Забытый аромат - Елена Дорош

– На тумбочку!

– Не залезет.

Серафима подошла к нему совсем близко и потянула за рукав.

– Миша, посмотри на меня. Что случилось?

От ее прикосновения он как будто немного пришел в себя.

– Все сходится, Сим. Тот человек… Это был Малафеев. Он забрал Димку.

– Я ничего не понимаю. Зачем?

– Не знаю.

– Тогда почему ты уверен, что это он?

– Больше некому. Он следил за домом с того раза. Выждал момент, когда меня не было, и забрал ребенка. Никогда себе не прощу, что оставил сына одного.

– Я тоже.

– Ты ни при чем, не усугубляй.

– Ты из-за меня поехал. Это я виновата.

– Ты не просила. Я сам. И давай не будем об этом сейчас.

Он быстро прижал ее и сразу отпустил.

– Миш, я все равно ничего не понимаю.

Михаил посмотрел на нее внимательнее и вдруг понял, что не может уйти просто так. Она – часть его, поэтому отстраниться и оставить ее одну, ничего не объясняя, никак нельзя.

– Малафеев был моим другом. К нему ушла Алла.

– Я знаю. Но при чем тут Димка? Или ты не отдавал его, поэтому…

– Они сами не хотели его брать. Даже когда я в больничке валялся, Алла не появилась.

– Наверное, она не знала просто, что с тобой беда случилась.

– Знала.

– Ну хорошо. Был не нужен, теперь стал нужен. Зачем воровать? Неужели нельзя было договориться?

– Можно. Только дело не в Димке.

– А в ком?

– Во мне. Мне досталась Алла. Он ее увел. Я выиграл Чемпионат мира и собирался выигрывать дальше. Он сделал меня инвалидом. У меня есть сын. У него – нет. Он решил, что должен забрать и его.

– Господи, за что он тебя так ненавидит?

– Я думал об этом. Мне кажется, он всегда хотел быть мною. И вот: решил стать.

– Хрень какая! Как можно стать тобой? Отобрать у тебя и присвоить себе? Но это невозможно! Сын все равно останется твоим! И если бы Алла решила его забрать, то суд, возможно, встал бы на ее сторону!

– Вот поэтому он иначе действует. Забрать по закону – это не то. Ему нужно меня уничтожить. Что за отец, который позволил украсть ребенка?

– Миша! Это твои домыслы и только! Надо подключить полицию! Сначала найти Димку, а уж потом разбираться со всем остальным!

– Полиция – это долго, Сима. Я найду их быстрее.

– Хочешь сказать, что знаешь, куда поехал Малафеев?

– Он живет в Норвегии. Сейчас остался не у дел. Контракт с ним не продлили, но возвращаться он не собирался. Тренирует в каком-то местном клубе. Алла с ним.

– У него все плохо?

Михаил потер лицо обеими руками.

– Не знаю. Не интересовался.

– Да чего тут интересоваться? Раз решился на этот… самый… как его…

– Киднеппинг, хочешь сказать?

– Да, хочу. Ведь не важно, что Алла – мать, и все такое. Ребенка увезли насильно.

– Димке могли сказать, что они поедут к папе. И потом, факт, что его увезли насильно, еще надо доказать.

– Миша! Его ночью увезли!

Княжич поднял сумку.

– Все, Рыжуха. Остаешься за старшую.

У Серафимы брызнули слезы.

– Я с тобой поеду!

– Ты мне ничем не поможешь…

Он запнулся и поправился:

– Ты мне очень поможешь, если будешь на связи. Возвращайся домой и не выпускай телефон из рук. Если что, сразу звони.

И подтолкнул ее к двери.

– Все. Пошли.

Серафима вцепилась в его рукав.

– Но ты так и не объяснил, где будешь ловить этого Малафеева.

– Ему негде прятать Димку в России. Он попытается его вывезти.

– Фигня! С чужим ребенком не выпустят!

– Его – нет, а Аллу – да.

– Боже, я совсем о ней забыла! Выходит, они вместе все провернули! Она и сейчас с ним?

– Вряд ли. Скорее всего, ждет в аэропорту.

– Вот гадина! Еще матерью называется!

– Рудик мог ее заставить.

– И что это меняет? – сразу взбеленилась Серафима.

– Ты права. Сейчас это уже не важно.

– Он же поймет, что ты будешь искать их в аэропорту!

– Конечно, поймет, поэтому улетать они будут не из Питера.

– Из Москвы?

– Надеюсь.

– А если все-таки из Питера, и они уже в самолете?

– Здесь их перехватят без меня.

– Кто?

– У меня друг в Пулково работает, уже подключился.

– А в Москву он может сообщить?

– Официально – нет.

– Там же аэропортов до фига!

– Поэтому я должен найти Малафеева до того, как он попадет в аэропорт.

– Но как? Он же уже часа три-четыре, как едет.

– Ну и что.

– Миша!

– Сима! Не истери, прошу тебя. Я проверил. Он прихватил Димкину куртку. Ребенок в пижаме вызовет подозрения, поэтому Рудик взял ветровку. В нее вшит маячок.

– Какой еще маячок?

– Самый простой. К моему телефону подключен. Я могу узнать, где Димка. Я не всегда могу его с собой брать, вот мой кореш из нашей автомастерской и придумал. Если Малафеев не потеряет куртку, я не потеряю Димку.

– И где они сейчас?

– На трассе.

– Платной?

– Нет. Светиться Малафееву ни к чему. Едут не очень быстро, поэтому у меня есть шанс.

– Ты поедешь по платной?

– И перехвачу там, где настигну.

– Зачем же ты в Пулково звонил?

– Не надо исключать эту возможность. Все, Сима. Иди. Тебе еще за Верстовским следить.

– Да чего за ним следить, – буркнула Серафима, подходя к калитке.

– А ты, случайно, не забыла, что они с Маниным собираются поубивать друг друга?

– Пусть поубивают! Теперь мне на них наплевать!

Княжич взглянул ей в лицо.

– Сима, не расслабляйся. Ты же в любом случае свидетель.

– А свидетелей обычно убирают? Это ты хотел сказать?

– Не мели чепухи! И не нарывайся! Как только вернем Димку, разберемся и с этими мстителями.

– Да я сама с ними разберусь!

Михаил больно сжал ее плечо.

– Пообещай, что будешь сидеть и ждать меня. Никуда соваться не станешь.

– А если…

– Сима! Прошу: не добавляй мне проблем! Поклянись, что не станешь форсировать события. Ты же вечно in trouble.

Странное слово «интрабл» Серафима не поняла, но с готовностью кивнула. Она нипочем не станет вести себя как в кино, где стоит девушку попросить не высовываться, она сразу же именно это и делает.

Княжич еще раз коротко взглянул на нее, повернулся и пошел к машине.

А Серафима побрела в дом Верстовского, думая лишь о Димке и еготце.

Сногсшибательный сюрприз от Верстовского

Она открыла калитку, вошла и тут же почувствовала, как в руку ткнулся мокрый нос.

– Барбос, ты чего? – наклонилась она