Три судьбы - Нора Робертс

– Выпьете что-нибудь?

– С удовольствием. Прошу прощения, я еще не поблагодарил вас за оплаченный билет на самолет.

– Это бизнес. – Она повернулась и пошла на кухню.

– Вы сменили не только прическу, но и изменились сами.

– Может быть. – Решив, что он, как и его брат, предпочитает пиво, Тайя достала из холодильника бутылку и взяла с полки стакан. – Может быть, мне пришлось это сделать.

– Тайя, я прошу прощения за то, как повел дело.

Гордая собой, она сорвала крышку с бутылки и наполнила стакан. При этом ее рука ни капельки не дрожала. Малахия взял протянутый Тайей стакан и подождал, пока она не подняла глаза.

– У меня нет слов, чтобы выразить, как я жалею, что лгал вам.

– Не нужно ворошить прошлое. – Она направилась в гостиную, но остановилась, когда Малахия преградил ей путь.

– Но ложью было далеко не все.

Хотя щеки Тайи разрумянились, тон остался деловым и холодным.

– Говорить об этом тоже не имеет смысла. У нас есть общие интересы и общие цели, касающиеся определенного произведения искусства. Я хочу объединить наши усилия, чтобы вернуть его. Только это и следует обсуждать.

– Вы облегчаете мою задачу.

– Вот как? И чем же?

– Поскольку вы перестали быть чрезмерно чувствительной, я могу не бояться причинить вам душевную боль.

– Когда-то у меня была слишком тонкая кожа, – кивнула Тайя. – Но сейчас мало что может причинить мне боль… А теперь здешние правила распорядка: не курить в квартире. Можете для этого пользоваться балконом, как это делает Гедеон. Они с Клео сейчас там.

Малахия хотел сказать ей, что они с братом переедут в гостиницу, но передумал. Если ей все равно, с какой стати он будет переживать?

– Я бросил курить два года назад, так что это для меня не проблема.

– Отлично. Значит, дольше проживете. Убирать за собой, я люблю порядок. Спать будете на диване, потому что спальню для гостей заняли Гедеон и Клео. Вам с Гедеоном придется поочередно пользоваться гостевой ванной. Клео может пользоваться моей, но в мою ванную и спальню вам с братом вход воспрещен. Это ясно?

– Абсолютно, дорогая.

– Я записываю все расходы. Расплатитесь потом.

– Конечно, расплатимся! – вспыхнул Малахия. – Мы не нищие. Я могу взять ссуду в банке, немедленно вернуть вам все до цента и уйти отсюда!

Пристыженной Тайе пришлось оправдываться:

– В этом нет необходимости. Я сержусь на вас и ничего не могу с собой поделать.

– Тайя…

– Не нужно. – Смущенная его мягким тоном, она стремительно отвернулась. – Я могу сердиться на вас и в то же время делать дело. Я привыкла справляться со своими эмоциями. Вы умеете готовить?

Малахия пожал плечами:

– Более или менее.

– Отлично. Потому что Клео не умеет. Значит, готовим поочередно вы, я и Гедеон. Можно будет заказывать еду на дом. А сейчас мы… – Она осеклась и подняла глаза, услышав, как скрипнула открывшаяся дверь.

Первой вошла Клео – томная, очень сексуальная, подозрительно взъерошенная. Она посмотрела на Малахию с любопытством.

– Должно быть, это старший брат.

– Мал! – Из-за спины Клео появился Гедеон, и братья стиснули друг друга в объятиях. – Рад видеть тебя. Тут творится невообразимое.

Чтобы ознакомить Малахию с ситуацией, потребовалось тридцать минут и еще одна бутылка пива.

– Не понимаю, зачем Бардетту понадобилось совать свой нос в это дело. – Малахия хмуро допил пиво, встал и начал расхаживать по комнате. – Это все усложняет еще больше.

– Если бы он не сунул свой нос в это дело, я бы не знала, что мои телефоны прослушиваются, верно? – подала голос Тайя.

– Может быть, он сказал это для красного словца.

– С какой стати ему это делать? Как бы там ни было, сегодня утром я ходила к отцу и спрашивала его насчет Джека. Отец подтвердил, что он серьезный коллекционер. Кроме того, за него поручился детектив из полиции.

– Трудно определить роль Бардетта во всем этом деле. Он знает Аниту, – сказала Клео, – знает охранные системы и заинтересован в получении Судеб. Мы надеемся продать ему мою статуэтку, а третью продадим, когда получим ее. Так что теперь у вас есть два потенциальных покупателя вместо одного. Можем устроить собственный маленький аукцион.

– Мал, мне тоже не нравится принимать в игру еще одного человека, но это имеет смысл, – вставил Гедеон. – Анита знает о каждом нашем шаге. Может быть, Бардетт сумеет сбить ее со следа. А поскольку отец Тайи говорит, что деньги у малого есть, мы сможем с ним поторговаться. Лично я больше не желаю иметь дела с этой сукой Анитой. Кроме того, я недавно звонил маме, а она познакомилась с Бардеттом и поверила ему. Мне этого достаточно.

– Я решу это сам. Тайя, вы сказали, что он оставил свою визитную карточку? – Малахия пытался осмыслить услышанное. – Я позвоню ему и назначу встречу с глазу на глаз. Если он такой опытный специалист, то мог бы убрать эти «жучки» и нам не пришлось бы каждый раз бегать к телефону-автомату.

– Давайте сделаем перерыв и перекусим, – неожиданно предложила Клео. – Тайя, давай закажем большую пиццу. А еще лучше пару. Этим ребятам предстоит нелегкая работа.

– Если телефоны прослушиваются, а я закажу две большие пиццы, это может показаться странным. Считается, что я здесь одна. Кроме того, на два часа у меня назначен ленч. Мне пора уходить.

– С кем вы встречаетесь? – спросил Малахия, когда Тайя направилась в спальню.

– В спальню вход воспрещен, – пробормотал Гедеон, видя, что брат готов устремиться за ней. – Тайя очень строго придерживается этого правила.

– Она не похожа сама на себя. – Малахия сунул руки в карманы и мрачно посмотрел на дверь спальни. – Мне это не нравится.

– Если бы ты знал, что здесь творилось в последние дни, то не удивлялся бы ничему, – сказала Клео. – Что ты хочешь? Тайя страдает заниженной самооценкой, и твое поведение давит ей на психику.

– Тоже мне психоаналитик! – хмыкнул Малахия.

– Если ты несколько месяцев танцуешь на сцене голая, то невольно начинаешь разбираться в людях. – Она пожала плечами. – Радость моя, если мы хотим добиться успеха, то должны нравиться друг другу. Твой брат мне уже нравится. Как и твой вкус на женщин, – добавила она, кивнув на дверь спальни.

– Позже ты объяснишь, как стриптиз сделал из тебя психолога, но сейчас… – Малахия постучал в дверь. – Черт побери, Тайя, куда вы собрались?

Дверь открылась, и Тайя вышла в гостиную, благоухая духами. Малахия почувствовал, как ревность шевельнулась в нем.