Окно Иуды - Джон Диксон Карр

которым никто на свете не справится, попросите небрежным тоном собрать для вас чемодан. Тот человек будет очень стараться уложить все, что, по его мнению, вам пригодится, и обязательно что-нибудь забудет. Доктору был необходим предлог, чтобы вернуться домой. Мисс Джордан приехала бы в больницу и услышала вежливые слова: «Ага, вижу, вы привезли мой багаж. Надеюсь, вы положили мои щетки с серебряной ручкой?» Или халат, или даже запонки – все что угодно. Ему остается лишь перечислять, пока не отыщется то, что было забыто. «Вы это не положили? – спросит он. – Боже правый, женщина, по-вашему, я могу путешествовать без моего чего-то-там? Мое чего-то-там мне абсолютно необходимо. Что за несчастное недоразумение! – (Думаю, вы легко можете представить себе, как Спенсер это произносит.) – Боюсь, нам придется вернуться домой».

Потирая живот, с ухмылкой глядя на нас из-под вскинутых бровей, Г. М. поразительно напоминал доктора Хьюма, так что мы почти услышали его голос. Затем наваждение исчезло, и Г. М. спокойно добавил:

– Они должны были поехать обратно и появиться (случайным образом, подстроенным самим Провидением) как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как Эйвори Хьюм побеждает маньяка, который пытался его убить.

Возникло молчание.

– Вполне ловкий трюк, весьма правдоподобно, – согласилась Эвелин. – А женщину – Амелию Джордан – посвятили в план?

– Нет. Иначе фокус-покус не стоил бы таких трудов. Она была одним из свидетелей, которые ничего не знали; другими двумя были Дайер и Флеминг…

– Флеминг?

Г. М. достал сигару изо рта и с мрачным выражением на лице вернулся за стол.

– Вы слышали, что сказал Флеминг. Эйвори попросил его заглянуть в гости без четверти семь. Зная привычки Флеминга, хозяин мог ждать его немного пораньше. А теперь посмотрите на весь этот изящный расчет времени, по которому план должен был работать. Эйвори пригласил будущего психопата на шесть часов вечера. Учитывая, что речь шла о шантаже, он был уверен, что тот явится без опозданий. Дальше Эйвори попросил Амелию Джордан отправляться на машине (которую Дайер должен был пригнать из гаража) вскоре после шести пятнадцати. Дайте мне кто-нибудь карандаш и бумагу. Эйвори Хьюм был человек весьма методичный и подошел к своей афере так, будто составлял условия закладной.

В шесть часов вечера приезжает Реджинальд. Его видят Дайер и Джордан. Дворецкий провожает его в кабинет и отправляется за машиной, немного постояв под дверью (он был предупрежден, что гостю не стоит доверять, помните?). Дайер покидает дом, скажем, в пять минут седьмого и возвращается на машине минут через десять. Через пять минут Амелия Джордан отправляется в больницу. От Гросвенор-стрит до Прейд-стрит, что около Паддингтона, совсем недалеко, так что она приедет, скажем, в шесть двадцать две. Джордан передает Спенсеру чемодан и узнает, что забыла положить в него чего-то-там. Они возвращаются назад примерно в шесть двадцать семь или в половине седьмого.

К этому времени сцена полностью готова. Эйвори Хьюм поднимает занавес, вернее, открывает дверь на стук дворецкого, демонстрируя следы неистового сражения в кабинете. Заторможенный Реджинальд с диким взглядом, похожий на маньяка после вспышки безумия, не может связать и двух слов. Прибывает доктор, цокая языком. Пока страсти не улеглись, появляется Флеминг, последний свидетель. Вот так.

Г. М. выдохнул дым и развеял его рукой.

– Только все вышло совсем не так, – заметил я. – Кто-то воспользовался этим планом и убил старика.

– Вот именно. Я лишь объяснил, что должно было произойти. Далее, чтобы помочь вам разобраться в остальном, я покажу, что произошло на самом деле. Я представлю вам график событий того вечера, весьма полезную штуку. Весь официальный тайминг, например время прибытия полиции, или факты, которые касаются самого убийства, вы уже знаете из показаний в суде. На прочих временных аспектах внимание не заострялось, так как предполагалось, что они не имеют прямого отношения к делу. Однако у меня все это переписано из полицейского протокола, вместе с моими комментариями, которые я включил в правый столбик после разговора с Ансвеллом и Мэри Хьюм. Предполагаю (черт возьми, я уже ненавижу это выражение!), что, немного поломав голову над этой таблицей, вы много чего поймете.

Он достал из внутреннего кармана большой, неопрятный, захватанный руками лист бумаги и аккуратно его развернул. Наверху стояла дата – месяц назад. Левый столбец был, очевидно, отпечатан Лоллипоп. Комментарии в правом – накорябаны Г. М. синим карандашом. Вот как это выглядело:

18:10. Приезжает Ансвелл, его проводят в кабинет.

Опоздал из-за тумана.

18:11. Эйвори Хьюм велит Дайеру подогнать машину. Дверь кабинета закрыта, однако не заперта на засов.

18:11–18:15. Дайер остается в коридоре за дверью. Слышит слова Ансвелла: «Я пришел сюда не для того, чтобы совершить убийство, разве что это будет абсолютно необходимо». Затем резкий ответ Хьюма, поначалу неразборчивый, потом отчетливая фраза: «Молодой человек, что с вами? Вы сошли с ума?» Доносятся звуки, похожие на драку. Дайер стучит и спрашивает, все ли в порядке.

Никакого упоминания о ложках.

«Вы сошли с ума?» – неубедительно. Подумать об этом.

«Драка»? Ансвелл упал на пол?

Была ли дверь заперта на засов? Нет, иначе Дайер услышал бы звук засова, входящего в паз.

Хьюм отзывается: «Да, все хорошо, уходи».

Весьма смело со стороны Хьюма; и весьма подозрительно.

18:15. Дайер уходит за машиной.

Послушный дворецкий. Прибывает в гараж в 18:18.

18:29. Амелия Джордан заканчивает паковать свой саквояж и чемодан доктора Хьюма, который он попросил ее собрать.

Трудно поверить. А если она забудет что-нибудь положить?

18:30–18:32. Амелия Джордан спускается на первый этаж. Идет в коридор, направляясь в кабинет. Слышит голос Ансвелла: «Поднимайтесь, черт возьми!» Пытается открыть дверь, но та заперта на засов. Или иным способом.

?