Приговор - Джеймс Шиан

Потребовалось еще два дня и две ночи, но в конце концов Джек одолел почти все тома. В последней коробке осталось несколько тонких папок, но он не сомневался, что уже знает все существенное. Во время вечерних пробежек он посвящал Пат в то, что удалось выяснить за день. Это приносило пользу обоим. Пат стала до тонкости разбираться в ситуации, на следующее утро делилась с Нэнси. А Джек, разговаривая с ней, обобщал и систематизировал собственные мысли.

– Ты оказалась права: частным адвокатом Руди была женщина. Ее имя Трейси Джеймс – судя по всему, модный юрист. Ее контора находится в Веро-Бич.

Они разминались у реки. На воде не было ни одной лодки, только плавали парочкой два пеликана. Третий спикировал к поверхности, выхватил из воды рыбу и беспрепятственно улетел прочь – собратья не обратили на него внимания. Наверное, сыты, решил Джек. Он знал, как яростно дерутся пеликаны за каждый кусок. Или влюблены…

Пат прервала его фантазии:

– Она в самом деле устранилась, потому что ей недостаточно заплатили?

– Кто?

– То есть как кто? Эта Трейси Джеймс, о которой мы говорим.

– Наверное. Точно не знаю. В документах только говорится, что она отказалась от защиты клиента до того, как состоялось заседание суда. Но если Майк сказал, наверное, так и есть. Мне случалось встречать адвокатов, которые работают только ради денег. В общем, Руди получил государственного защитника. Но Джеймс, прежде чем устраниться, проделала хорошую работу. Она разбила в пух и прах выступающего в качестве свидетеля на предварительных слушаниях следователя. Если бы это произошло на суде, Руди сейчас был бы на свободе.

– Так почему этого не произошло на суде?

– Потому что государственный защитник либо пьяница, либо идиот.

– Этот факт не может послужить поводом для апелляции?

– Может. Но его уже пытались использовать и ничего не добились. Однако на слушаниях об обжаловании мисс Джеймс затронула интересную тему: мог ли Руди, учитывая его характер и отсталое умственное развитие, отказаться разговаривать с полицейскими? И еще: обязаны ли были следователи немедленно прекратить допрос, как только мать Руди прибыла в полицейский участок?

– Полагаю, судья не клюнул на ее доводы? – Они углубились в такие юридические дебри, что Пат требовалось немалое усилие, чтобы следить за мыслью Джека. К счастью, в этот день они бежали дистанцию пять миль.

– Напротив. Он отклонил ходатайство защиты, но разрешил вынести на суд присяжных все обстоятельства допроса: как Элену не пустили к сыну и как не использовали звуко- и видеозаписывающие устройства, хотя все эти средства были в распоряжении полиции. И само признание, в сущности, не было признанием. Детектив вынудил сказать подозреваемого, что если бы Руди сильно разозлился, то в этом состоянии мог бы убить человека.

– Так ты говоришь, государственный защитник ничего из этого не использовал?

– Ничего.

На следующий вечер они пробежали семь миль. И Джек рассказал Пат, как юридические органы рассматривали поданные апелляции. Первая апелляция опротестовывала результаты слушаний об обжаловании и была отклонена Верховным судом Флориды. Суд признал, что решение судьи Уэнтвелла не противоречит законным правовым нормам. Вторая апелляция строилась на том, что проявил некомпетентность адвокат, в данном случае государственный защитник, который оказался не в состоянии приобщить к доказательствам обстоятельства этого допроса.

– Я считаю, что это была хорошая апелляционная стратегия, – продолжал Джек. – Сначала суд утверждает, что доказательства могут и должны быть вынесены на рассмотрение присяжных. Затем следует вторая апелляция, которая основывается на том, что государственный защитник не сумел представить суду подтверждающие невиновность подсудимого доказательства.

– И на каком же, черт побери, основании была отклонена вторая апелляция? – Чем больше Пат вдавалась в подробности, тем больше ее охватывало негодование.

– Видишь ли, на карту поставлено нечто большее, чем заметно на первый взгляд. Во-первых, апелляционные суды очень неохотно отменяют решения судов присяжных. Апелляции удовлетворяют лишь в пятнадцати процентах всех случаев. Во-вторых, адвокатом в данном деле выступал государственный защитник. Он, как и прокурор, является государственным служащим. Апелляционный суд редко идет на то, чтобы признать неэффективность государственного защитника в исполнении долга. И в третьих, публике нравятся смертные приговоры. Она не одобряет инициативных судей, которые вмешиваются в решение присяжных. Суд не огражден от общественного мнения.

Пат была вне себя от того, что говорил ей Джек. Они бежали через лес, где не было ни одной живой души, и она не выдержала и закричала во весь голос:

– Речь идет о жизни человека! Какое кому дело до общественного мнения, или политики, или государственных защитников, или прочего дерьма? Это же жизнь человека!