Три судьбы - Нора Робертс

– Это ваш? – Она старалась унять волнение, садясь в кабину рядом с Бардеттом.

– Компании. Сильно упрощает передвижение.

Пока Джек просматривал поверочную ведомость, Ребекка нерешительно спросила:

– А вы хороший летчик?

– До сих пор никто не жаловался, – рассеянно ответил он, а потом поднял глаза. – Вы когда-нибудь летали на самолете?

– Конечно. – Она шумно выдохнула. – Один раз. На надежном большом самолете.

– На заднем сиденье есть парашют.

– Это что, шутка?

Джек не ответил, включил двигатель, и самолет покатился к выделенной ему взлетной дорожке.

– Вот здорово! – воскликнула Ребекка, когда земля стала стремительно отдаляться. – Сколько времени требуется на то, чтобы получить лицензию пилота? Можно подержать штурвал?

– Может быть, на обратном пути. Если погода будет ясной.

– Если я могу управлять кораблем в бурю, то смогу управлять и маленьким самолетом в дождь. Наверное, ужасно приятно быть богатым.

– В этом есть свои преимущества, – кивнул Джек.

– Когда мы найдем Судьбы и продадим их вам, я куда-нибудь свожу маму в отпуск.

– И куда же?

– Еще не знаю. – Слегка успокоившись, Ребекка откинулась на спинку сиденья и стала следить за облаками. – Думаю, в какое-нибудь экзотическое место. Она всю жизнь работала как каторжная и никогда не жаловалась. Сейчас мы тратим деньги, которым следовало лежать в банке и обеспечивать ее старость…

Она сделала паузу, потом села поудобнее и посмотрела на Джека.

– Помните, вчера она сказала, что алчность тут ни при чем? Так вот, она действительно не жадная. В жадности можно обвинить меня, хотя я считаю, что это всего лишь практичность.

– Намекаете, что после возвращения статуэток обдерете меня как липку?

Она только улыбнулась:

– Джек, дайте мне подержать в руках штурвал.

– Нет. Почему вы не спрашиваете, зачем мы летим в Дублин?

– Потому что это бесполезно. Вы все равно не скажете.

– Забавно. Раз так, скажу. Я изучил досье на вас, ваших братьев и Клео Толивер.

– И что же вы узнали? – холодно осведомилась Ребекка.

– Вы сделали то же самое, так что зуб за зуб. В юности за Толивер водились грешки – потребление спиртных напитков до достижения совершеннолетия, мелкие кражи в магазинах, нарушение правил поведения в общественных местах… В общем, набор, обычный для буйных подростков. Клео угодила в колонию, и родители не горели желанием, чтобы она оттуда вышла.

– Что вы хотите сказать? – Ребекка была шокирована и возмущена. – Что они посадили ее в тюрьму? Собственного ребенка?

– Колония не тюрьма, но разница невелика. Ее родители развелись, и матери понравилось менять мужей. До восемнадцати лет Клео жила то с матерью, то с отцом, а потом ушла от них. После этого в ее досье порочащих записей нет, так что она либо исправилась, либо научилась не попадаться копам.

– Иными словами, вы думаете, что человеку с таким прошлым доверять не следует, – подвела итог Ребекка. – Но если бы Гедеон придерживался того же мнения, он бы так и сказал.

– Я не знаю Гедеона и предпочитаю делать собственные выводы. Кстати говоря, за вашими братьями никаких нарушений закона не числится. А вы вообще белы, как снег. Точнее, как ваша кожа.

Когда Джек протянул руку и кончиком пальца коснулся ее щеки, Ребекка отстранилась.

– Уберите руки.

– Ох уж эта ирландская кожа, – пробормотал он себе под нос. – Почему мужчину так и тянет к ней прикоснуться? Особенно если она благоухает, как ваша.

– Я не смешиваю бизнес с чувствами, – чопорно сказала она.

– А я смешиваю. Причем стараюсь делать это как можно чаще. Вы практичная женщина и можете оценить, насколько эффективно одновременное решение нескольких задач.

Ей пришлось рассмеяться.

– Да, тут вы правы. Но если вы думаете, что умудренному опытом путешественнику ничего не стоит сбить с пути истинного наивную провинциалку, то тут вы ошибаетесь.

– Я не считаю вас наивной. – Джек повернул голову и посмотрел ей в глаза. – Я считаю вас очаровательной. Более того, я пытаюсь разобраться в том странном чувстве, которое вы вызываете во мне. Ребекка, вы возбудили во мне любопытство, а я привык удовлетворять его.

– Вы тоже заинтересовали меня. И именно поэтому я отправилась с вами в Дублин. Но не думайте, что вы сможете перехитрить меня, потому что этого не будет. У меня есть цель. И ничто не собьет меня с пути.

– Да, вы целеустремленная женщина, Ребекка. Целеустремленная женщина, которая знает компьютеры, умеет быстро собраться, отправиться в путешествие с одной сумкой и при этом не опоздать. Где вы скрывались до сих пор?.. Мы подлетаем, – сказал Бардетт, не дав ей открыть рта.

В аэропорту Дублина их ждала еще одна машина, взятая напрокат. Ребекка не сразу поняла, что машина удаляется от города.

– Дублин в другой стороне, – напомнила она.

– Мы едем не в город.

– Почему вы не сказали этого раньше?

Подозрительность делала ее еще более привлекательной.

– Мы действительно прилетели в Дублин, а теперь нам нужно проехать несколько миль к югу. Когда дело будет закончено, мы вернемся и улетим из Дублина.

– А где мы будем ночевать?

– Там, где я не был уже пару лет. У вас будет отдельная комната, – добавил он. – Если только вы не захотите остаться в моей.

– Предпочитаю собственную. А кто будет платить?

Лицо Бардетта смягчилось улыбкой, и Ребекке захотелось провести пальцем по еле заметному шраму в виде полумесяца.

– Это не проблема. Красивая местность, – сказал он, указав на высокие зеленые холмы, видневшиеся сквозь мелкую изморось. – Понятно, почему после ухода на пенсию он решил поселиться здесь.

– Кто?

– Человек, к которому мы едем. Скажите, вы разделяете веру своей матери в то, что Судьбы – это что-то вроде символа?

– Думаю, да.

– И что их нужно объединить по причинам более важным, чем их материальная и даже художественная ценность?

– Да. А что?

– Еще один вопрос. Вы согласны, что иногда судьба преподносит нам странные сюрпризы и что мир тесен?

Ребекка не понимала, к чему он клонит.

– Если вы имеете в виду, что все на свете взаимосвязано, то да.

– Если так, то вас ждет приятная встреча.

Машина поднялась на холм, а потом двинулась по проселку, петлявшему между мокрыми живыми изгородями и аккуратными домиками с цветущими палисадниками. Дорога вновь начала подниматься, затем свернула, и Джек затормозил на короткой подъездной аллее у красивого каменного дома, из трубы которого шел дымок, а рядом раскинулось настоящее море цветов.