Джокер - Кен Макклюр

— Леди и джентльмены, говорит командир корабля. Некоторые из вас уже знают, что один пассажир оказался болен, и, к сожалению, по этой причине никто из нас не может покинуть самолет немедленно. Я знаю, это неприятно, но нас попросили остановиться на некотором расстоянии от главного здания и ожидать дальнейших инструкций. Я буду держать вас в курсе, а пока прошу вас набраться терпения.

У Джуди возникло ощущение, что фитиль подожжен и в каждую секунду может раздаться взрыв. Он не заставил себя ждать. За общим гулом недовольства последовал гневный выкрик:

— По-моему, вы сказали, что это малярия! Получается, вы солгали? — возмущался мужчина, сидевший позади Барклая. — Что, черт возьми, происходит? Что с этим парнем?

— У нас на борту больной пассажир, сэр. Большего я не могу сейчас сказать, пожалуйста, наберитесь терпения.

— Черт бы побрал этого пациента! Здесь что-то происходит, и мы имеем право знать правду. Что вы от нас скрываете? А ну, рассказывайте, чем он болен!

— Я не врач, сэр…

— Зато он врач! — Мужчина раздраженно ткнул большим пальцем себе за спину. — Что он сказал по этому поводу?

— Послушайте, я прошу прощения, но не могу сейчас обсуждать…

— А, все понятно, — прервал ее мужчина. — Он не захотел иметь с ним дело, так? Он довольно шустро свалил на свое место, насколько я помню. Черт возьми, что с этим парнем? Твою мать… я сейчас пойду назад и спрошу его сам.

Он начал расстегивать свой ремень, но его жена избавила стюардессу от необходимости спорить с ним.

— О господи, Фрэнк! — воскликнула она, не отрывая взгляд от окна самолета, за которыми мелькали синие вспышки. — Там космонавты!

Гул утих — пассажиры бросились к окнам, чтобы увидеть мигающие огни автомобилей техпомощи, окруживших самолет. На взлетной полосе перед автомобилями стояли люди — одетые в оранжевые комбинезоны, закрывавшие их с головы до ног. Вспышки света отражались от их шлемов с опущенными лицевыми щитками.

— Леди и джентльмены, с вами снова говорит командир корабля, — раздался по радио спокойный дружелюбный голос. — Насколько я понял, скоро прибудут автобусы аэропорта, которые отвезут нас в приемный центр, где нам сообщат подробнее о сложившейся ситуации и о возможности связаться с родственниками и друзьями. Благодарю вас за ваше терпение. Надеюсь, скоро мы будем свободны. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах и ожидайте дальнейших инструкций от экипажа.

Голос капитана сменили «Времена года» Вивальди.

Зрелище на взлетной полосе произвело на пассажиров отрезвляющий эффект. Всеобщая воинственная настроенность сменилась тревогой и покорностью судьбе. Гневные протесты и приглушенные угрозы потребовать компенсацию вытеснил настоящий страх неизвестности.

Первым из самолета вынесли Барклая. Два человека в оранжевых костюмах переложили его на носилки, спустили по ступеням на взлетную полосу, затем погрузили в ожидавшую машину скорой помощи. Следующими самолет покинули пассажиры с четырех рядов позади и впереди Барклая. Автобус, водитель которого тоже был одет в оранжевый костюм, отвез их прямо к крыльцу здания аэропорта. Повсюду пахло дезинфицирующими средствами — пол автобуса был мокрым от раствора. Затем в самолет вошла команда санитаров и накрыла территорию, с которой были эвакуированы люди, полиэтиленовой пленкой, а затем тщательно обрызгала все из пульверизаторов. Остальных пассажиров эвакуировали через заднюю дверь самолета на других автобусах. Последним самолет покинул экипаж. Пилотов и стюардесс торопливо загрузили в отдельный автобус, который отправился вслед за остальными в экстренный приемный центр. Оставшиеся сотрудники санитарно-эпидемиологической службы принялись поливать дезрастворами сначала салон, а затем самолет снаружи.