Невезуха на все сто - Елена Яковлева

- "Сусанинское патриотическое", что же еще, - сказала я и в буквальном смысле рухнула в Ингины объятия.

- Только этого мне и не хватало, - мрачно сказала Инга и осведомилась:

- До своей комнаты дойдешь?

- Постараюсь, - пообещала я, приникнув к Ингиному плечу.

Каково же было мое разочарование, когда, доставив меня наверх, Инга сразу же собралась уходить. Черта с два, я этого не допущу, по крайней мере пока не разузнаю, из-за чего она ревела!

Я открыла рот, чтобы решительно потребовать от Инги разъяснений, а у нее как нарочно зазвонил висящий на поясе телефон. Инга вздрогнула и поднесла его к уху, судорожно выдохнув: "Слушаю!" То, что она стала плести вслед за этим, не лезло ни в какие ворота:

- Да, да, это я! Сколько вы хотите? Скажите мне, сколько вы хотите? Но... Это очень большая сумма, я не могу так быстро... Да-да, хотя бы... Я постараюсь... А Сережа? Дайте мне поговорить с ним, прошу вас!..

Видимо, разговор оборвался, потому что Инга застыла с выражением вселенского горя на лице.

- Что случилось? - Я сразу забыла про свой живот.

- Сережа... - прошептала Инга. - Они украли моего Сережу... - Крупные, как горошины, слезы катились по ее лицу.

- Какого Сережу? - замотала я головой, как корова, отгоняющая мух.

- Моего Сережу! Сына моего, сына! - выкрикнула Инга и рухнула ничком на кровать.

* * *

Не знаю, сколько воды утекло в Мировой океан, пока я стояла и глупо пялилась, как Инга заходится в рыданиях, горестно размышляя на тему, идиотка ли я от рождения или это у меня благоприобретенное.

Сын Сережа меня окончательно доконал. Как будто мало мне было мертвого Юриса, бандитов, в лапы которых я попала, пытаясь хоть что-нибудь о нем разузнать, и вчерашних Ингиных признаний о замышлявшемся ею коварном плане убийства Покемона. И вот вам кое-что новенькое - сын Сережа! Получите и распишитесь!

Гм-гм, может, она заговаривается? У нее же самая настоящая истерика, лопатки-то прямо ходуном ходят. А вдруг она.., того.., умом тронулась на почве переживаний? А что, такое вполне вероятно. Другое странно - что это произошло с Ингой, а не со мной. Впрочем, все только начинается, как любит говаривать один популярный телеведущий. Мол, не рассчитывайте, вы от меня так быстро не избавитесь. Мне еще детей нужно на ноги поставить, а там и внуки пойдут, их тоже неплохо было бы по Сорбоннам пристроить. Так что извольте потерпеть, дорогие телезрители. Короче, нравится - не нравится, спи, моя красавица.

Кстати, о красавицах... Безутешная Инга бьется в истерике, а мне в голову какая-то чепуха лезет, честное слово! Я вздохнула, присела на кровать и погладила Ингу по плечу:

- Инга... Инга, очни-ись... Давай-ка поговорим... Ты можешь объяснить членораздельно, откуда у тебя вдруг взялся сын?

- Откуда, откуда... Оттуда же, откуда... Откуда и у тебя... отозвалась она сквозь рыдания.

У меня... Мой Петька, между прочим, родился в законном браке, а у Инги с Покемоном, насколько мне известно, детей не было. Уж не знаю, стоит ли из-за этого убиваться или же, напротив, радоваться. А то бегали бы тут маленькие шустрые покемончики, хорошенькие в папу и умненькие в маму.

- Э-э-э... Послушай... А ты уверена? - Ну и интонация же у меня, честное слово, прямо как у психотерапевта-самоучки!

Инга даже подпрыгнула на кровати, глаза у нее были, как у рыси:

- Я? Уверена? Ты что, идиотка? Ну, я-то подозревала, что все как раз наоборот, но старательно избегала некорректных формулировок:

- Хорошо, хорошо, сын у тебя есть. Но почему я ни разу его не видела?

А Инга возьми да и ляпни:

- Как не видела? Ты его видела.

- Когда это? - Моя нижняя челюсть - бряк - и отвалилась. Еще бы, от таких-то речей!

- Да только вчера! У Сони! - выстрелила в меня Инга. И убила наповал.

- У Сони?.. - пролепетала я слабым блеющим голоском паралитика. - Но как же... Сережа? - Ну конечно, конечно, тот хорошенький мальчик, не имеющий ничего общего с долгоносиками. Боже! Инга права, идиотка все-таки я! - Но как... Я не понимаю...

Инга закрыла заплаканные глаза ладонью:

- Я отдала его Соне на воспитание... Временно... А сегодня он пропал... Они все пошли на рынок, а там... Там он потерялся... Оказывается, его специально украли и теперь требуют выкуп!

- Кто... Кто его украл?

- Если б я знала! - В отчаянии выкрикнула Инга. - Они сначала позвонили Соне, сказали, чтоб не беспокоилась... А потом мне... Только сейчас. Велели ни в коем случае не сообщать в милицию и собирать деньги. Сто тысяч! Где я столько возьму?!

- Сто тысяч чего, рублей? - осторожно уточнила я.

- Долларов, конечно. - Инга даже рыдать перестала, сраженная наповал моей первозданной дремучестью.

А по мне, что сто тысяч рублей, что сто тысяч долларов - один хрен. Ни того ни другого у меня не водится. Поэтому если бы, не приведи господь, выкуп затребовали за моего Петьку, то мне было бы все равно, в какой валюте: хоть в иенах, хоть в тугриках. Ибо в моем случае это равносильно казни на выбор, как в американской тюрьме, когда приговоренному предлагают одно из двух: или электрический стул, или ядовитый укол в вену. Подумать только, до чего демократия-то дошла!

- А Покемон? - Я вспомнила о несметных богатствах Ингиного уродца. Зря она, что ли, продала ему свою красоту и молодость?

- А что Покемон? Что Покемон? - застонала Инга. - Он ничего не знает.

- Ну так расскажи ему! Он ведь не милиция...

- Ты не поняла. - Инга вскочила с кровати и забегала по комнате, как человек, у которого чемодан не собран, а до поезда десять минут. - Он ничего не знает о Сереже, ничего...

- Как это? - растерялась я. Хотя... Я ведь тоже понятия не имела об Ингином отпрыске. Кстати, хотела бы я знать, как она все это устроила и кто отец несчастного малютки.

- Очень просто, - Инга продолжала мельтешить, - я от него скрыла, понятно? Почему? Потому что в противном случае он бы на мне не женился. Есть еще вопросы?

- Полно! - немедленно отозвалась я. - Например, кто отец ребенка?

- Отец... Отец... - Инга впала в задумчивость. - В данном случае это не имеет особого значения... Ну был такой, я у него работала секретаршей... Я в него влюбилась как дура, а он не захотел ничего менять в своей жизни, хотя к жене у него чувств было не больше, чем к телеграфному столбу.

- И эта сволочь отказалась от собственного ребенка? - В моей душе всколыхнулась застаревшая обида на весь мужской род, успешно привитая мне бывшим мужем Генкой.

- Нет, он не отказался. - Инга снова рухнула на кровать и стала рыться в своей сумочке. - Впрямую не отказался. А как бы он это сделал, спрашивается, если я ему ничего не сказала! - Инга наконец нашла то, что искала, - сигареты, сразу же выхватила одну из пачки, щелкнула зажигалкой и затянулась.