Последняя жертва - Руби Райт

— Ты в курсе, что он женат? — Зачем спрашиваю? Естественно, она в курсе.

— Мы просто разговаривали…

— Ты всю жизнь живешь тут? — Резко меняю тему.

— Да, — отвечает с полным недоумением барменша.

Да, она и впрямь еще слишком молодая и глупая, раз не понимает, о чем я.

— Тогда ты знаешь местных. Вы можете просто разговаривать, а завтра все будут говорить, что вы целовались за углом бара или еще чего хуже.

— Но мы не…

— Это никого не волнует, Яна, — перебиваю я девушку. — Подумай о своей репутации.

— Хорошо, — спокойно соглашается и глаза опускает.

Очень неожиданно…

С виду она кажется такой дерзкой, а на деле все совсем иначе. Вижу, что ей стало стыдно от моих слов. И хорошо. Ни ей, ни Тимофею эти сплетни ни к чему.

Если не поздно…

Разворачиваюсь и иду внутрь заведения. Захожу и глазами по посетителям, Илью не вижу. Где он?

А вот, нашла. Илья стоит за барной стойкой и принимает заказы. Выглядит веселым и даже, я бы сказала, счастливым. Может, зря он в полицию подался? Может, его призвание в другой сфере?

— Привет. — Подхожу к стойке и забираюсь на единственный свободный стул.

— Добрый вечер. Дама желает выпить? — говорит странным голосом.

— Ха-ха, думаю ты уже выпил за даму. Чего пьяный-то такой?

Глаза Ильи чуть узковаты, но горят ярче обычного. Прям-таки и схватила бы его за футболку и притянула к своим губам через стойку.

Держусь…

— Да что-то весело сегодня тут. С каждым пока поздороваешься…

— Ясно. — Догадываюсь, что он имел в виду под словом «поздороваешься». —Где Тимоха?

— Покурить вышел… Так что ты будешь? — переспросил Илья, и рядом с ним за баром Янка нарисовалась. Старается улыбаться начальнику, но меня стесняется будто. Вижу смущение в ее глазах. А значит, до девчонки все же дошло…

— Я буду чай, можно?

— Ужасный выбор, Ильина. — Акцентирует на моей фамилии пьяный наглец. Понравилось же ему, что я Ильина.

Его, как он любит мне говорить.

— И тебе чаек бы не помешал…

Только сказала, как получила порцию того страстного взгляда, которым Илья на меня смотрит. И две порции вкусного чая.

— Я уйти хочу, пойдем? — шепчет мне на ухо змей искуситель.

— Я Тимофея не вижу, обещала Эльке проконтролировать его. — Смотрю в толпе и не нахожу его взглядом. Он прямо передо мной зашел, и куда он после этого делся?

— Да он домой, наверное, уехал. Пойдем ко мне? — прошептал и в ушко поцеловал, убил наповал.

— Пойдем…

Илья меня тут же за руку хватает и стягивает со стула.

— Иди за одеждой, а я спрошу у Янки, как она домой доберется.

— Давай…

***

— Это ненормально — так хотеть тебя, — говорит мужчина, как только мы переступили порог его квартиры.

— Сильно хочешь? — Отклоняюсь и не позволяю ему меня целовать, но он продолжает ловить мои губы.

— Очень. Только не смейся, но у меня такое чувство, что я натрахаться не могу, — несет ерунду пьяный полицейский и не дает мне раздеться, губами моими завладевает.

— Не буду смеяться, я чувствую то же самое. — Откидываю пальто и начинаю снимать с него куртку.

— Это круто. Как это круто… — снова бред несет и начинает раздевать меня прямо у порога.

Ему и впрямь не терпится, даже в спальню пройти не предложил.

В коридоре между гостиной и спальней зависли. Илья меня к стене прижимает и поцелуями жалит от шеи до живота и обратно. Лишает последнего, что было еще на мне надето, — трусиков. Стягивает их вниз и лицом к стене меня разворачивает. Попку на себя тянет, прижимается, играет…

Вновь чувствую прикосновение всего его тела, наваливается и шею целует. А я попу назад, словно выпрашиваю этой самой близости. Она мне нужна так же сильно сейчас, как и ему. Жизненно необходима.

А он не спешит удовлетворить мое желание. Членом между ног водит, игру продолжает, но мне такая игра и не в радость. Живот ломит от боли, от боли желания, которое уже, кажется, никто удовлетворить, кроме него, не сможет. Тело чуть в дрожь и громкие вдохи…

— Давайте уже, господин полицейский, накажите меня как следует. — Подгоняю любовника колкой фразочкой.

А он в ответ лишь прикусывает мое плечо и ничего не делает.

— Наказывают судьи, я лишь могу вас досмотреть… — Скользит руками по моей талии, по животу, прямо вниз, касаясь пальцами клитора.

Пальчики на ногах поджимаю, стону и начинаю двигаться в такт его пальцам.

— Да, именно тут я прячу свой пистолет, ищите лучше…

Несу какую-то чушь, потому что мозг окончательно отказывается соображать. Его руки слишком мастерски орудуют на моем теле. Подчиняют и заставляют стонать под этим гнетом.

И Илья наконец-то сдается. Рукой давит мне на спину, чтобы я сильнее прогнулась, и вставляет член до основания.

Искры из глаз и громкие стоны — все, что я сейчас испытываю. Всплеск гормонов, эмоций, неизмеримого удовольствия.

Илья ускоряет темп и даже пьяный умудряется быстро кончить, не дав мне разрядку. Обломщик…

***

— Нам точно надо идти? — Пытаюсь вымолить у него пощаду и не тащиться на мороз. Тут, в постели, в его объятиях, так тепло и сладко…

Родители явно за нас не станут переживать, знают, что мы вместе, а значит, домой можно не возвращаться. Папа даже ни разу не позвонил, а все потому, что Илье доверяет.

— Точно. Я хочу убедиться, что Янка доберется до дома. — Поражает меня Илья своей добротой и заботой.

— Ты всегда ее проверяешь?

— Не проверяю, а контролирую. Ее отец иногда забирает, иногда наш второй бармен подвозит, иногда я. Но сегодня она на такси поедет.

— Какой ты у меня хороший, — говорю и прижимаюсь к Илье.

— Мне нравится, что ты меня своим считаешь. — Обнимает в ответ.

— Особо не обольщайся, — шучу и улыбаюсь мужчине. — Ладно, встаем.

Быстро подрываюсь с постели и начинаю собирать свою одежду по квартире. Илья делает то же самое. Закрываем дверь, тихонько идем по подъезду, чтобы не тревожить соседей, и к бару, благо он недалеко, за углом буквально.

Выходим из