Он все видит! - Марина Серова

– Ариша, неужели ты совсем не почувствовал, когда именно у тебя стащили портмоне?

– Абсолютно! – подтвердил дед. – Стою у кассы, как дурак, и хлопаю глазами… Пришлось сказать, что забыл деньги дома. За мной кто-то в очереди сострил, что в моем возрасте склероз – это обычное дело.

– Вот хамье! – возмутилась я.

– Да уж, культура некоторых представителей современной молодежи оставляет желать лучшего, – заметил Ариша, и я поняла, что его здорово задело это замечание. На самом деле любой молодой человек мог бы позавидовать его памяти. – В общем, вышел я на крыльцо и задумался: что же мне делать дальше? Поскольку у меня не осталось ни единой копейки, добраться до дома было весьма проблематично. Я стоял в раздумьях о том, как же мне лучше поступить – одолжить денег у Стаса или позвонить тебе, чтобы ты приехала за мной в город…

– Насколько я понимаю, ты выбрал первый вариант. Не слишком ли часто мы стали беспокоить Бабенко по всяким пустякам?

– Полетт, не перебивай меня, пожалуйста! Стою я, значит, на крыльце и вдруг замечаю на автобусной остановке Аркадия Савина. Тут-то меня и осенило – мой бумажник у него! Ты спросишь меня, почему я так решил, и правильно сделаешь.

– Почему ты так решил? – повторила я за Аришей слово в слово.

– Аркадий Савин – карманник со стажем. В советское время он даже отбыл изрядный срок за решеткой за это свое пагубное пристрастие, после чего вроде бы и завязал, но зато он подсел на карты. Руки у него натренированные, поэтому ему не составляло особого труда незаметно скидывать ненужные карты или даже подменять их на другие. Я, конечно, тоже кое-что умею, – признался Ариша не без гордости и пригладил свою бородку, – но до Савина мне очень далеко. Его талант достиг поистине филигранного уровня!

– Выходит, тебя обчистил твой же приятель? Вот сволочь! – с чувством воскликнула я.

– Я не назвал бы Аркашку своим приятелем, мы с ним просто знакомы, причем знакомство это шапочное. А за последние пять лет и вообще не виделись. Он, кажется, переехал в областной центр.

– Понятно. Что было дальше?

– Я быстренько спустился по ступенькам, подошел к Савину и поздоровался. Он сделал вид, что несказанно обрадовался встрече со мной, принялся бросать всякие напыщенные фразы. Я не стал с Аркашкой так же любезничать, чтобы он, паче чаянья, не решил, что я вступил с ним в дружескую беседу, а сразу же спросил его в лоб: «Что же ты, Аркадий, чистишь всех без разбору?»

– Держу пари, он начал отнекиваться!

– Именно так, – подтвердил дед. – Савин посмотрел на меня честными-пречестными глазами и даже бровью не повел, отвечая: «Аристарх, я не понимаю, о чем ты!» Бумажник, говорю я, отдай, а то пожалеешь, что вернулся в Горовск! Аркаша вновь принялся гнуть свою линию. Мол, ничего не знаю, не трогал я тебя, и все такое. И вообще, говорит, может, тебя местные обработали, а ты на меня грешишь.

– Ну и что ты ему на это ответил?

– Я сказал, что не верю в такие совпадения, и, если у меня кто-то свистнул бумажник, а рядом ты ошиваешься, значит, это твоих рук дело. Аркадий усмехнулся и спросил: «Аристарх, а ты уверен, что тебя действительно обчистили? Ты все свои карманы проверил?» Он, значит, мне все это говорит, а в глазах его бесстыжих огоньки бесовские резвятся. Я сунул руку в карман и, к своему стыду, нащупал портмоне. Вот такие дела, Полетт!

– Погоди, Ариша, я не поняла, он что, тебе обратно бумажник подсунул?

– Выходит, что так, – и мой дедуля выругался, что в моем присутствии случалось с ним крайне редко. – Я твердо знаю, что в магазине все мои карманы были пусты.

– Мистика! – сказала я, впечатленная его рассказом. – Ариша, неужели ты и во второй раз ничего не почувствовал?

– Практически ничего. Правда, был один момент… Мимо нас проходила женщина с двумя малолетними детьми. Савин посторонился, чтобы их пропустить, и буквально на секунду прижался ко мне. Думаю, тогда-то он и вернул кошелек на место.

– А ты хоть проверил, деньги-то в нем твои оказались?

– Обижаешь, конечно, проверил! Аркадий понял, что я нащупал бумажник, сказал, что он куда-то опаздывает, и юркнул в маршрутку. Я достал портмоне, заглянул в него и удостоверился, что все его содержимое в целости и сохранности.

– Хорошо то, что хорошо кончается, – сказала я, чтобы подбодрить деда. Собственные промахи всегда его сильно огорчали.

– Да, деньги-то не пропали, но вот неприятный осадок у меня на душе все равно остался. Савин дважды провел меня, как стопроцентного лоха!

– Ты не прав: если бы он считал тебя лохом, то не вернул бы тебе твою собственность, – возразила я.

– Ты думаешь? – Аришин взгляд несколько просветлел.

– Уверена!

– Полетт, а как у тебя дела? Что-то ты у телевизора сидишь, а не у прослушки.

– Надоело мне подслушивать. Тем более что я и без того все знаю: Ковалев сегодня привез к себе жгучую брюнетку. Надеется, что с ней у него что-нибудь получится.

– У плохого игрока и козырная дама не пляшет, – с ехидцей заметил дедуля.

– Тебе видней, – я улыбнулась, оценив шутку. – Ужинать будешь?

– Ну, разумеется. Эх, жаль, я из-за этого козла коньяк не купил!

– Ты же мог потом вернуться в магазин.

– Чтобы продавщица на самом деле подумала, что у меня старческий склероз? Ну уж нет! У меня не было никакого желания доставлять ей столь сомнительное удовольствие.

– Ладно, не переживай, у нас есть в заначке бутылка коньяка, – сказала я, понимая, что нервное напряжение, которое испытал сегодня дедуля, требовало разрядки.

– Правда? – оживился Ариша. – А я-то думал, что мы уже все выпили.

* * *

После ужина я все-таки включила прослушку. Ковалев с маниакальным упорством звал брюнетку в сауну.

– Слоник, я не понимаю, зачем в такую жару нужна парилка? У тебя же в доме есть ванная комната. И я подозреваю, что не одна. Прохладный душ – это как раз то, что надо!

– Душ? Он не работает, – нагло врал Виктор Николаевич, – ни один. Все время забываю вызвать сантехника.

– Как не работает? Я пойду и сама это проверю.

– А я тебя не пущу!

– Слоник, какой же ты настойчивый! Мне правда надо в ванную комнату. Подожди, я не надолго.

Я не стала ждать финала, выключила прослушивающую аппаратуру и легла спать.