Утешение для изгнанника - Кэролайн Роу

Все было ясно. Труп мудехара валялся у обочины. Лошадь его исчезла, плащ, кошелек и узел тоже. От гнева и чувства вины к глазам Юсуфа подступили слезы.

— Прости, что довел тебя до этого, — сказал он безжизненному телу. — Если бы не я, ты не оказался бы на этой дороге.

Пока Юсуф ломал голову, что пристойнее, попытаться похоронить его или оставить на виду, чтобы родные — если кто-то из них еще жив — могли узнать, о его участи, топот копыт вдали не оставил ему выбора. Он бросился в кусты и, создавая как можно меньше шума, пополз обратно к кобыле.

Юсуф был голодным, усталым, обескураженным. У него было много серебряных монет в кожаном кошельке, лежавшем в узле, и зашитые в пояс золотые монеты, но какую пользу могли они принести? На этой странной, враждебной территории ему вряд ли представится возможность истратить их. Вернуться в Гранаду он не мог; езда в одиночестве по этой дороге теперь казалась ему сущим безумием. Если там были фермеры или пастухи, у которых можно купить или взять бесплатно немного хлеба, он пока их не видел. Огляделся в отчаянии, ища совета у земли или неба, какое направление выбрать.

Потом, подумав, что положение дел вряд ли может быть хуже, решил продолжать тот путь, который начал с мудехаром.

Когда солнце поднялось настолько, что стало иссушать сухую, затвердевшую землю еще больше, мимо проехало группами по двое или трое несколько приличного вида путников. Юсуф отряхнул с камзола пыль и грязь, сел ка кобылу и поехал к дороге.

Остро сознавая возможность опасности, Юсуф предоставил кобыле самой выбирать путь и оглядывал окружающий ландшафт. Он представлял собой главным образом холмы с рыже-коричневой и золотистой в эту засуху землей с сухой растительностью. Однако там и сям он видел фермы с террасированной землей, нетронутые спорадическими войнами в этих местах, но, несмотря на жажду и голод, не испытывал соблазна подъехать к одной из этих деревушек. Каждый силуэт, каждое легкое движение над головой заставляли его предельно настораживаться; каждый куст, дерево или большой камень, казалось, могли служить укрытием для врага.

Кобыла, отнюдь не зараженная его настроением, явно пришла от однообразия и жары в полубессознательное состояние. В конце концов споткнулась на особенно неровном участке дороги, зашаталась, выправилась и попыталась свернуть на обочину.

Юсуф выбранил ее бойко и бегло на понятном ей языке.

— Привет, друг, — произнес кто-то за его спиной, очень спокойно, тоже по-арабски. — Я был бы поосторожнее, проезжая по этим местам.

Юсуф обернулся и увидел, что следом за ним едет молодой человек на гнедом мерине.

— Здесь никогда не знаешь, кто тебя слышит, — добавил он. — По-испански говоришь?

— Говорю, — лаконично ответил Юсуф. Ему надоели расспросы на тему о языке.

— Превосходно, — сказал молодой человек, тут же перейдя на испанский. — Куда держишь путь? И как оказался на этой дороге? Если нам в одну сторону, можно ехать вместе.

— Откуда ты? — спросил Юсуф.

— Из деревни неподалеку, — ответил тот успокаивающе.

— Тогда твое общество на этой дороге будет мне на руку, — сказал Юсуф. — Здешних людей я не знаю.

— Это ясно.

— Я бы хотел купить еды и утолить голод, — продолжал Юсуф. — Но не испытываю желания быть при этом схваченным или убитым. Пока что мои встречи с местными жителями были далеко не самыми приятными.

Молодой человек засмеялся.

— Может, дело в том, что ты говорил по-арабски, и они почему-то сочли, что ты из Гранады. Здесь, если будешь говорить на арабском языке, тебя либо тепло примут, либо прикончат длинным ножом. Откуда ты?

— Это очень долгая история, — ответил Юсуф.

— Отлично, — сказал молодой человек. — Такие лучше всего рассказывать за завтраком. — Запустил в пояс большой и указательный палец, нахмурился. — Кажется, у меня здесь одна-две монетки, на которые можно купить маленький хлебец и немного сыра.

— У меня есть серебряная монета, — сказал Юсуф и полез под камзол. — Вот она. Но больше почти ничего.

— На это мы купим большую ковригу, сыра, вяленого мяса и фруктов, — сказал молодой человек. — Как хорошо, что я тебя встретил. Чуть подальше есть отходящая влево тропинка, ведущая в деревню. Если не ошибаюсь, сегодня рыночный день, и еды будет в изобилии.

— Мне поехать с тобой?

— Учитывая то, что, очевидно, происходило с тобой до сих пор, не советую, — ответил молодой человек. — Возможно, ты по своей натуре привлекаешь напасти.

— До сих пор, — сказал Юсуф, — я умело избегал напастей.

— Положение вещей здесь подчас другое, — туманно ответил молодой человек. — Жди меня здесь.

Однако Юсуф не послушался. Он съехал с дороги, нашел тень и укрытие, откуда была видна тропинка, по которой уехал молодой человек, и стал ждать, не зная, что последует дальше, но готовый ко всему.

Прошли спокойные полчаса, потом Юсуф услышал приближающийся по тропинке топот копыт и увидел своего спутника с корзинкой, казалось, наполненной снедью.

— Эй, — крикнул он, глядя по сторонам. — Ты усомнился во мне?

Несколько смущенный Юсуф выехал.

— Нет, что ты, — сказал он. — Мы с кобылой отдыхали в тени этой рощицы.

— Значит, ты сообразительный, — ответил молодой человек. — Иди сюда, на твою серебряную монету и монетку вдобавок мы устроим настоящий пир.

— Ну, — заговорил Юсуф, — вот тебе моя история. Я потерял отца в этих землях, сам спасся и до сих пор жил на севере. Скопив немного денег, отплыл на судне в Гранаду поискать родных, попал в беду и вынужден был уехать оттуда самым легким путем.

— Чья это лошадь? Или не следует спрашивать?

— Моего родственника, — ответил Юсуф. — Ему будет жалко терять ее, но я выплачу ему ее стоимость. Когда смогу. Но сейчас у меня есть она, кой-какая одежда, меч и немного денег. Мне нужен только кинжал взамен того, что у меня стащили. С ним я буду чувствовать себя увереннее.

— Если у тебя найдется еще одна серебряная монета, — сказал молодой человек, — то у меня найдется еще один кинжал, который прекрасно войдет в твое голенище.

— Превосходно, — сказал Юсуф.

Его бесхитростный спутник достал откуда-то кинжал и положил плашмя на ладони Юсуфа.

— Годится?

Юсуф внимательно осмотрел его, сказал, что да, достал из пояса еще одну серебряную монету и сунул кинжал в голенище.

— Как тебя зовут, — спросил он, — и почему оказался на дороге?

— Скажем, меня зовут Али, — ответил молодой человек. — Я тоже попал в небольшую беду, однако не думаю, что выплачу стоимость мерина владельцу. Он обманом присвоил хороший участок земли, принадлежавший мне, моей матери и младшему брату, и это самое меньшее, что он задолжал мне. Куда держишь путь?