Топор - Дональд Уэстлейк

«Я подал заявление на работу там несколько недель назад».

«Это верно», — говорит он. «И вы были одним из тех, у кого они брали интервью».

«Однако мне не перезвонили, так что, думаю, я не получил эту работу».

«Было четыре человека, которых они вызвали на повторное собеседование, — рассказывает мне Бертон, — и оказалось, что двое из них только что были убиты. Они оба были застрелены насмерть».

«Боже милостивый!»

«Это эти двое, Эверли и Аше». Бертон постукивает по своему блокноту. «И теперь, — говорит он, — баллистическая экспертиза говорит нам, что они оба были убиты из одного и того же оружия».

Я спрашиваю: «Это был кто-то, с кем они работали?»

«Они не знали друг друга, — говорит Бертон, — насколько мы можем судить. Мы не можем найти никакой связи между этими двумя мужчинами, за исключением того, что они оба подали заявки на одну и ту же работу».

Я говорю: «Ты имеешь в виду, ты думаешь, что кто-то придет и пристрелит меня?»

«Вероятно, это простое совпадение, — говорит Бертон, — эти двое получают обратные вызовы для одной и той же работы. Несколько человек подали заявки, и пока все остальные в полном порядке, как и вы. Теперь они кого — то наняли…

«Я так и думал, что они должны были это сделать».

Он сочувственно улыбается и говорит: «Извините, что принес плохие новости».

«Нет, ты к этому привыкаешь», — говорю я.

«Я знаю, это может быть непросто», — говорит он. «Моего брата уволили из Electric Boat, а его жену неделю спустя уволили из страховой компании. Они сходят с ума».

«Я уверен, что это так».

«Что мы думаем, — говорит Бертон, — так это то, что Эверли и Аше должны были где-то и когда-то встречаться. Может быть, на торговой конференции или по рекомендации работы, кто знает. Они встретились друг с другом, и они встретили кого-то еще, и что-то пошло не так. Так что связь Уиллиса и Кендалл — просто совпадение».

«Человек, которого наняла компания», — говорю я. «С ним все в порядке?»

«С ним все в порядке. Никаких угроз в его адрес, никаких таинственных незнакомцев, шныряющих поблизости».

«Так что, вероятно, это не имеет никакого отношения к той компании», — говорю я.

«Все верно. Если и есть связь, то она где-то в прошлом. Вот почему я здесь, мы опрашиваем всех, кто хоть как-то связан с любой из жертв».

«У меня не так уж много связей», — говорю я. «Мы все подавали заявки на одну и ту же работу».

«Но именно телефонный звонок от того работодателя подтолкнул нас к этому», — указывает он. «Мы не знаем, что ищем, поэтому нам приходится искать везде, о чем только можно подумать. Например, если бы мы могли найти какое-нибудь место, какое-нибудь время, когда собрались бы такие люди, как вы, в вашей отрасли, где вы все могли бы быть, на торговой выставке…

«Я управлял линией по производству продуктов», — говорю я. «Я почти никогда не ходил на конференции по продажам и тому подобное».

«Не могли бы вы, — говорит он, — взглянуть на пару фотографий, может быть, они освежат вашу память? Посмотрите, не встречали ли вы где-нибудь кого-нибудь из этих людей».

Я говорю: «Это не — это ведь не фотографии их мертвых, не так ли?»

Он смеется: «Мы бы так с вами не поступили, мистер Девор. Это совершенно обычные фотографии. Все в порядке?»

«Конечно», — говорю я.

Фотографии у него в блокноте, и теперь он вытряхивает их и протягивает мне.

Вот они, мои резюме номер один и четыре, с неповрежденными лицами до того, как я всадил в них пули. Я смотрю на фотографии и чувствую, как внутри меня поднимается огромная печаль, так что щиплет глаза. Мне так жаль этих двух мужчин. Они кажутся приличными парнями. Я качаю головой, и когда я смотрю на Бертона, я осознаю, что над его головой бушует море Уинслоу Гомера. «Они просто кажутся хорошими парнями», — говорю я. «Извините, у меня от этого текут слезы или что-то в этом роде. Они выглядят такими обычными».

«Конечно», — говорит он. «Ты идентифицируешь себя, я это понимаю. Подобные вещи не должны случаться с такими людьми, как мы. К сожалению, они случаются».

Возвращая фотографии, я говорю: «Я действительно не думаю, что я когда-либо встречался с ними. Ни с кем из них».

«Хорошо», — говорит он и засовывает фотографии в блокнот, а сам блокнот убирает во внутренний карман пиджака.

Это все? Все? Я все еще свободен, не пойман, ни о чем не подозревал? Я говорю: «Прости, что не смог помочь».

«О, ты помогла», — говорит он и поднимается на ноги, и я тоже. Он говорит: «Мы никогда не любили совпадений, но иногда это случается. Если бы этого никогда не случилось, у нас не было бы для этого слова».

«Думаю, это правда», — говорю я.

Из бокового кармана брюк он достает бумажник, а из бумажника визитку, которую вручает мне со словами: «Если тебе что-нибудь придет в голову или если здесь произойдет что-нибудь странное на следующей неделе или около того, позвони мне, хорошо?»

С неуверенной улыбкой я говорю: «Странно, как будто в меня стреляли?»

«Что бы это ни было, — говорит он, — похоже, что двое. Я действительно не думаю, что мы наткнемся на третьего. Я думаю, вы в безопасности, мистер Девор».

«Это хорошие новости», — говорю я.

30

Я снова в своем кабинете. Бертон ушел, я описал причину его визита к Марджори, у меня было больше разговоров с Марджори на тему двух убийств, чем я хотел, но я чувствовал, что не должен прерывать разговор, и теперь я вернулся в свой офис, и меня трясет от осознания того, что я был на волосок от смерти.

Эти двое убитых мужчин и их связь с поиском работы могут быть совпадением, это правда. Два варианта могут быть совпадением или не совпадением, и довольно скоро они придут к выводу, что совпадение — единственный ответ, который подходит этим двум.

Но не три.

Если бы я нашел Гаррета Блэкстоуна. Если бы ему не поручили работу с этикеткой консервных банок. Если бы я застрелил его в любое время на этой неделе,