сказал, что собирается повысить нас обеих. Он не хочет, чтобы мистер Хадсон участвовал в этом проекте, поэтому он поставит тебя над ним. Мистер Хадсон будет твоим ассистентом. Теперь ты руководитель по продвижению проектов. Поздравляю!

– Что?

На том конце послышалось ворчание, и она выпалила:

– Просто. Я не должна была рассказывать. Это должно было стать сюрпризом. Оденься посексуальнее. Сегодня будет весело, обещаю!

Потом я услышала, как она говорит:

– Заткнись, Ной. Если бы я не сказала, она могла вообще не прийти… Мне плевать… – ее голос стал четче. – Увидимся позже, Эмма. До вечера!

Вскоре мой телефон снова ожил. На этот раз звонил Картер.

– Звонишь, чтобы уменьшить ущерб?

Он вздохнул:

– Нет, но теперь да. Ты злишься?

– Ты сидел с ней рядом?

– Я в хвостовой части самолета. Они в передней.

– Но как же ты…

– С ее стороны работал интерком. Я слышал все, что она тебе сказала.

Ему даже не было стыдно.

– Ты подслушивал.

– Да. И сделаю это снова и снова, если дело касается тебя. Похоже, ты и не представляешь, насколько далеко я готов ради тебя зайти.

Я замолчала и откинулась на спинку сиденья.

– Ты был в Нью-Йорке не ради меня.

– Да, но я был ради тебя в Чикаго. Я заехал сегодня в Нью-Йорк для друга, который когда-то давно попросил меня вложиться в его отель, чтобы воплотить свой замысел. Это было хорошее предложение, и я инвестировал. С моей стороны, это оказалось разумно – одно из первых решений, которое я принял сам, независимо от тех, с кем ассоциируется моя репутация. Это решение и эти деньги позволили мне двигаться дальше, и я очень близок к полной независимости от предыдущих партнеров. Понимаешь?

Я сглотнула. О да. Понимаю. Я вдруг почувствовала себя голодным человеком, получившим первый кусок еды за неделю. Мне хотелось еще.

– Ты возвращаешься с ними?

– Возвращаюсь прямо к тебе.

Во мне вспыхнула страсть. Пламя превратилось в пожар.

– Поторопись.

– Ага, – в его голосе звучало желание. У меня перехватило дух. – Все еще сердишься?

Я поморщилась:

– На самом деле я и не сердилась.

– Хорошо.

Я глянула на Майка, который так старательно изучал вид за окном, что я поняла: ему неловко от нашей интимной беседы. Я понизила голос:

– Мне будет что рассказать тебе, когда вернешься.

Поколебавшись, он ответил хрипловатым голосом:

– Мне тоже.

Сердце екнуло. Рука с телефоном вспотела.

– Договорились.

Он хихикнул:

– Договорились.

– Это из-за тебя меня отстранили от проекта?

– Да.

– Почему?

– Это небезопасно. Я не хотел, чтобы ты ехала в Нью-Йорк, не сейчас. К тому же это не этично. Ною не следовало включать тебя в команду. Он знал, что я в совете. Знал о моих отношениях с тобой. Он пытался мной манипулировать.

Я снова пришла в замешательство.

– О чем ты? Он боялся, что ты не утвердишь продукт?

– Да. У моих предыдущих компаньонов есть конкурирующий бренд.

– Но ты утвердил его?

– Конечно.

Голова шла кругом.

– Я не понимаю.

Он снова усмехнулся:

– Это предлог, чтобы уйти от другого продукта.

У меня перехватило дух.

– Они позволят тебе… Уйти?

– Да. Я очень хорошо на них поработал. Они знали, что я давно хочу отделиться, и на прошлой неделе я застраховал их риски. Я выполнил обязательства перед семьей.

– То есть…

Быть не может. Люди не уходят из такой жизни.

– Да, Эмма. Теперь я свободен.

Я потеряла дар речи. Из глаз потекли слезы, и я вцепилась в трубку, словно от нее зависела моя жизнь.

– Эмма.

– Да? – пролепетала я.

Он заговорил еще тише.

– Хорошая новость, да?

– Да, – выдохнула я. – Отличная.

– Хорошо, – он ненадолго умолк. – Мы почти добрались. Скоро буду дома.

Я не могла ничего ответить. Следовало попрощаться или пожелать доброго пути, хоть что-то, но его слова размазали меня, словно грузовик. Я пыталась осознать, что это значит для нас обоих.