Бычья гора - Брайан Панович

– Продолжай.

– Ромео зацепил одного. Убил гада на месте.

– Это верно?

Ромео кивнул в знак согласия.

– Тело где?

– Скорее всего, в полиции, – сказал Бракен, вступая вновь в разговор. – Мы его там оставили. Я его не узнал. У нас не было выбора, нужно было побыстрей слинять, подлататься и сюда.

Хэлфорд опустил ружье. Он кивнул, и его люди тоже опустили оружие.

– Давай-ка позвоним твоему боссу.

3

Хэлфорд взбежал по ступенькам крыльца, прошел мимо испуганного юного Кролика и отправился прямиком на кухню. Он рывком выдвинул один из ящиков и рылся в нем, пока не нашел серебристо-белый сотовый телефон. Это была специальная мобила для прямой связи с Оскаром Уилкомбом. Он редко пользовался ею. Ему теперь нечасто приходилось связываться с этим человеком напрямую, но если он это делал, то еще никогда не оставался без ответа. Хэлфорд порылся в ящике в поисках батарейки, вставил ее и удерживал кнопку нажатой, пока не проиграла мелодия, подтверждающая включение. Он расхаживал по кухне в ожидании ответа, ворча и ругаясь себе под нос. Бракен и остальные «джексонвиллские шакалы», а также Паршивый Майк и еще два помощника Хэлфорда, Франклин и Рэй-Рэй, вошли за ним и рассредоточились по оружейной. Каждый из них, заходя, пытался двигаться бесшумно, прекрасно понимая, что они в карточном домике, который может рухнуть в любую секунду от одного кивка человека с телефоном. Хэлфорд поднес телефон к уху. Тот прогудел только один раз.

– Алло, Хэлфорд.

– Что, черт возьми, происходит, Оскар? У меня тут Бракен и еще трое твоих, и они приехали пустые. Просрали двести штук баксов.

Уилкомб сначала молчал, но когда ответил, его голос был каким-то заторможенным. И звучал как голос лжеца.

– Весьма прискорбно.

Хэлфорд склонил голову к плечу и бросил короткий вопросительный взгляд на Бракена. Бракен приподнял бровь в ответ, но Хэлфорд уже опять переключился на Уилкомба.

– Еще как прискорбно, – медленно произнес он, словно присоединяясь к игре, правила которой до конца не знал. – А теперь скажи-ка мне, что ты собираешься с этим делать.

– Я хотел бы помочь тебе, Хэлфорд, но не могу. Уверяю, я совершенно ничего не знаю о ваших неприятностях наверху.

– Мне насрать на твои уверения, Оскар. Все, что я хочу знать, это как ты собираешься вернуть мои деньги.

– Я не буду.

– Не будешь что?

– Этого делать.

Хэлфорд закусил губу и сжал телефонную трубку.

– Давай-ка поподробнее, Оскар.

– Послушай меня внимательно, Хэлфорд. Я искренне сожалею о том, что у вас там наверху что-то не заладилось. Я думаю, мы оба знаем, что президент моего клуба и его спутники не виноваты в том, что что-то, принадлежащее тебе, пропало. На самом деле, я доверяю твоей деловой хватке и верю, что ты сможешь вернуть украденное на твоей территории. Это незначительный эпизод, в котором, я уверен, ты сможешь разобраться. Но, раз уж ты позвонил: боюсь, у меня для тебя еще плохие новости.

Хэлфорд стал пугающе спокоен. Остальные присутствующие хранили молчание.

– Ты слушаешь, Хэлфорд?

– Продолжай, старик.

– Боюсь, что обстоятельства непреодолимой силы вынуждают меня завершить наш совместный бизнес. С сегодняшнего дня коммерческое взаимодействие между нашими организациями прекращается.

– Хватит срать мне в мозги, говори по-английски.

– Я отхожу от дел, Хэлфорд. Отправляюсь на отдых. Это последний звонок, и других не будет.

– Вот так просто? Сорок лет ты и моя семья работали вместе, как братья, а теперь ты просто собираешься встать и уйти, да? – Голос Хэлфорда был странно безмятежен. Паршивый Майк и остальные знали, что это предвещает нечто ужасное. Как тихий отзвук грома надвигающейся бури.

– Вряд ли я могу назвать эти отношения братскими, Хэлфорд. Просто деловые отношения, которые подошли к концу.

– Ты называл моего отца братом.

– Да, твой отец был мне как родной. Но это чувство никогда не распространялось на тебя и твоих братьев. Так что так будет лучше для всех нас. И, Хэлфорд, я должен попросить тебя не поступать неразумно по отношению к людям, которые в настоящее время являются моими представителями. Это только положит начало бессмысленной, кровопролитной войне с «шакалами», которая принесет лишь много страданий обеим сторонам конфликта. И, уверен, не принесет пользы никому.

– Ты все сказал? – спросил Хэлфорд.

– Да, мистер Берроуз, я сказал все.

Хэлфорд захлопнул телефон, посмотрел на него и швырнул через всю комнату. Тот разбился вдребезги о каменный камин. Окружающие пытались сохранять видимость спокойствия, но каждый из них почувствовал укол страха в затылке, когда Хэлфорд Берроуз издал рев, от которого содрогнулся дом.

– Ах ты ж, ублюдок!!! – схватился за край дубового стола и без видимого усилия перевернул его, свалив на пол ружейные детали и баночки с маслом. – Да я ж убью его на хер!

Он повернулся к массивной стойке с оружием и схватил двуствольный обрез. Переломил пополам, чтобы убедиться, что тот заряжен, и закрыл.

– Долбаный урод! – снова заорал он.

Даже Паршивый Майк на секунду подумал, что Хэлфорд способен расстрелять на месте их всех. Только у Бракена хватило смелости заговорить.

– Что происходит, Хэл? Что он сказал?

Хэлфорд на секунду угомонился и посмотрел на Бракена так, будто только заметил, что в комнате есть другие люди. Выражение его лица было скорее животным, чем человеческим.

– Я его, блин, убью.

– Оскара? Почему? Что он сказал?

Хэлфорд покрутил головой из стороны в сторону и хрустнул шеей.

– Нет, – сказал он, – не англикашку. Он просто старый хрыч, которому жить и так с гулькин нос. Почувствовал палево и вертится, как карась на сковородке. Я все равно думал тебя на его место посадить.

Бракен, казалось, смутился.

– На твоем месте, – сказал Хэл, – я бы поберегся. Этот старый ублюдок, наверно, уже сдал тебя с потрохами. Сам говоришь, что список тех, которые знали о вашем приезде, короткий. А кто там номером первым в этом списке? Ну-ка, убирайся с дороги, мне надо кое с кем разобраться.

Бракен сделал шаг назад, но прежде, чем Хэлфорд успел пройти, в дверях появилась человеческая фигура.

– У вас все в порядке, мистер Берроуз? – спросил Кролик.

Выстрел оглушил всех и разнес Кролика напополам.

– Блин, Хэлфорд, – сказал Паршивый Майк. – Что ты, на хрен, только что сделал?

– Убери этого долбаного торчка с моего крыльца. Я вернусь через несколько часов.

Майк последовал за Хэлфордом через усеянную картечью дыру, бывшую раньше дверью. Кролик представлял собой изуродованное месиво, частично завернутое в куски москитной сетки.

– Хэлфорд, – крикнул Майк, раздосадованный и злой, – куда, блин, ты собрался?

Он присел на корточки у тела Кролика и закрыл мертвому пареньку веки.

– Повидаться