Верхом на «Титанике» - Дарья Донцова

– Пей больше, Андрюха, – заявилажена, – ваще в идиета превратишься.

Андрюха засопел, но обиду проглотил, Нюсяоглядела меня и довольно вежливо поинтересовалась:

– Вы к нам? В гости? Так мы вас не звали.

– Я не имел намерения просить чаю, –попробовал я вступить в контакт с чудовищем, – просто принес телевизор.

– Кому? – попыталась вытаращитьглаза Нюся.

– Вам!

– Нам?

Я указал на сумку.

– Вот.

– И че там?

– Телевизор.

– Нам?

Идиотизм ситуации чуть не убил меня.

– Вам, вам, – в очередной разподтвердил я и собрался уходить.

– От кого? – вдруг поинтересоваласьНюся.

– От негра, – не задумываясь, ляпнуля, – у вас есть знакомый чернокожий в красном халате, зеленой шапочке ижелтых штиблетах, он…

Завершить фразу мне не удалось. Нюся однойжелезно-цепкой рукой втащила меня в темную прихожую, другой подхватила сумку,закрыла дверь, зажгла тусклую лампочку без абажура и приказала:

– Стой, не чухайся! Ща глянем, якой такойтелик! Андрюха, зараза, открывай змейку, а я пока этого кадра придержу. Больнодело странное! Может, он террорист!

Алкоголик с явным трудом присел около поклажии подергал «молнию».

– Ну че, – поинтересовалась Нюся,прижавшая меня к вешалке, на которой болталось вонючее тряпье, – теликхороший?

– Пусто, – с горьким разочарованиемотметил Андрюха, – ваще ничего.

– Совсем? – напряглась Нюся.

– Во, – торжественно заявилалкоголик, вытаскивая небольшой прозрачный пакет с белым содержимом, –усе.

– Не упускай энтого, – велела Нюся.

Андрей встал на место жены, я попыталсяпробраться к выходу.

– Мне пора.

– Стоять! – гаркнула Нюся. – Ахты, сучара! Андрюха, держи его! Я ментов вызову.

– Ой, не нада, – испугалсямуж, – за фигом нам они тут?

– … – взвыла Нюся и потряслапакетом, – ты телик не зырил? Знаешь, че это?

– Неа, – закашлял муж.

– Гексоген! Он ево с сахаром смешал и кнам пришел!

– Зачем? – не понял туповатыйАндрюша.

– Штоб дом взорвать! – взвизгнулаНюся. – Чечен!

– Вы с ума сошли! – Я попыталсявыпутаться из сложного положения. – Во-первых, я совершенно не похож напредставителя боевиков! Я москвич, родился и вырос в столице.

– За деньги люди че угодносделают, – просопела Нюся, – небось решил, раз мы бедные, то купимся!За телик продадимся? Пустим с гексогеном? Мы че, гады? Суки совсем? Держи его,Андрюха!

Продолжая нецензурно браниться, Нюся открыладверь и побежала на лестницу.

– Куда это она? – поинтересовался я.

– Так в ментовку, – мирно пояснилАндрюха, – нам телефон давно отключили. Кругом одне гады, мы денег им незаплатили, провод оне обрезали. А ты стой и жди!

– Послушайте, это недоразумение.

– Ментам объяснишь.

– Сумку мне передал негр.

– Ага.

– Сказал, там телик.

– А нетуть ни фига!

– Чтобы взорвать дом, одного килогексогена мало, – заехал я с другой стороны.

– Молчи, зараза, – пнул меняАндрюха.

Очевидно, в алкоголике бродило похмелье, потомучто, ударив ногой ни в чем не повинного человека, хозяин квартиры пошатнулся ис громким воплем:

– Б… – рухнул на пол.

Падая, алкоголик сделал попытку устоять иуцепился за вешалку. Деревянная конструкция стала валиться вместе с мужиком,мне на лицо попало вонючее пальто с воротником из кошки. Я машинально схватилкацавейку в охапку, выпутался из нее и, перепрыгнув через поверженного,матерящегося Андрея, кинулся на лестницу, проклиная Леву и пари.

В кафе у метро толпился народ.

– Вань, – крикнул внучок, –сюда гляди! Я лучшее место занял!

Тяжело дыша, я плюхнулся на стул.

– Ну, – весело поинтересовалсяпакостник, – а где Роберт?

– Кто? – прошипел я сквозь зубы.

– Роберт, – слегка сбавил тонЛева, – мы с ним по рукам ударили!

– Ах, Роберт, – протянул я, –он негр? Плохо по-русски говорит?

– Вполне нормально, как мы с тобой,учится в университете, живет неподалеку, я с ним поспорил, что ни один москвичне поможет телик наверх поднять!

– Куда?

– В его квартиру!

– Серый дом, номер десять?

– Точно!

– Кто адресок-то подсказал?

– Он сам! – слегка погасил радостьЛева.

– Твой Роберт – псих, – не вытерпеля, – в квартире обитает парочка невменяемых алкоголиков, меня они принялиза террориста…

– Ваще, – закрутил головойЛева, – ниче не понимаю. Говоришь, он тебе что-то в лифте сунул? Деньги зауслугу?

– Да, – остыв, ответил я.

– Глянь! – приказал Лева.

Я машинально запустил руку в карман, вынулассигнации и ахнул.

– Тут две тысячи евро. Никогда не виделподобных купюр.

– Большого достоинства, вот поэтому иредкие, – закивал Лева, – зря я о Роберто плохо подумал. Он увидел,что ты сумку понес, и расплатился. Честный человек. Супер. Выигрыш делимпополам. Тысчонку тебе, вторую мне, идет?

Я хотел возмутиться, стукнуть кулаком по столуи заявить: «Лев! Я никогда не зарабатывал столь нелепым образом и тебе несоветую!» Но я увидел наивно-детский взгляд Левы, восторженно-счастливоевыражение его лица и, вновь став жертвой гипноза, кивнул.

– Шикарно, – подпрыгнул Лева, –суперски вышло. Ну че? Пошли тратить?

– Ты о чем? – уточнил я.