Нить Ариадны - Наталья Андреева

Вот и сегодня. В субботу у них, у государственных людей, по закону положенный выходной. Все они где-то определились, кто на горнолыжном курорте, кто на Канарах. И дороги оказались свободны, даже Кольцевая. Как я медленно ни тащилась, доехали мы меньше чем за час. Солнце еще было в зените, а я уже, черт меня возьми, увидела ворота своей дачи! И теперь с надеждой смотрела на сугробы. Снега в эту зиму навалило столько, что пенсионеры стали вспоминать свое детство. По слухам, климат тогда был суровей, а жизнь лучше. Вот так всегда: ругают погоду, а счастье все же в деньгах.

Выбежав из машины, я стала бегать, по пояс проваливаясь в снег, и вопить:

– Какой кошмар!

– Успокойся, – сказал Руслан.

– Может, вернемся? – с надеждой спросила я. – Ты же видишь: к дому не пройти!

По тому, что случилось дальше, я поняла: этот человек, в отличие от моего мужа, умеет решать проблемы. Откуда ни возьмись сначала появился мужик с лопатой, а потом трактор с грейдером. Я так поняла: тот, что с лопатой, дал телефон трактора. Из кабины вывалился другой мужик и деловито спросил:

– Надбавка будет? В выходной вышел!

Надбавка, судя по всему, была щедрой: во все стороны полетели комья снега. Мне даже пришлось зажмуриться. Полчаса не прошло, а к крыльцу моего загородного дома уже вела траншея. А солнце еще было высоко! Оно стояло в весеннем небе, как золотое блюдо на столе, накрытом синей скатертью. Кое-где аккуратно расположились накрахмаленные салфетки облаков. Но обещанное пиршество не радовало. Для кого-то хорошая погода, а для меня – мука смертная. Потому что мне надо решить проблему.

– А ты обещал: лопатой… – капризно протянула я.

И мой рыцарь тут же отпустил трактор. Я чуть не взвыла. Теперь мы остались вдвоем среди снежного безмолвия, и лишь где-то вдалеке урчал мотор.

– Я мечтал об этом всю жизнь, – заявил Руслан. – Ты, я и небо.

Машинально я подняла голову. С моей стороны это оказалось неосмотрительно, меня тут же принялись целовать.

– Арина, я люблю тебя, – раздалось среди снежного безмолвия. И все, что я способна была ответить:

– Мне холодно.

Руслан тут же разжал руки и взялся за лопату. Я перевела дух: это надолго. Но он не случайно отпустил трактор. Во-первых, согрелся, а во-вторых, показал мне свою мужскую удаль. Глядя, как Руслан машет лопатой, я задумалась всерьез. Консалтинг в области управления, говорите? Я и не знала, что он требует от человека огромной физической силы и ежедневных тренировок в спортзале. Мне всегда казалось, что это работа с бумагами, а не с топором и лопатой.

Пока Руслан энергично расчищал крыльцо, я рылась в памяти в поисках следующей фразы. Интересно, а как сейчас прозвучит:

– Милый, я забыла ключи.

Или:

– Что мы будем делать, если приедет муж?

Еще вариант:

– Я просто хотела сказать, что не люблю тебя.

Итак, с чего начать? С ключей? Или с коронной фразы «Я не люблю тебя»?

– Эй, Арина! – окликнули меня. – Очнись! Путь свободен!

Я не нашла ничего лучше, чем спросить:

– Как тебе мой дом?

– Я еще не был внутри, – улыбнулся он. – Может, впустишь?

Попробуйте вы после этого сказать, что забыли ключи! Я не смогла. В доме было холодно. Зима. Мама с Егором наезжали сюда и в холода, но я не люблю этот дом. С ним связано слишком много плохих воспоминаний. Мне сразу надо было его продать. Но ведь я не так давно вступила в права наследства. Прошлым летом это еще был не мой дом. А сделки с загородной недвижимостью лучше заключать летом, когда можно показать товар лицом и получить за него максимальную цену. Мне вовсе не хотелось продешевить. Я ведь продавала худшие свои воспоминания.

– Хоромы! – присвистнул Руслан. – Алена мне говорила, но я даже подумать не мог…

– Алена? – вздрогнула я.

Как только он вспомнил о Белке, мои мысли потекли в определенном направлении. Итак, она подробно описала ему все, чем я владею. Движимое и недвижимое. Когда это она успела здесь побывать? И с кем? Мама купила этот дом лет пять назад, к тому времени наши отношения с Белкой стали довольно прохладными: мне надоело оплачивать ее счета. Хотя до окончательного разрыва было еще далеко, на дачу к маме я ее уж точно не возила. Так откуда? Я вспомнила соседку с ее проблемными документами. Да здесь, похоже, целый заговор!

Пока я припоминала всех своих врагов, Руслан поднялся на второй этаж и оценил состояние верхних комнат. А, главное, размеры. Да, дом большой.

– Прекрасное место! – с энтузиазмом сказал он, сбегая по лестнице. – Ба! Да тебе холодно! Ты вся дрожишь! Сейчас затоплю камин!

В зале, у камина, лежала горка сухих березовых поленьев. По осени ее заботливо приготовил Заяц Петь, на случай, если нам взбредет в голову приехать сюда в морозы. Я щелкнула выключателем, проверяя, есть ли свет. Есть, но нет уверенности, что имеется вода. Трубы могли промерзнуть, морозы стояли сильные.

Но вскоре я убедилась, что и вода есть. Дом строили на совесть. К нашим услугам были все удобства, кроме тепла, но Руслан безо всяких усилий растопил камин. Заработали обогреватели. В доме постепенно теплело, и я сняла пуховик.

– Какая ты красивая! – восхищенно выдохнул Руслан.

Все, что он скажет, я знала наперед. Если бы я каждый день не видела себя в зеркале, я бы со временем поверила в искренность его слов. Но, увы! Я прекрасно знаю, что любить меня не за что, кроме как за мои деньги. Это единственное, что есть во мне стоящего. Внешность посредственная, характер скверный, привычки отвратительные. Но зато я богата. И дом тому подтверждение.

– Ты замерзла, – ласково сказал Руслан, глядя мне прямо в глаза. – Тебе надо выпить.

– В доме нет спиртного, – выкрутилась я.

– У меня есть. Я сейчас принесу.

Он вышел. Я села в кресло у камина и закрыла глаза. В двух метрах от меня уютно потрескивали дрова, от нагретых кирпичей шло ровное тепло, кресло оказалось удобным, но в моей душе не было покоя. Я хотела бы вот так, как сейчас: зимой в холода сидеть у камина и смотреть на огонь. Но только не с ним. Не с Русланом. А с кем? Кого я желаю видеть у камина подбрасывающим дрова?

Я подумала, что это может быть только Заяц Петь и никто больше. Никого другого я не хочу здесь видеть. И не будет у меня еще одного мужа. Никогда. Даже если мы с Сережей расстанемся. Мне надо избавиться раз и навсегда от мучений. От людей, которые охотятся за моими деньгами. Машинально я сунула руку в карман висящей на спинке кресла куртки и нащупала там пистолет. Он был заряжен резиновыми пулями. «Не вздумай целиться в голову», – предупредил Паша, вручая оружие. Мне надо почаще повторять про себя эту фразу. Я могу забыть последовательность действий. Первое: не целиться в голову…

– Эй, Ариша!