Московский лабиринт Минотавра - Наталья Солнцева

- А-а-аа, так бы и сказали, - вздохнул с облегчением Туркин. - Это мой одноклассник, в школе вместе учились. По поводу телефона недоразумение вышло. Как же я мог ответить, если был в отъезде? Живу один; с супругой развелись, она к родителям ушла. Только почему Олежку страховая компания ищет?

- Мы выясняем обстоятельства смерти господина Хованина, - строгим официальным тоном произнес Смирнов. - Он был застрахован.

- Идемте в комнату.

Они прошли в просторную полупустую комнату. Из окна без занавесок лился белесый осенний свет.

Туркин в растерянности потер затылок, опустился на покрытый верблюжьим одеялом диван. Сыщик скромно присел рядом.

- Что скажете, Николай Сергеевич?

- Олежка… у-умер? - в полнейшем замешательстве пробормотал хозяин квартиры. - С чего это вдруг?

- Мы бы тоже хотели это знать. Видите ли, от условий, при которых наступила смерть, зависит выплата денег.

Туркин кивнул, хотя не мог взять в толк, почему из страховой компании пришли именно к нему.

- Когда вы видели Хованина последний раз? - спросил Всеслав.

- Ну… примерно год назад, наверное. Мы после выпуска редко встречались, редко перезванивались. По необходимости! В школе нас связывал интерес к приключениям - лазали вместе по подвалам, по пещерам разным за городом. Потом он поступил в институт, а я в армию пошел, женился, работать надо было, семью содержать. Вот и угасла наша дружба. А… как он умер, от чего?

- Это потом. Вы сказали, что встречались по необходимости, - заметил сыщик. - По какой же, позвольте узнать?

- Олежка бредил подземельями, он даже профессию себе выбрал такую, чтобы она была связана с подземным миром. Я же просто развлекался в детстве и юности; после армии подземные путешествия перестали меня интересовать. Три года пахал на стройке, хотел в техникум поступить, передумал, уехал в Мурманск, плавал, потом вернулся в Москву, устроился работать на оборонное предприятие - грузчиком на склад. Как-то встретились с Олегом случайно, в метро, обменялись телефонами. Я ведь после женитьбы в Чертаново переехал, он моего нового адреса не знал. Договорились звонить друг другу. Олег звал в диггеры, в клуб ихний приглашал.

- А вы?

- Я? - удивился Туркин. - Бродить по вонючим тоннелям, по колени в грязной воде, да еще задаром? Спасибо! Так я ему и сказал. Потом он через меня договаривался на нашем складе насчет костюмов для химической защиты. Предприятие уже на ладан дышало, по уши в долгах, деньги платить перестали, я и уволился. Стал перебиваться случайными заработками, в семье скандалы начались. Жена забрала дочку и ушла.

- Значит, когда Олегу были нужны спецкостюмы, он обращался к вам?

- Один раз, года два тому назад, перед моим увольнением. Ну, точно! Эти костюмы диггеры надевают, когда спускаются под землю - там ведь испарения ядовитые могут быть, зараза всякая, - для безопасности. В общем, Олег взял тогда два костюма - маленький и большой.

- Как это - взял? - переспросил Смирнов. - Напрокат, что ли?

- Не-е-ет, за деньги. Я еще удивился: откуда у него столько? Наши костюмы стоили прилично, завскладом немного сбросил, по моей просьбе, но все равно, получилось недешево. Причем Олежка приобретал костюмы явно не для себя. Во-первых, у него костюм уже был; во-вторых, они оба ему не подходили по размеру. Ну, вот, сложили мы эти костюмы, я помог, вынес их за проходную. Там Олега ждали его друзья-диггеры.

- Вы не помните, кто? Как они выглядели?

Туркин зажмурился, откинулся на замусоленную спинку дивана.

- Столько времени прошло, черт их знает. Баба, кажется, была, молодая, и парень… высокий, в кепке с козырьком. Лица я не видел. У Олежки есть, - он запнулся, поправился, - был… брат двоюродный. Может, то он приходил с бабой какой-то? Вернее, с девчонкой. Стал бы Хованин для чужих стараться, костюмы доставать? Вообще-то я не в курсе этих его подземных дел! Вам лучше диггеров расспросить, из клуба.

«Девушка, которая приходила с Олегом, наверное, Уварова, - подумал сыщик. - А парень кто? Неужто Проскуров? Вот это будет номер!»

- Спасибо, - кивнул мнимый представитель страховой компании. - Непременно воспользуюсь вашим советом. А год назад вы с Олегом по какому поводу встречались?

- Я же с оборонки ушел, работаю где придется, - вздохнул Туркин. - Я ему сам звонил, просил на стройку помочь пристроиться, он ведь инженер по подземным коммуникациям, вдруг где-нибудь люди нужны? Жаль, у меня квалификации нет, могу только разнорабочим быть. Олежка не отказался помочь, приехал, поговорили.

- Где вы встречались? - уточнил Всеслав.

- В кафешке, недалеко от фирмы, где он работал, - обычная забегаловка. Честно говоря, я Олега не сразу узнал. Внешне он был вроде тот же парень, но… ей-богу, не знаю, как объяснить, а только будто бы я с другим человеком беседую.

- Что значит - с «другим человеком»?

- Ну… взгляд у него стал тяжелый, аж мурашки по спине бегают, и разговор у нас странным получился. Я его прошу с работой подсобить, а он плечами пожал и говорит: «Зачем, мол, тебе постоянная работа? Она к месту привяжет. Я тоже подумываю уйти на вольные хлеба». И еще, он все время смотрел в сторону, словно там стоял кто-то и слушал нас. Разве не странно? Ведь обещал же помочь, а сам… Что за дела?!

- Раньше у Хованина не было привычки смотреть по сторонам?

- Я знал, что вы не поймете, - вздохнул Туркин. - Одно дело, когда человек просто смотрит, а тут… он словно видит что-то! А вы не видите. Неприятно… - Он поежился. - Я потом звонил Олегу, опять справлялся о работе. Что, вы думаете, он сказал? Удивился. Первый раз слышу, заявляет, о твоей проблеме! Каково?! Он, дескать, все забыл - начисто! Обидно мне стало, не бог весть какая просьба, а он прикидывается, открещивается от школьного товарища. Сказал бы сразу, по-приятельски: нет у меня возможности, Колян, заниматься твоим трудоустройством, извини! Я бы на него не сердился. А то… Ой! О мертвых плохо не говорят, - спохватился Туркин. - И обижаться на них нельзя.

Он суеверно постучал себя по губам.

- Хованин разбился на мотоцикле, - сказал Смирнов, наблюдая за реакцией собеседника. - Насмерть.

На лице Туркина не отразилось ничего, кроме горечи и недоумения.

- Эх, Олежка, Олежка! Бедовая головушка! Разбился, выходит… А я уж решил, под землей что-то случилось - завалило или затопило. Оно вон как обернулось! Да-а… дела. Выпить не хотите? - предложил он сыщику. - Помянем моего школьного дружка.

- Я на работе, - вежливо отказался тот, вытащил для проформы фотографию Наны, протянул Туркину: - Видели когда-нибудь эту женщину?

Тот молча взял снимок, долго смотрел.

- Если не ошибаюсь, она тогда стояла у проходной, с тем парнем в кепке. Она! Волосы черные, заплетенные в косы, так редко какая девчонка сейчас причесывается. Лица не помню, только косы. Кажись, она!