На поле Фарли - Риз Боуэн

– О, ты вернулась! Минутку, я пытаюсь не пустить стрелку на единственной целой паре. Не представляю, как буду дальше выкручиваться. Видимо, придется рисовать сзади на ноге шов, как это делают все остальные. – Она осторожно потянула чулок вверх и закрепила подвязкой. – Хорошо отдохнула?

– Да, спасибо. Если не считать, что на наш дом сбросили бомбу.

– Бомбу? С ума сойти, какой ужас. И что, разрушили?

– Слава богу, нет. Так, мелкие повреждения. У нас расквартирован Западно-Кентский полк, и все солдаты мгновенно кинулись на помощь. Погасили огонь, прежде чем он успел распространиться.

Трикси лукаво усмехнулась.

– Пожалуй, и правда надо бы приехать к тебе в гости, если там бегают все эти красавчики-солдаты. Кстати, о красавчиках – ты увиделась с несравненным Джереми Прескоттом?

– Да.

– И как он? Совсем… эээ… оправился?

– Все еще немного бледный и худой, но безусловно на пути к выздоровлению. Он теперь смахивает на поэта-романтика – ну, ты знаешь, вроде Китса на смертном одре. Но быстро идет на поправку. – В ее памяти промелькнула картинка: Джереми повалил ее на сиденье автомобиля. – Да, стремительно идет на поправку.

– Ну и как? Вы, наверное, отлично провели время? Давай, исповедуйся. Расскажи тете Трикси все.

– Да нас обычно окружали родственники, – отмахнулась Памела. – Правда, однажды мы съездили поужинать в паб, и потом он отвез меня домой.

– Боже, помню, как я раз возвращалась с ним в такси после одного бала дебютанток, – хихикнула Трикси. – Милая моя, я понятия не имела, что можно заниматься такими вещами на заднем сиденье такси. Никто мне не говорил, что он НБТ.

– Что такое НБТ? – спросила Памела, ни на минуту не поверив Трикси, та ведь известная выдумщица.

– НБТ – «небезопасен в такси». Это же распространенное среди дебютанток кодовое слово. Ты что, в монастыре выросла?

– Нет, но Фарли не многим лучше. Мои родители сущие ханжи, и я вообще ничего не знала, пока не уехала в швейцарский пансион.

– И там наверняка научилась не только делать реверансы и принимать гостей. Я, во всяком случае, уж точно, – сказала Трикси с лукавой улыбкой. – Ах, какие там были лыжные инструкторы! Воплощенная мужественность. – И она принялась обмахиваться рукой, будто ей не хватает воздуха.

Памела засмеялась, хоть и немного нервно.

– Ну так что, попросил Джереми твоей руки? Или вы еще раньше пришли к соглашению, как говорили в старину?

Памела почувствовала, что краснеет.

– Джереми считает, что нельзя думать о свадьбе, пока идет эта ужасная война.

– Что ж, он прав, – сказала Трикси. – И какой вообще смысл выходить замуж, когда одежда по карточкам? Уж я-то не намерена венчаться в какой-то мешковатой юбке с жакетом. У меня все будет как положено: шлейф длиной добрых двенадцать футов, фата, а на платье пойдут ярды и ярды великолепного шелка. И еще, конечно, надо будет пошить хорошенькое приданое.

– То есть ты намерена венчаться в белом? – спросила Памела, иронически приподняв бровь, на что Трикси залилась хохотом.

– Милая моя, если бы в белом венчались только девственницы, невест в белых платьях было бы раз-два и обчелся!

Меж тем Трикси натянула второй чулок, встала с кровати, оглядела себя в зеркале и одобрительно кивнула.

– Идешь развлекаться? – поинтересовалась Памела.

– Какое там. Парень из Шестого корпуса, с которым я встретилась на концерте, позвал меня в кино. Для меня этот умник чересчур серьезен, но в этой дыре все такие. Они же сюда не отдыхать едут, правда? Вот я и решила, что уж лучше сходить в кино, чем сидеть дома и жевать говяжью запеканку миссис Энтвистл. Кстати, на этой неделе кормили отвратительно. Вареная капуста, картофельное пюре и тушенка три вечера подряд. Я все думала о тебе – ты-то небось пировала. Удалось вкусно поесть?

– Еще как, – похвасталась Памела. – Особенно на обеде у Прескоттов. Устрицы, жаркое из свинины, шоколадный мусс. И к каждой перемене блюд полагалось отдельное вино. Я думала, умру от счастья.

– Где они все это раздобыли?

– Судя по всему, на черном рынке. У сэра Уильяма везде связи.

– Если хочешь купаться в роскоши до конца своих дней, поскорей жени Джереми на себе, пока его не увела другая девица. – Трикси густо накрасила губы помадой. – Так когда ты с ним снова увидишься? Кент ведь не так-то близко, за день туда-обратно не обернешься.

– На этой неделе он переезжает в родительскую квартиру в Лондоне, – сказала Памела, – приступает к работе в министерстве авиации. В будущую среду собирается устроить вечеринку. Надеюсь, меня в этот день не поставят в ночную смену. Может, получится с кем-нибудь поменяться.

– Вечеринка? Как чудесно. Можно с тобой?

Памела замялась. Она была уверена, что Трикси мечтает охмурить Джереми. Но отказать тоже не было причины.

– Да, да, конечно, – согласилась Памела. – Если нам обеим удастся освободить себе вечер. Я предупредила Джереми, что, возможно, мне назначат ночное дежурство, тогда вряд ли удастся отпроситься.

– Может, еще и не назначат, – заметила Трикси. – В пятницу мне передали записку от капитана Тревиса, он велит тебе зайти к нему, как только вернешься.

– Ну и ну, – удивилась Памела. – Надеюсь, меня не будут ругать.

– А с чего бы? Ты же ничего такого не натворила? Не выдала государственную тайну? Не проболталась о своей здешней работе, упаси господи?

– Нет, ничего подобного, хотя дома было довольно трудно сдержаться. Все думают, я занимаюсь какой-то скучной бумажной работой в безликом министерстве, а я не могла им рассказать, как важно то, что мы в действительности делаем.

– А так ли оно важно? – пожала плечами Трикси. – Иногда я в этом сомневаюсь. Я ведь действительно просто-напросто делаю бумажную работу в безликом министерстве, но твоя должность, вероятно, поинтереснее моей.

– Ничуть, – поспешно возразила Памела, – но, по крайней мере, я знаю, что я – шестеренка в огромном механизме, который действительно работает. А остальное неважно.

– Теперь мне положено вскочить на ноги, помахать флагом и спеть «Правь, Британия»? – рассмеялась Трикси.

Памела шутливо ее пихнула:

– Заткнись и иди уже в кино. А я, пожалуй, спущусь и, набравшись смелости, расправлюсь с картошкой миссис Энтвистл.