Три проблемы для Золушки - Джанет Иванович

- Прошлой ночью.

Мы еще немного посидели.

- Мы могли бы здесь его подождать, - предложила Лула. – Установить наблюдение.

- Или могли бы позвонить.

Лула взглянула на окна третьего этажа.

– Позвонить – идея хорошая.

Прошло еще несколько минут.

Я глубоко вздохнула.

– Ладно, давай сделаем это.

- Да, черт подери, - согласилась Лула.

Мы задержались в вестибюле и внимательно осмотрели здание. Где-то громко бубнил телевизор. Плакал ребенок. Первый пролет лестницы мы прошли очень медленно, и, одолевая ступеньку за ступенькой, прислушивались. На площадке второго этажа мы остановились и перевели дух.

- Ты ведь не собираешься схватить гипервентиляцию, верно? – уточнила Лула. – Терпеть не могу, когда на меня опрокидываются из-за гипервентиляции.

- Я в порядке, - заверила я ее.

- Ага, - подтвердила она. – Я тоже.

Когда мы достигли третьего этажа, никто из нас уже совсем не дышал.

Мы стояли перед дверью, на которой теперь были прибиты заплаты из картона и две фанерные грязные дощечки. Я сделала Луле знак встать сбоку от двери. Она с готовностью повиновалась и распласталась вдоль стены. Я предприняла то же самое с противоположной стороны.

Я легонько постучала в дверь.

- Доставка пиццы, - прокричала я.

Ответа не было.

Я постучала сильнее, и дверь сама собой открылась. Мы с Лулой все еще не смели дышать, и я чувствовала, как кровь давит на мои глазные яблоки. Целую минуту никто из нас не двигался с места. Не издавая ни звука, мы только вжимались в стену.

Я снова позвала:

– Лерой? Это Лула и Стефани Плам. Ты там, Лерой?

Спустя какое-то время Лула откликнулась:

- Не думаю, что он там.

- Не шевелись, - приказала я. – Пойду я.

- Да пожалуйста, - отозвалась Лула. – Я бы пошла первой, но не хочу все заграбастать в этом дерьме с поимкой.

Я осторожно прошла в квартиру и огляделась. Все было так, как мне запомнилось. Никакого признака присутствия. Я заглянула в спальню. И там никого.

- Ну? – спросила Лула из холла.

- Похоже пусто.

Лула просунула голову в дверь.

– Жаль. А я надеялась на еще одну разборку. Уже настроилась надрать чью-нибудь задницу.

С перцовым баллончиком в руке я приблизилась к закрытой двери в ванную. Резко распахнув дверь, я отпрыгнула в сторону. Дверь врезалась в стену, и Лула нырнула за диван.

Я заглянула в пустую ванную, а затем посмотрела на Лулу.

Лула поднялась с пола.

- Всего лишь проверяю свои рефлексы, - пояснила она. – Отрабатываю новую технику.

- Угу.

- Не то, чтобы я боюсь, - заявила она. – Проклятье, чтобы запугать такую женщину, как я, требуется нечто большее, чем мужик типа Лероя.

- Ты трусишь, - сказала я.

- Вовсе нет.

- Угу.

- Никакого «угу». Я тебе покажу, кто боится. Только не я. Думаю, я тоже умею двери открывать.

Лула потопала к платяному шкафу и рывком открыла его. Дверца широко распахнулась, и Лула пристально уставилась на тесно висящие пальто и кучу другой одежды.

Потом одежда раздвинулась, и на Лулу выпал Лерой Уоткинс в чем мать родила и с дырой от пули в середине лба.

Лула потеряла равновесие, и они оба свалились на пол: Лерой с распростертыми объятиями, жесткий как доска, похожий на Франкенштейна из гетто, сверху Лулы.

- Страх Божий, - завопила я. – Иисус, Мария и Иосиф!

- Иииииииии, - визжала Лула, молотя руками и лежа на спине с Лероем в качестве мертвого груза на груди.

Я скакала рядом, выкрикивая:

– Встань сейчас же. Встань.

А Лула вертелась, выкрикивая в ответ.

– Убери его сейчас же. Убери.

Я схватила Лероя за руку и рванула, и Лула вскочила на ноги, отряхиваясь, как собака под дождем.

– Тьфу. Мерзость какая. Бе.

Мы покосились на Лероя.

- Мертв, - констатировала я. – Точно мертв.

- Лучше поверь. Никак стреляли из нехилого оружия. Дыру в башке схлопотал размером с Род-Айленд.

- Гнусно воняет.

- Думаю, он обкакался в шкафу, - предположила Лула.

Мы заткнули рты ладонями, подбежали к окну и высунули головы глотнуть чистого воздуха. Когда в ушах утих звон, я подошла к телефону и набрала номер Морелли.

- У меня есть для тебя клиент, - сообщила я ему.

- Еще один?

Прозвучало это скептически, да я его и не осуждала. За неделю это был уже мой третий покойник.

- На Лулу из шкафа свалился Лерой Уоткинс, - объяснила я. – И вся королевская конница, вся королевская рать не может Лероя собрать.

Потом дала ему адрес, повесила трубку и вышла в холл, чтобы подождать.

Первыми появились двое патрульных. Через секунды три следом за ними пришел Морелли. Я посвятила Морелли в детали и нетерпеливо суетилась, пока он проверял место преступления.

Лерой был голый, крови особой не было. Я подумала, что, возможно, кто-то сделал ему сюрприз в душе. Запекшейся крови в ванной не было видно, а заглядывать за задернутую душевую занавеску желания у меня не было.

Морелли вернулся после того, как прошелся по квартире и обеспечил охрану места преступления. Он проводил нас вниз на второй этаж, подальше от места действия, и мы еще раз прошлись по нашей истории.

По лестнице протопали наверх еще двое полицейских. Я никого из них не знала. Они посмотрели на Джо, а он попросил их подождать у дверей. Также продолжал бубнить телевизор. Доносились приглушенные голоса о чем-то спорящих детишек. Никто из жителей не высунулся в дверь, чтобы понаблюдать за действиями полиции. Я предположила, что любопытство не является здоровым проявлением характерных особенностей обитателей этого района.

Морелли застегнул молнию на моей куртке.

– От тебя мне больше ничего не нужно… на данный момент.

Не успела я оглянуться, как Лула была уже на полпути на лестнице.

- Я отсюда сваливаю, - сообщила Лула. – У меня еще полно работы.

- Копы заставляют ее нервничать, - пояснила я Морелли.

- Ага, - подтвердил он. – Мне знакомо это чувство. Меня они тоже нервируют.

- Кто, по-твоему, сделал Лероя? – спросила я Морелли.