Правила убийцы - Джон Сэндфорд

— Вот и отлично. Это как раз подходящее место.

Она подняла на него глаза.

— Я рада, что ты смог задержаться здесь на денек. Обычно здесь тихо, но в субботу и в воскресенье приезжают люди. Сегодня мы здесь одни. В будние дни чувствуешь себя как-то по-особенному.

После обеда Лукас принес березовые поленья, заготовленные прошлой осенью, развел в камине огонь. Когда дрова разгорелись, он и Карла уселись на диван и долго разговаривали, смотрели телевизор, а потом поставили на видеомагнитофон взятый напрокат фильм.

К концу фильма Лукас начал расстегивать пуговицы на ее блузке. Когда зазвонил телефон, он уже снял с нее блузку, а Карла сидела у него на коленях и щекотала его. Лукас посмотрел на нее и совершенно твердым голосом заявил:

— Я не хочу подходить к телефону. Он еще кого-то убил.

Карла перестала смеяться, она полуобернулась, сняла трубку и сунула ее ему в руку. Он какое-то время молча смотрел на трубку, а потом приложил ее к уху.

— Дэвенпорт, — произнес он.

— Лукас, — проговорил Андерсон, — у нас еще одно убийство.

— Черт!

Он посмотрел на Карлу и утвердительно кивнул головой.

— Приезжай.

— Кого на этот раз?

— Проститутку. Мы знаем только, как ее звали на улице, и больше ничего. Хизер Браун. Лет пятнадцати. Ножом, как и всех остальных. И записка есть.

— Я ее не знаю. А Смайза вы проверяли?

— Да, он на ферме, где живет его семья. Мы определили, что ее прикончили около семи часов. Телевизионщики ехали за ним до самой фермы. В шесть часов они делали кое-какие съемки. Он все еще там. Это не он.

— Может быть, это ее сутенер.

— Мы его разыскиваем. И это еще одна из причин, по которой ты нужен нам здесь. Ты должен посмотреть на нее, может быть, ты ее знаешь, потряси там ее приятелей.

— Наши уже этим занимаются?

— Да. Они ее знают, но ничего конкретного они пока не нашли.

— Где это произошло?

— В Южном Хеннепине.

— Да. Я знаю это место. Хорошо, скоро буду.

* * *

Лукас повесил трубку и повернулся к Карле, она уже надевала блузку. Он протянул руку и дотронулся до ее груди.

— Мне надо ехать, — сказал он.

— Кого убили? — Ее голос звучал глухо, она была расстроена.

— Проститутку. В мотеле, где сдают номера на несколько часов. Это тот самый человек, но все как-то… странно. Как будто он это сделал абсолютно спонтанно. И это первый случай, когда он взялся за проституток. — Он поколебался, а потом сказал: — Я хочу тебя кое о чем попросить, но я не хочу, чтобы ты меня неправильно поняла.

Она наморщила лоб и пожала плечами.

— Давай.

— Не могла бы ты на несколько минут выйти и прогуляться до причала?

— Да…

— Мне надо позвонить по телефону и… — Он сделал неопределенный жест. — Это не значит, что я тебе не доверяю, но будет лучше, если я буду говорить без свидетелей. Иногда я совершаю поступки, которые выходят за рамки закона. И если надо будет давать показания перед судом присяжных… словом, я не хотел бы, чтобы тебе пришлось давать ложные показания под присягой или хотя бы думать о том, что такое возможно.

Она неопределенно улыбнулась.

— Конечно. Я пойду. Нет проблем.

— Похоже, проблема все-таки есть, — сказал Лукас, проводя рукой по волосам. — Каждый раз, когда такая ситуация возникает с женщиной, она считает, что я ей не доверяю.

— И часто такие ситуации возникали? — спросила она.

— Пару раз было. Это выводит меня из себя.

— Ладно. Ты ведь полицейский. — Она взяла одну из его фланелевых рубашек с длинными рукавами, которую обычно надевала холодными вечерами, и улыбнулась. — Ради бога, не беспокойся из-за этого. Я буду на причале, когда закончишь звонить, позови меня.

Он проследил взглядом, как она спустилась по ступенькам, прошла по тропинке через двор, и буквально через минуту увидел ее силуэт на причале на фоне темной воды. Лукас взял трубку и набрал номер.

— Мне нужно немедленно переговорить с Энни Макгаун. Это срочно.

— Как ей передать, кто ее спрашивает?

— Скажите ей, что это Гнедой Конь.

Через минуту Макгаун была уже у телефона.

— Гнедой Конь?

— Энни, совершено еще одно убийство. Ты об этом уже слышала?

— Нет.

Она говорила коротко, голос ее звучал возбужденно.

— Где это произошло?

— Она проститутка, все произошло в мотеле у Ренди на Хеннепин. Молодая девчонка. На улице ее звали Хизер Браун. Там сейчас работают полицейские, тебе стоит съездить туда со своей командой. Я хочу еще кое-что тебе сказать насчет убийцы, это мнение наших специалистов. Наш шеф и другие детективы, возможно, попытаются это отрицать, потому что они не хотят, чтобы эта интимная подробность выплыла наружу. Так вот, мы предполагали, что он убьет проститутку.

— Господи, почему?

— Наши психоаналитики считают, что, вероятно, этот человек настолько безобразен, настолько непривлекателен для женщин, что у него от этого не просто не встает, но он даже не может познакомиться с женщиной. Одно ведет к другому. Мы не знаем, связано ли это с его внешностью. Возможно, это связано со специфическими реакциями организма, или что-то в этом роде. Может быть, от него воняет чем-нибудь, понимаешь?

— Ну и ну!

— Да, ну ты поняла. Действительно, отталкивающий тип, вроде человека-ящерицы. Я не стал бы об этом никому рассказывать, но мне понравилось, как ты вплела в свое сообщение ту информацию, которую я тебе сообщил. Теперь, когда он убил проститутку, я думаю, что, возможно, эти последние данные позволят зрителям вашей передачи заглянуть во внутренний мир этого убийцы-маньяка… ну, ты меня понимаешь.

— Это же настоящая сенсация, Лу… э-э… Гнедой Конь. Я сейчас же займусь всем этим, а потом позвоню тебе. Ты дома?

— Нет. Я нахожусь в трех часах езды к северу от города. Но я уже выезжаю и приеду где-то около полуночи. Дома буду, вероятно, после часа ночи. Но спать не лягу часов до трех. Если тебе нужно будет позвонить, то звони в это время.

— Ладно. Спасибо тебе, Гнедой Конь.

Карла сидела на причале, кутаясь во фланелевую рубашку.

— Ты уже едешь?

— Да.

— Я провожу тебя до машины.

— Я хотел задержаться здесь подольше, — сказал он.

— Так возвращайся.

— Если смогу.

Он обнял и поцеловал ее. Она прижалась к нему на минутку, потом отпрянула и пошла к дому. Лукас уселся в «порше», развернулся и поехал в город.