Дом на полпути - Эллери Квин

— Эй, Буцефал. Какой смысл слепо вверять себя неизвестному? — Он помолчал немного, а потом пробормотал: — Я все не верил, но похоже, что мы опоздали. Как можно быть такой доверчивой!

Билл оттолкнул его и двинулся вперед. Он носился по залу, натыкаясь на стулья и столы, поднимая тучи пыли.

Эллери с мрачным видом не трогался с места. Затем повернулся и пошел к подобию окошка с выступом. На выступе можно было разглядеть надпись «Гардероб». Он облокотился на выступ, нахмурил брови и позвал негромко:

— Билл!

Его друг тут же появился и увидел, как Эллери перелезает через выступ и наклоняется над лежащей в неестественной позе Андреа. Девушка лежала, не подавая признаков жизни, на грязном полу, без шляпы, с растрепанными волосами, колени неестественно подняты. В полумраке лицо ее казалось пепельного цвета.

— Боже мой, — прошептал Билл, — она...

— Ничего подобного. Быстро притащи ведро воды. На кухне должен быть кран. Где твой нос? Это хлороформ!

Билл судорожно сглотнул и побежал искать воду. Когда он вернулся, Эллери стоял на коленях, поддерживая Андреа в полусидячем положении, и методично шлепал ее по щекам, но девушка по-прежнему не подавала признаков жизни.

— Плохо дело, — спокойно констатировал Эллери. — Большая доза. Поставь ведро, Билл, и найди полотенца или скатерть — что-нибудь льняное. О чистоте не заботься. Сейчас требуются героические усилия. И притащи еще парочку стульев.

Когда Билл вернулся, согнувшись под тяжестью двух стульев и груды запыленных тряпок, Эллери энергично массировал грудную клетку девушки.

У Билла глаза чуть на лоб не выскочили.

— Ты что делаешь?

— Отвернись, если не в силах видеть женскую плоть. Я обнажил ее грудь, если так уж желаешь знать. Тут, молодой человек, не до благопристойности. Это входит в исцеление, идиот. А теперь первым делом расставь стулья снаружи. Больше всего ей сейчас нужен свежий воздух.

Билл сглотнул и побежал к входной двери, распахнул ее, снова оглянулся, сглотнул и исчез. Через некоторое время появился Эллери с безжизненным телом Андреа.

— Тащи ведро! Вместе, я говорю! Хорошо. Теперь неси ведро.

Когда Билл вернулся с ведром, Андреа лежала ничком на двух стульях, голова у нее запрокинулась. Эллери расстегнул пояс ее спортивного костюма.

Билл стоял рядом с беспомощным видом. Эллери делал свое дело молча. Подсунув под спину девушки скатерть, он смочил салфетки холодной водой. Затем стал обкладывать ее бледное лицо мокрыми салфетками, с которых стекала вода, словно парикмахер, накладывающий горячие полотенца на лицо клиента. Вскоре у Андреа остались видны только ноздри и кончик носа.

— Да не стой ты как пень! — рявкнул Эллери на друга. — Подними ей ноги. Держи выше и не дай ей свалиться со стульев. Да что такое с тобой, черт побери? Ты что, никогда не видел девичьих ног?

Билл держал ноги Андреа в шелковых чулках, залившись румянцем, как мальчишка, и время от времени поправляя ей юбку. Эллери смочил еще салфетки и обложил ими обнаженную грудь девушки. Затем сдернул их и хлестким ударом снова прилепил на грудь.

— Для чего все это? — спросил Билл, облизывая пересохшие губы.

— Тут ничего сложного. Голова ниже, ноги выше — кровь устремляется к мозгу. Восстанавливается циркуляция. Это такой метод, — пояснил Эллери. — Я научился ему у одного парня, молодого хирурга по имени Холмс, несколько лет назад. Тогда мой отец был у него пациентом. Учитывая его возраст, это было более чем необходимо.

Билл замотал головой, но сдавленным голосом подтвердил:

— Да, да, — и уставился в темнеющее небо.

— Да держи ты ноги повыше! Вот так. Ну как, юная леди? Поза не вполне рекомендованная в танцклассе мисс Агаты, но зато, не сомневаюсь, через минуту вы придете в себя. — Эллери сменил салфетки. — Гм... было вроде еще что-то. Что же? Ах да! Искусственное дыхание. Черт, это же чуть ли не самое основное.

Он подсунул руку под салфетку, которая была наложена на лицо девушки, и с большим усилием опустил ее нижнюю челюсть. Сбросив салфетку, открыл влажное лицо, уже не столь бледное.

— Ого, действует! Пусть еще полежит. — Поморщившись, он вытянул язык изо рта девушки. Затем наклонился и стал резкими толчками ладоней массировать грудную клетку.

Билл наблюдал за другом с вялой улыбкой. И вдруг Андреа открыла глаза.

Билл так и остался стоять, высоко подняв ноги Андреа. Эллери подсунул руку под голову девушки и приподнял ее. Сначала она, казалось, не понимала, где находится, затем взгляд ее остановился на Билле.

— Ну вот, — удовлетворенно проговорил Эллери. — Как вам работа доктора Квина? Отлично! Все хорошо, Андреа, вы снова с друзьями.

Наконец Андреа поняла, что происходит. Краска прилила к ее щекам.

— Что вы делаете? — выдохнула она.

Билл по-прежнему не сводил с нее глаз.

— Да отпусти ты ее ноги, Билл! Что это такое, по-твоему, а?

Билл выронил ноги Андреа, словно это было раскаленное железо. Они упали с глухим стуком, и она поморщилась от боли.

— Да что за глупец! — взорвался Эллери. — Ну и помощничка Бог послал. Спокойно, спокойно, Андреа. Садитесь, вот так. Лучше?

— Все плывет перед глазами.

Андреа села. Эллери все еще поддерживал ей голову. Он притронулся к ее лбу.

— Что произошло? О, в каком я виде! — Она перевела взгляд с ведра воды на грязные салфетки, разбросанные по гравию, затем на себя. Чулки у нее на коленях были порваны, костюм в пыли и грязи, на руках ссадины. — О, — простонала Андреа, прикрывая ноги и грудь. — Вы... Я...

— Именно так: вы вот такая и все это сделали мы, — бодрым голосом сообщил Эллери. — Но теперь порядок восстановлен. Не беспокойтесь. Билл не смотрел, а я, считайте, бесполый, виртуально так сказать. Главное, нам удалось вытащить вас из ступора. Как вы себя чувствуете?

Андреа криво усмехнулась:

— Хуже некуда. Слабость невероятная. А живот болит так, будто на нем добрый час кто-то прыгал.

— Это эффект хлороформа. Скоро пройдет.

Андреа бросила взгляд на Билла и снова покраснела. Тот стоял развернувшись к ней своей могучей спиной, с всепоглощающим интересом изучая обшарпанный ветрами и дождями рекламный щит на шоссе.

— Билл, — прошептала она, — Билл Энджел.

Билл передернул плечами.

— Прошу прощения за тот день, — вдруг проговорил он, не оборачиваясь.

Андреа вздохнула и откинулась на руку Эллери. Билл круто повернулся:

— Андреа!

— Молчите, пожалуйста. — Она закрыла глаза. — Дайте мне сначала прийти в себя. Все так запутано.

— Прости, Андреа, я был такой дурак.