Положите ее среди лилий - Джеймс Хэдли Чейз

– Приятное соседство, – заметил Керман, приглаживая усы ногтем большого пальца.

Мы поднялись по ступенькам и осмотрели два ряда почтовых ящиков. Квартира Фридлэндера оказалась на пятом этаже, номер 25. Лифта не было, и мы пошли пешком.

– Вот будет здорово, если его нет дома. – Керман, задыхаясь, остановился на площадке четвертого этажа, чтобы вытереть лоб.

– Ты слишком много пьешь, – сказал я и зашагал на следующий этаж.

Мы вошли в длинный грязный коридор. Чье-то радио играло джаз. Музыка жарким дуновением разносилась по всему коридору.

Неряшливого вида женщина вышла из соседней квартиры. На ней была шляпа из черной соломки, знавшая лучшие дни, а в руке она держала сетку для покупок. Женщина окинула нас взглядом, полным любопытства, и направилась по коридору к лестнице. Там она обернулась на нас, и тогда Керман показал ей нос. Она прошествовала вниз, презрительно вскинув голову.

Мы подошли к квартире номер 25. Тут не было ни звонка, ни дверного молотка. Не успел я поднять руку, чтобы постучать, как за дверью раздался приглушенный хлопок, будто кто-то надул бумажный пакет и наступил на него.

Револьвер был у меня в руке, другой рукой я взялся за дверную ручку, едва раздался этот хлопок. Я повернул ручку и толкнул дверь. К моему удивлению, она открылась. Я заглянул в просторную комнату. Судя по обстановке, это была гостиная.

Я слышал, как Керман тяжело дышал у меня за спиной. Я окинул комнату быстрым взглядом: никого. Из гостиной вели еще две двери, обе были закрыты.

– Думаешь, выстрел? – вполголоса спросил Керман.

Я кивнул, тихо вошел, жестом велев ему оставаться на месте. Керман застыл там, где стоял. Я пересек комнату и прислушался у правой двери, однако орущее радио заглушало все остальные звуки.

Махнув Керману, чтобы он спрятался, я повернул ручку и мягко толкнул дверь, в ту же секунду отступив в сторону и прильнув к стене. Мы оба ждали и прислушивались, но ничего не происходило. Из открытой двери чувствовался крепкий, кисловатый запах пороха. Я подался вперед, чтобы заглянуть в комнату.

Прямо в центре на полу лежал мужчина. Лежал, подогнув под себя ноги и прижав руки к груди. Между пальцами сочилась кровь и стекала по запястьям на пол. На вид ему было около шестидесяти, и я понял, что передо мной Фридлэндер. Пока я смотрел на него, он захрипел, и руки безвольно опустились на пол.

Я не двигался. Понятно, что убийца должен быть внутри. Он просто не успел бы уйти.

Керман проскользнул в гостиную вслед за мной и прижался к стене по другую сторону от открытой двери. Его тяжелый револьвер 45-го калибра был похож на настоящую пушку, зажатую в руке.

– Выходи! – внезапно заорал я; мой голос прозвучал так, словно бензопила наткнулась на сучок. – Руки вверх!

Раздался выстрел, и пуля вылетела в дверной проем рядом с моей головой.

Керман наугад дважды выстрелил в комнату. От его шумного револьвера задребезжали окна.

– Тебе не уйти! – крикнул я, стараясь изобразить крутого копа. – Ты окружен.

Но на этот раз убийца не захотел играть. Повисла тишина, никакого движения. Мы выжидали, но ничего не происходило. Я представил себе, как сюда приедут копы, а мне вовсе не хотелось общаться с копами из Фриско – слишком уж они расторопные.

Я жестом велел Керману оставаться на месте, а сам метнулся к окну соседней комнаты. Когда я взялся за раму, Керман снова выстрелил, чтобы заглушить звук открываемого окна. Я выглянул наружу. Окно соседней комнаты находилось в нескольких футах от меня. Это означало, что мне нужно перешагнуть с одного окна на другое, рискуя падением с высоты примерно в сто футов. Занося ногу на соседнее окно, я обернулся. Керман с выпученными глазами смотрел на меня, качая головой. Я указал большим пальцем на соседнее окно и поставил туда ногу.

Кто-то выстрелил снизу, и мне в лицо брызнули осколки цемента. От неожиданности я чуть не разжал руки. Оказывается, внизу, на улице, на меня смотрела, задрав головы, целая толпа зевак. И в центре толпы стоял здоровенный коп, целившийся в меня.

Я сдавленно вскрикнул, рванулся к окну соседней комнаты и, разбив стекло, ввалился туда, приземлившись на четвереньки. Выстрел грянул буквально мне в лицо, а затем загрохотала пушка Кермана, отчего с потолка отвалился кусок штукатурки.

Я прижался к полу, отчаянно изворачиваясь, чтобы спрятаться за кроватью, когда в комнате прогремели новые выстрелы.

Вдруг я увидел, как на меня с кровати скалится смуглая рожа и зловещего вида вороненое дуло нацеливается мне в голову, но в следующий миг рука с оружием исчезла в грохоте выстрела и появилась снова, уже окровавленная.

Это оказался мой приятель, бандит с грязными манжетами. Он испустил вопль и кинулся к окну, но Керман бросился за ним. Итальянец ударил Кермана наотмашь, увернулся от него и выскочил за дверь, затем пронесся через следующую комнату и исчез в коридоре. Снова прогремели выстрелы, раздался женский крик, чье-то тело тяжело рухнуло на пол.

– Берегись! – прохрипел я. – Там коп, которому нравится стрелять. Он откроет огонь, как только увидит тебя.

Мы замерли на месте и стали ждать.

Но коп и не собирался рисковать.

– Все на выход! – проревел он из коридора; даже с такого расстояния я слышал, как тяжело он дышит. – Пристрелю вас, к чертовой матери, если увижу пушку.

– Мы выходим, – ответил я. – Не нервничай и не стреляй.

Подняв руки, мы вышли в смежную комнату, а затем в коридор.

Там лежал итальянец. Во лбу у него зияло пулевое отверстие.

А коп оказался из числа тех здоровяков, которые отличаются большим размером ноги и твердолобостью. Он скалился на нас, угрожая оружием.

– Полегче, брат, – посоветовал я, поскольку мне совсем не понравился его вид. – У тебя и так уже два трупа. Зачем тебе еще два?

– А мне плевать, – заявил он, скаля зубы. – Два или четыре – какая разница? Назад к стене, пока не приехал фургон.

Мы попятились к стене и вскоре уже услышали завывание сирен. По лестнице, тяжело сопя, поднялись два человека в белых халатах, вместе с ними явилась и делегация от отдела по расследованию убийств. Я обрадовался, увидев среди детективов их начальника Даннигана. Нам доводилось работать с ним раньше.

– Привет, – сказал он, поглядев на нас. – Тут что, ваши похороны?

– Чуть было не стали нашими, – ответил я. – Внутри еще один труп. Может, скажешь этому полицейскому, что мы не опасны? Меня не покидает чувство, что он собирается нас пристрелить.

Данниган махнул копу,