Последний билет в рай - Марина Серова

Я опять поставила машину на стоянке недалеко от клуба. Некоторое время сидела в машине с включенной «прослушкой», из которой ничего не доносилось. Похоже, в клубе еще не было ни владельца, ни его «свиты». Ничего, подождем. Скоро все эти доблестные труженики культурно-просветительской работы, как называли в советские времена работников клубов, подтянутся на свои рабочие места.

Я не ошиблась. Не прошло и получаса, как к зданию подкатил черный «джип» размером с сарай. Он остановился у самой двери. Из него вышел сначала один «человек в черном», огляделся по сторонам, затем вышел еще один, такой же, и тоже огляделся. Они открыли дверцу машины, из которой медленно выполз Суруляк-старший. Следом за ним из «сарая» выскочил третий телохранитель. Все трое окружили своего босса плотным кольцом, как президента, и в таком виде весь квартет прошел ровно два шага до двери клуба, где они благополучно и скрылись – ко всеобщей радости.

Значит, Иван Иванович нанял охрану? Ну-ну! Ты, урод, похоже, думаешь, что тебя спасет эта святая троица? Спастись можно лишь в том случае, если ты знаешь – кто твой враг. А ты этого не узнаешь никогда! Хотя, может, и узнаешь… когда уже будет поздно.

Вскоре из «прослушки» зазвучал чей-то невнятный разговор. По отдельным фразам я догадалась, что речь идет об открытии какого-то гей-клуба. Оказывается, наш Суруляк и не думает падать духом. Он поглощен новой творческой идеей! Подыскивает подходящее помещение, ищет отделочников, мебель, что-то там еще… Молодец! Крепкий орешек! Только мы и не таких кололи.

Потом речь зашла о VIP-сауне и о любых видах эротического массажа. Нет, ну, точняк, творческая личность! Такого если не остановить – он весь город наводнит гей-клубами и VIP-саунами. А главное, будет толкать там свою наркоту.

Посидев в машине еще какое-то время, я отправилась домой.

Павел позвонил, когда часы уже пробили шесть:

– Полина, я, наконец, освободился и могу подъехать к тебе.

– Давай, я дома.

Вскоре ультрамариновый «Фольксваген» уже сигналил возле наших ворот. Я к тому времени дожаривала пельмени в большой чугунной сковороде.

– Здравствуй, – шагнул Павел в открытую мною дверь.

– Здравствуй. Мой руки, пельмени дожариваются.

– Ты приготовила пельмени? Зачем?

– А ты не голоден?

– Голоден. Я вообще сегодня остался без обеда. Мотался весь день, как проклятый, перекусить было некогда.

– Ну, вот, сейчас и поужинаем пельменями…

– У меня есть предложение получше. Давай сходим в кафе. Я сегодня выиграл процесс и хочу отметить это событие. Ты не против?

Разве я могла быть против? Я только попросила дать мне десять минут на сборы – одеться, наложить на лицо минимум косметики и привести в порядок голову. Павел сказал, что подождет меня в машине.

Через полчаса мы сидели в кафе «Восток-Запад». Сделали заказ и принялись обсуждать последние события. Павел рассказывал о своем суматошном дне:

– Где я сегодня только не был! В прокуратуре, в суде, в бюро судебно-психиатрической экспертизы, даже в тюрьме… Потом опять в суде… Потом на допросе… Карусель!

– А кого ты защищал?

– Парня одного. Он сирота, детдомовский. На него решили повесить преступление, которого он не совершал, а я помог ему оправдаться. Между прочим, ему грозило до десяти лет.

– Павел, а ты точно уверен, что он его не совершал?

– Точно. Я знаю, кто совершил то преступление. Сын богатенького папочки. Папа решил отмазать отпрыска…

Я внимательно слушала адвоката. Потом настала моя очередь хвалиться добытыми мною сведениями. Я рассказала, как подслушивала сегодня утром под окнами клуба.

– Представляешь, Павел, Суруляк-старший и не думает падать духом! Похоже, никакие киллеры ему не страшны. Хотя охрану-то он нанял вполне профессиональную, не то что его клубные мордовороты-уголовники. Сейчас Иван Иванович собирается гей-клуб открывать, а еще, кажется, VIP-сауну. В творческом поиске человек!

– Что-то его все на сексуально озабоченных тянет.

– Да, его бизнес становится многопрофильным. В сауне непременно будут трудиться девочки-подростки, а главное, все его так называемые увеселительные заведения станут территориями для распространения наркоты. Павел, его надо срочно остановить!

– Согласен. Как?

– Стравить Суруляка-старшего с его братцем-педофилом. Когда мы получим с Иваныча деньги, я обязательно скажу ему, что нанял меня, ну то есть киллера, его младший брат – Обмылок. И пусть разбираются между собой по-родственному.

– Он может тебе не поверить.

– Значит, надо сделать так, чтобы поверил. Например, подкинуть ему в качестве наживки еще какую-нибудь секретную информацию. И вопрос, я думаю, заключается вовсе не в этом. Нам надо решить, как забрать у Иваныча деньги. Это сейчас главное.

– Как забрать? Да, это действительно вопрос… А ты как их забирала раньше?

– Да как только не забирала! Способов много, как-нибудь потом расскажу.

– Давай через камеру хранения? Они пусть их туда положат, а мы подошлем какого-нибудь подростка…

– Это непросто: деньги-то у подростка нам потом тоже придется забирать. Я думала сделать это в самом клубе.

– Каким образом?

– Например, вырубить свет. И уже в темноте…

– А если кейс с деньгами запрут в сейф?

– Значит, надо сделать так, чтобы Суруляк его оттуда достал. Допустим, я позвоню ему по телефону и скажу, что иду за деньгами…

– Не пойдет. Они тебя тут же схватят. Их там вон сколько, жлобов этих!

– А я скажу Суруляку, что здание заминировано.

– И?

– Нет, пожалуй, сама я за кейсом не пойду. Лучше позвоню ему и сообщу, что иду, а сама подожду где-нибудь под окном. Сообщу ему по телефону, что здание заминировано, и пригрожу его взорвать. Я думаю, со страху они выбросят кейс в окно. Я схвачу его, прыгну в твою машину и…

– Мы засветим мою машину.

– Возьмем в прокате какую-нибудь крутую тачку побыстроходнее.

– Этот вариант мне нравится больше…

Мы с Павлом еще долго обсуждали всевозможные способы отъема денег у господина Суруляка, а когда, наконец, вкусно поужинав, покинули наше любимое кафе и сели в его машину, он сказал:

– Я тебе рисковать не дам в любом случае. Все твои варианты слишком опасны. Давай сделаем так. Я поручу это дело кому-нибудь из моих бывших подзащитных. Надеюсь, твое самолюбие не пострадает?

– Нет, но в таком случае рискуешь ты.

– У меня нет выхода. Я дал клятву – разделаться с этой мразью, и я ее выполню.

– Ладно, еще не вечер. Мы подумаем об этом, а пока что я продолжу доставать Иваныча телефонными звонками, чтобы он не расслаблялся.