Темная священная ночь - Майкл Коннелли

Бэллард прислонилась к крылу рядом с ним.

— Что у тебя? — спросил Дворек.

— Креветки, — ответила Бэллард. — Я заказываю только с доски[16]. Это значит, что они свежие, верно? Они не знают, что у них будет, пока не купят это в доках.

— Если ты так считаешь.

— Мне нужно так считать.

Она откусила первый кусочек. Было вкусно, и не было никакого рыбного привкуса.

— Неплохо, — сказала она.

— У меня было рыбное блюдо, — сказал Дворек. — Это, наверное, уберет меня с улицы, как только оно спустится на нижнюю дорожку.

— С-М-И[17], сержант. Но если уж говорить об улицах, что от тебя хотел тот парень, Босх?

— Ты его видела?

— Я поймала его, когда он рылся в документах в бюро "Д".

— Да, он в отчаянии. Ищет любую зацепку в деле, над которым работает.

— В Голливуде? Я думал, он работает в полиции Сан-Фернандо.

— Работает. Но это частное дело, которым он занимается. Девушка, которую убили здесь девять лет назад. Я был одним из тех, кто нашел тело, но, черт возьми, если бы я мог вспомнить что-нибудь, что помогло бы ему.

Бэллард откусила еще кусочек и начала кивать. Следующий вопрос она задала с набитым креветками и тортильей ртом.

— Что это была за девушка? — спросила она.

— Беглянка. Ее звали Дейзи. Ей было пятнадцать, и она оказалась на улице. Печальный случай. Я часто встречал ее в Голливуде, недалеко от Вестерна. Однажды ночью она села не в ту машину. Я нашел ее тело в переулке у Кауэнги. Пришел анонимный звонок — я это точно помню.

— Это была ее уличная кличка?

— Нет, настоящее имя. Дейзи Клейтон.

— А Сезар Ривера тогда работал в секс-подотделе?

— Сезар? Я не уверен. Мы говорим о девятилетней давности. Может, и работал.

— А ты не помнишь, чтобы Сезар имел какое-то отношение к этому делу? Босх ковырялся в его картотеке.

Дворек пожал плечами.

— Я нашел тело и сообщил об этом, Рене, вот и все, — сказал он. — После этого я не принимал в этом никакого участия. Помню, меня послали в конец переулка, чтобы я натянул ленту и не пускал людей. Я был просто гладким рукавом[18].

За каждые пять лет службы полицейские в форме получали на рукав нашивку. Девять лет назад Реликт был почти новичком. Бэллард кивнула и задала свой последний вопрос.

— Босх спросил тебя о чем-нибудь, о чем я не спрашивала?

— Да, но это было не о ней. Он спрашивал о парне Дейзи и о том, видел ли я его на улице после убийства.

— Кто был тот парень?

— Очередной беглец, брошенный на произвол судьбы. Я знал его по его граффити-подписи: "Зависимый"[19]. Босх сказал, что его звали Адам. Я забыл. Но ответ был отрицательным, после этого я его никогда не видел.

Такие парни приходят и уходят.

— Это все, что у них было — отношения между парнем и девушкой?

— Они шныряли вместе. Знаешь, для защиты. Такой девушке нужен был парень. Как сутенер. Она работала на улице, он присматривал за ней, и они делили прибыль. Вот только в ту ночь он подвел. Жаль ее.

Бэллард кивнула. Она догадалась, что Босх хотел поговорить с Адамом/"Зависимым", как с человеком, который мог знать больше всего о том, с кем была знакома и общалась Дейзи Клейтон и куда она отправилась в последнюю ночь своей жизни.

Он также мог быть подозреваемым.

— Ты знаешь о Босхе, верно? — спросил Дворек.

— Да, — ответила Бэллард. — Он работал в отделе в те времена.

— Ты знаешь звезды на тротуаре перед участком?

— Конечно.

На тротуаре перед Голливудским участком были мемориальные звезды в честь офицеров подразделения, погибших при исполнении служебных обязанностей.

— Так вот, там есть одна, — сказал Дворек. — Лейтенант Харви Паундс.

О нем рассказывали, что он был напарником Босха, когда работал здесь.

Его похитили, и он умер от сердечного приступа, когда его пытали по делу, над которым работал Босх. Бэллард никогда раньше не слышала этой истории.

— Кто-нибудь когда-нибудь попадался за это? — спросила она.

— Смотря с кем разговаривать, — ответил Дворак. — Это якобы "чистое дело", но это еще одна тайна в большом плохом городе. Ходили слухи, что парня убили из-за чего-то, что сделал Босх.

"Чистое дело" — это обозначение дела, которое было официально закрыто, но без ареста или обвинения. Обычно это происходило потому, что подозреваемый был мертв или отбывал пожизненное заключение за другое преступление, и не было смысла тратить время, средства и риск на судебное разбирательство по делу, которое не повлечет за собой дополнительного наказания.

— Предположительно, досье на него опечатано. Высокое дзинго.

"Высокое дзинго" — так в полиции Лос-Анджелеса называли дело, связанное с политикой Департамента полиции. Такое дело, когда неверный шаг может погубить карьеру.

Информация о Босхе была интересной, но неполной. Прежде чем Бэллард успела придумать вопрос, который мог бы вернуть Дворека к делу Дейзи Клейтон, его автомобиль пискнул, и он принял звонок из дежурной части. Бэллард услышала, что лейтенант Манро направил его по адресу Бичвуд-Каньон, чтобы проконтролировать работу группы, реагирующей на бытовую ссору.

— Мне пора, — сказал он, сворачивая фольгу, в которую было упаковано тако. — Если только ты не хочешь поехать со мной и подстраховать меня.

Бэллард знала, что это было сказано в шутку. Реликту не нужна была поддержка детектива из ночной смены.

— Увидимся в участке, — сказала она. — Если только дело не пойдет наперекосяк и тебе не понадобится детектив.

Она надеялась, что нет. Домашние разборки обычно заканчивались тем, что он говорил, она говорила, а она выступала скорее в роли судьи, чем детектива. Даже очевидные физические повреждения не всегда говорили о случившемся.

— Понял, — сказал Дворек.

3

Детективы дневного дежурства знали все о схемах движения. В большинстве случаев большинство дежурных приезжали в бюро до шести утра, чтобы к полудню успеть разъехаться, миновав часы пик в обоих направлениях. Бэллард рассчитывала на это, когда решила расспросить Сезара Риверу о деле Дейзи Клейтон. Оставшуюся часть смены она провела в ожидании его прихода, подбирая и изучая имеющиеся электронные записи по