Последняя камелия - Сара Джио

– Еще? Мисс Льюис, вы прожили здесь несколько месяцев – или камелия здесь, или ее здесь нет. Я начинаю думать, что вы сами ее выкопали. – Он подошел ко мне поближе. – Но вы бы не сделали такое, ведь нет?

– Дайте мне еще несколько месяцев, – взмолилась я. – Мне нужно как следует осмотреться в саду. Когда деревья отцвели, определить их сорт невозможно.

Он кивнул:

– Хорошо. Но если вы не найдете ту камелию к концу ноября, я пошлю людей еще раз поговорить с вашим отцом.

– Я так и знала, что это были вы, – проговорила я, сжимая кулаки. – Пожалуйста, не впутывайте моего отца, умоляю вас.

– Все в ваших руках, мисс Льюис, – усмехнулся мистер Прайс. – А теперь, дорогая, – он протянул руку, – вот моя визитная карточка, если вы потеряли старую. – Он повернулся к двери. – Позвоните мне, когда разыщете камелию. В следующий раз я не буду таким терпеливым.

Я ждала, когда закроется дверь, а потом рискнула выйти в фойе, где, слава богу, никого не было. Какое-то время мне понадобилось, чтобы прийти в себя, а потом я поспешила в гостиную.

– Ах, вот и вы, – сказала миссис Диллоуэй, появляясь на площадке первого этажа.

– Простите, – пролепетала я, – я просто выпроваживала… попрошайку.

Мы вместе пошли в гостиную. Десмонд, вскочив с кресла, приподнял домоправительницу за талию.

– Миссис Диллоуэй! – кричал он, кружа ее по комнате.

Она пыталась скрыть улыбку и коснулась значка на его мундире.

– Вам идет военная форма.

Он замер по стойке «смирно» и отдал честь.

– Младший лейтенант.

Глаза миссис Диллоуэй стали тревожными.

– Надеюсь, вы не уезжаете сражаться?

– Уезжаю, мэм, – с гордой улыбкой ответил он. – Я только что вернулся с первого задания, и моя часть снова отплывает, на этот раз на юг, примерно на месяц. – Мы посмотрели друг другу в глаза, но он отвел взгляд. – Я думал провести последние недели здесь – то есть если никого не стесню, конечно.

– Какая чепуха! – сказала миссис Диллоуэй. – Я рада, что вы дома. Мы все рады.

– А отец? – спросил он.

– Не могу сказать. Вы ведь поссорились. Время покажет, как будут развиваться события. Но все равно он сейчас в Лондоне.

Десмонд разинул рот.

– Он в безопасности, – успокоила его миссис Диллоуэй. – Сегодня мы получили от него телеграмму. Лондонский дом оказался всего в нескольких кварталах от места, где город пострадал сильнее всего. Но ему повезло.

– Слава богу, – с облегчением произнес Десмонд. – Когда он приедет?

– Завтра.

– Я бы хотел повидаться с детьми, если можно.

Миссис Диллоуэй посмотрела на меня:

– Мисс Льюис отведет вас наверх.

– Давай устроим им сюрприз, – сказал Десмонд с озорным блеском в глазах.

– Давай, – шепнула я.

Мы подкрались к дверям детской, и я услышала, как Эббот на что-то жалуется, а Николас изображает вой пожарной сирены.

Десмонд наклонился ко мне и прошептал:

– Войди и скажи им, что пришли учителя.

– Они возмутятся, – усмехнулась я. – Сегодня ведь суббота!

– Ерунда! Я подожду за дверью и удивлю их!

Я вошла в детскую.

Эббот лежал на полу, положив ноги на какую-то игрушку, и листал книжку комиксов.

– Почему жизнь такая скучная?

Кэтрин и Джени сидели у кукольного домика, а Николас двигал к нему пожарную машину, вызывая у девочек раздраженные крики.

– Дети, – сказала я, – с прискорбием сообщаю вам, что сегодня у вас будут уроки.

– Уроки? – завопил Эббот. – Но сегодня же суббота. Это… противозаконно!

Я притворно усмехнулась:

– Уверяю вас, это не противозаконно.

– Туфта, – состроила рожицу Джени.

– Мисс Джени, – ответила я, едва сдерживая смех, – кто вас научил такому слову – туфта?

– Николас, – с улыбкой ответила Кэтрин.

– Ладно, бог с вами. Я даже наняла для этого случая специального субботнего учителя. Он уже за дверью.

– Я, наверное, умру, – застонала Кэтрин.

– Я совершенно уверена, что не умрешь.

– Кто учитель-то? – спросил Николас. – Не тот нудный старикашка с усами?

– Мистер Уортингтон – не нудный старикашка, – сказала я. – Он очень милый человек.

Я подняла Джени на ноги, и Кэтрин тоже встала.

– Давайте, – продолжала я, – встретим его.

С унылыми лицами дети вереницей поплелись в коридор, и тут из-за двери выскочил Десмонд.

– Сюрприз! – воскликнул он.

– Десмонд? – закричал Николас, улыбаясь до ушей.

– Десмонд! – завизжала Кэтрин, подбежала и обхватила старшего брата руками.

Джени захлопала в ладоши, хотя не думаю, что она его узнала.

Десмонд присел на корточки рядом с самой младшей сестренкой.

– Когда я последний раз тебя видел, ты была совсем малышкой. А теперь, смотри, как выросла!

Она засияла. Потом он взглянул на Эббота, который с хмурым видом скрестил на груди руки.

– В чем дело, Эббот? – спросила я.

Тот не отрывал глаз от Десмонда.

– Ты не должен! – закричал мальчик. – Ты не можешь вернуться сюда как ни в чем не бывало!

Десмонд побледнел.

– Это нечестно! – продолжал кричать Эббот, а потом протиснулся мимо нас и убежал в свою комнату.

– Оставайся с детьми, – тихо сказала я, – а я пойду к нему.

Я бросилась по коридору за Эбботом. Дверь в его спальню была заперта.

– Эббот, – позвала я, – пожалуйста, открой дверь, милый. Пожалуйста, давай поговорим. Ну почему ты обижаешься?

– Отстаньте от меня! – крикнул он. – Пожалуйста, оставьте меня в покое.

– Хорошо, – согласилась я. – Но потом я вернусь тебя проведать.

Десмонд провел вторую половину дня с детьми в гостиной, где Джени и Кэтрин по очереди танцевали с ним вальс. Обе визжали от восторга, когда он кружил их по комнате. Николас, хлопая в ладоши, подзадоривал танцующих.

Десмонд установил граммофон.

– Я нашел эту штуку в магазине грампластинок в Лондоне, – сказал он, нащупывая штырек. – Гленн Миллер. В Америке он знаменитость. Ты его знаешь?

– Да, – сказала я, вспомнив джаз-банды в «Кабана-Клаб» в Бронксе. Мне бы хотелось осмелиться потанцевать с парнями, которые меня приглашали, но я всегда находила причину для отказа. В ту ночь на пароходе я впервые танцевала с Десмондом.