Ровно в шесть двадцать - Дэвид Балдаччи

– Ты мне нравишься, я тебе тоже. Мы оба взрослые люди и знаем, чего хотим.

Дивайн не ответил, он не счел нужным что-либо говорить. Выждав десять минут, он поднялся на второй этаж.

Спирс лежала на кровати, одетая в пижамные шортики и короткую футболку. Дивайн опустился рядом, и девушка жадно припала к его губам. Они медленно раздели друг друга. Спирс повалила Дивайна на спину и забралась сверху.

Она посмотрела на плечо, пробитое осколком. Пара кусочков металла так и осталась внутри. Потом взглянула на изуродованную ногу.

– Болит?

– Сейчас уже нет.

Спирс ухмыльнулась.

– Спасибо за службу, солдат. – Дивайн хмыкнул в ответ. – А теперь трахни меня, бравый воин.

– Приказ понят, принят к исполнению!

Двадцать минут спустя она, задыхаясь, сползла с него и легла рядом.

– Долго же мы тянули, – сказала Спирс, царапая ноготками ему грудь. – И кто из нас виноват?

– Оба, наверное.

– Ага.

Спирс закрыла глаза, обхватила руками его предплечье и уснула. Дивайн пролежал рядом около часа, потом тихо встал и ушел к себе.

Когда утром зазвенел будильник, Дивайн не сдвинулся с места.

На улице шел дождь, слышались раскаты грома. Комнату озаряли вспышки молний.

Сегодня можно обойтись без тренировки. К тому же надо хоть немного поспать. Но он, не закрывая глаза, пялился в потолок.

И видел на нем мертвое лицо Сары Юс.

Сердце, казалось, рвется на части.

Глава 37

Дивайн пришел на вокзал раньше обычного и поболтал с местными охранниками. Ему сказали, что камеры видеонаблюдения часто не работают. Полиция записи не запрашивала. Информация обошлась ему в десять долларов.

Билеты Дивайн всегда покупал через специальное приложение; кондуктору оставалось лишь прислонить к экрану считывающее устройство. Следовательно, время поездки фиксировалось. Беда в том, что с тем же успехом билет можно было купить за наличные в кассе. Проверить это невозможно. Еще он мог добраться до города на мотоцикле. Если ехать по Гудзонскому мосту, там висят камеры, но можно выбрать и обходные дороги. Поэтому, с точки зрения копов, у Дивайна алиби не было.

«Ты знаешь, что не заходил тем вечером в здание, и все же твое имя появилось в журнале. Кто-то клонировал пропуск. Вопрос лишь кто».

Дожидаясь поезда, Дивайн думал про Коула. Тот почему-то еще не отдал полиции ни журнал, ни записи с камер. Магнат, конечно, очень влиятельный человек и дружит с мэром. Но рано или поздно ему придется сотрудничать с копами.

«Коул намекал, что я попал на видео. Неужели в полиции решат, будто я настолько тупой?»

Впрочем, преступники часто не отличаются умом. Подобные промахи не редкость. Какой у Дивайна мог быть мотив? Явно не беременность, ведь Юс сделала аборт.

Тут его осенило.

«Допустим, я знал, что она от меня беременна, хотел ребенка и вдруг выяснил, что она от него избавилась?»

Да, вполне себе мотив.

Поезд открыл двери, и Дивайн зашел в вагон. В голове вертелись нехорошие мысли, высасывая последние силы, хотя впереди предстоял долгий рабочий день.

Гроза стихла, и поезд в 6:20 доехал до дворца с бассейном.

Девушка была на месте. Теперь Дивайн знал, как ее зовут.

Мишель Монтгомери смотрела на воду. На сей раз ее купальник выглядел на удивление целомудренным: слитный, цвета летнего неба. Кажется, после знакомства с Дивайном, намекнувшим, что за нею наблюдают сотни глаз, девушка решила вести себя скромнее.

Правда, думал так Дивайн недолго – ровно до того момента, пока она не повернулась спиной, демонстрируя, что у цельного на вид купальника огромные вырезы, оголявшие загорелые ягодицы. Монтгомери сделала шаг, вскинула над головой руки и прыгнула в воду, махнув на прощание пассажирам поезда.

Дивайн не сдержал улыбки. Надо признать, у девушки был стиль.

А еще железная выдержка.

Поезд поехал дальше, а Дивайн задумался о прошлой ночи с Хелен Спирс. Он уже давно не был с женщиной, хотя прекрасно помнил предыдущее свидание. Оно могло создать немало проблем – в прошлый раз он встречался с Сарой Юс. Они занимались сексом у нее дома в Бруклине. Надо признать, ночь прошла отлично, Дивайну казалось, что впереди будет немало подобных встреч. Однако ничего не вышло. Сара решила порвать с ним.

Завибрировал телефон. На экране высветился длинный ряд цифр – судя по всему, звонок был международным.

– Алло?

– Мистер Дивайн?

– Да?

– Это Эллен Юс. Простите за столь ранний звонок.

Теперь понятно. Номер с кодом Новой Зеландии.

Голос матери по телефону до жути походил на голос Сары. Слышать ее было неприятно: Дивайн только что вспоминал, как занимался сексом с ее умершей дочерью.

– Ничего страшного, миссис Юс.

– Пожалуйста, зовите меня Эллен. Я так понимаю, вчера к вам приходили из полиции.

– Да. Я рассказал все, что знаю.

– Они не объяснили, почему к вам пришли?

– Да – потому что вы им звонили.

– Вы не могли бы зайти вечером? Мы хотели с вами поговорить.

– После работы, ладно? Часов в восемь.

– Хорошо, спасибо. До встречи.

Он убрал телефон и всю дорогу до города думал исключительно о том, что бы это значило.

* * *

Дивайн сидел у себя за столом, когда на рабочую почту вдруг пришло сообщение.

В 5:00 на верхнем этаже. Вас проводят. Б. К.

Дивайн на всякий случай проверил наличие телефона, радуясь, что все «улики» хранятся в личном облаке. Впрочем, Коул мог запросто припасти очередной козырь.

Он поднял голову и заметил, что соседи на него смотрят, но быстро отводят глаза. Это повторилось несколько раз; Дивайн наконец не выдержал, встал и подошел к женщине, которая активнее всех буравила его взглядом.

– Что-то случилось?

Соседку звали Лидия Уайт. Брюнетка, пухленькая; однозначно добьется повышения, потому что умна, работает как ломовая лошадь и знает, чего хочет. За все время они с Дивайном не обменялись и десятком слов, но никогда прежде она не смотрела на него столь злобно.

– Тебе виднее.

– Что это значит?

Стук клавиш затих; отдел замер, жадно прислушиваясь к разговору.

– Тебя допрашивали следователи, – сообщила Уайт.

– Не только меня.

– Нет, я узнавала. Они говорили с тобой одним, по крайней мере вчера. Еще ты знал Сару.

– Как и ты, и каждый, кто здесь присутствует!

– Возможно, ты знал ее лучше нас, – резко ответила Уайт.

– С чего ты так решила? – спросил он.

– Я не обязана ничего объяснять! – Она окинула его взглядом. – Ты служил в армии. Умеешь убивать.

– Да, я убивал врагов нашей страны. Можешь не благодарить за службу. Обойдемся без формальностей.

Уайт