Белая сирень - Маша Ловыгина

Как причудливо порой сплетаются детские ощущения с теми мыслями, которые возникают в голове по прошествии нескольких лет. Глядя через стекло автомобиля Маржанской на герб города, яркой картинкой выделяющийся на кованых воротах, Оля с удивлением вдруг осознала, какие теперь он вызывает противоречивые чувства. Между скрещёнными руслами двух рек, воткнутый в мощный ствол векового дуба, топор больше не рассказывал ей сказку о дровосеке, а настойчиво напоминал о том, что дремучие леса вокруг Чудова хранят в себе множество тайн, часть из которых определённо трагична.

Маржанская вышла первой и отдала ключи от автомобиля охраннику. Ольга, морщась, вылезла из салона следом.

— Это служебная площадь, так что не обращайте внимания на казённость обстановки. Впрочем, лично меня это не особо напрягает, — Регина остановилась у входных дверей и, обернувшись, снова с интересом оглядела Ольгу. Подождав, пока молчаливый охранник проверит Олю металлоискателем, она поманила её за собой.

— Я благодарна вам, вы даже не представляете как.

Наконец-то оказавшись в безопасности, девушка заметно расслабилась. И хоть усталость давала о себе знать, Оле стало по-настоящему спокойно. Маржанская, скинув туфли, босиком прошла на большую светлую кухню. Порылась в аптечке, достала перекись.

— Итак, рассказывайте, что же с вами произошло. Можете принять душ, если хотите. За вами черти гнались? — она протянула Ольге пузырёк и упаковку ватных дисков.

— Черти… — горько усмехнулась Оля и вздохнула. — Как мне к вам обращаться?

Маржанская удивлённо приподняла бровь.

— Вы знаете, кто я?

Ольга развела руками.

— Более — менее. Простите, но я недолго нахожусь в городе.

— Регина Аркадьевна. Не стану кичиться собственными регалиями, — добавила сухо. — Я, как и вы, тоже здесь недавно. Чай? Кофе? Вино?

— Чай, пожалуйста! — Оля вернулась в коридор и без труда нашла ванную. Стянув джинсы с одной ноги, залила рану перекисью. Припечатав несколько дисков к колену, натянула штаны обратно. Долго мыла руки, скрипя зубами от саднящей боли и разглядывая себя в зеркало.

Вернувшись на кухню, обнаружила накрытый к чаю стол.

Маржанская откупорила пузатую тёмную бутылку. Взяв бокал, поставила его перед собой и понюхала горлышко:

— Пусть подышит, — села напротив и сложила перед собой ухоженные руки, превратившись во внимательную слушательницу.

— Я должна вам сказать, что люди, с которыми вы работаете, совсем не те, за кого себя выдают, — Оля подняла глаза и прямо посмотрела на Маржанскую. — Я знаю это точно. И сейчас, когда у меня есть доказательства, я готова…

— Подождите, — Регина нахмурилась, — не торопитесь. Давайте, с самого начала? Расскажите о себе.

— Не вижу в этом смысла! — упрямо дёрнула головой Оля.

— Ещё даже чайник не закипел, — произнесла Регина и положила ладонь на руку Оли. — Вы знаете обо мне чуточку больше, вам не кажется? А я, получается, почти ничего.

— Хорошо. Меня зовут Ольга Валеева. Я родилась в Чудове. Сейчас живу в Москве…

— Ах, Москва! — перебила её Маржанская и, легко встав, подошла к окну. — Жду с нетерпением того момента, когда смогу закончить с делами, переехать, купить дом в Подмосковье, квартирку в центре. По пятницам ходить в театр, а на выходные летать в Биарриц. Москва — дорогой город, вам это известно. И, если у вас там всё так хорошо складывалось, зачем вы вернулись? Решили поработать на швейном предприятии?

— Нет, это получилось случайно… — девушка смутилась. — Глупая история.

— Случайностей не бывает, — губы Регины дрогнули в улыбке. — Продолжайте, — она насыпала в тяжёлый сплющенный китайский чайник горсть заварки из тёмной жестяной банки.

— Если бы вы жили здесь дольше, то знали бы, как на самом деле устроен наш город. Раньше здесь всем руководил один человек — Роман Морозов, — Ольга произнесла его имя, словно выплюнула. — А Тищенко, Гуциев и Макаров были его друзьями. Они творили всё, что хотели. Я думала, что всё изменилось, но это не так. Скажите, вы вообще в курсе того, что происходит? Что пропадают люди, что находят закопанные трупы в лесу, что все продолжают платить дань Морозову несмотря на то, что… — Ольга запнулась.

— Я политик, а не хозяйственник! — с раздражением в голосе отрезала Маржанская. — Вы думаете, легко разгребать эти многолетние завалы?! Чудов этот ваш — такой же, как и все остальные города. Ни лучше, ни хуже.

Ольга покачала головой.

— Вы не понимаете! У меня есть неопровержимые доказательства причастности этих людей к преступлениям. Они воры, насильники и убийцы! Такие должны сидеть в тюрьме, а не находиться среди нормальных людей и не отравлять им жизнь! Я сделаю всё, чтобы так и было. Вы ведь поможете мне? Это ведь и в ваших интересах тоже.

— Допустим, — Регина налила в бокал вина и в несколько глотков осушила его. — Какие у вас доказательства?

— В мои руки попали видеозаписи нескольких преступлений, а также, файлы с документами, по которым ясно видно, что владельцев бизнеса заставляли переписывать своё имущество и отказываться от того, что им принадлежит по праву. У меня такое ощущение, что всё это было совершено в 90-е, в том смысле, что именно так это время и описывают. И, если бы я не знала точно, что подобные вещи происходят сейчас, то не стала бы говорить об этом настолько уверенно.

Маржанская отодвинула стул и села, забарабанив ногтями по столешнице. Ольга смотрела на неё, не отрываясь, ожидая ответа. Но женщина молчала, обдумывая сказанное Ольгой.

— То, о чём вы говорите, эти доказательства, — на щеках Маржанской выступили розовые пятна, — вы как-то позаботились о них? Хорошо спрятали?

Ольга решительно достала из кармана флешку и положила её перед Региной. Та отшатнулась, словно увидела змею на своём столе.

— Есть ещё кое-что… — Оля раздумывала.

Шумно выдохнув, Маржанская негромко произнесла:

— Принесите мне, пожалуйста, сигареты. Они в моей сумке в коридоре. Если вам не сложно.

Кивнув, Оля направилась в прихожую. Ткань джинсов прилипла к коже колена, отчего каждый шаг отдавался жаркой болью. За спиной послышалось звяканье посуды. Девушка не стала рыться в дорогой кожаной сумке, а просто взяла её за ручки и проделала путь обратно. Перед ней стояла наполненная чаем чашка. Пока Регина копалась в своих вещах и прикуривала тонкую сигарету, Оля с жадностью выпила душистый напиток.