На поле Фарли - Риз Боуэн

– Наверняка вы очень умны, в противном случае они не поручили бы подобную работу женщине. Надо полагать, вы и сами уже заметили, что самое интересное здесь обычно достается мужчинам, а женщинам приходится довольствоваться секретарским делом, несмотря на то что зачастую они куда способнее.

– Значит, мне повезло, – сказала Памела. – Я занималась довольно интересным делом, но не дешифровкой. Понятия не имею, как к этому подступиться. Придется вам меня научить.

Он показал на распечатки с телетайпа, лежавшие на столе:

– Со станции Y нам уже прислали первую пачку записей. Давайте просмотрим их вместе, и я покажу вам, на что обращать внимание.

Они встали рядом у стола. Памела пробежала глазами первую страницу.

Дорогие британские друзья! Мы сожалеем, что ваше безрассудное правительство заставляет вас страдать без нужды. Мы возьмем ваши земли, как и планировали, и вы не сможете ничего сделать, чтобы остановить мощь вермахта. Но те из вас, кто будет нам помогать, кто примет нас с распростертыми объятиями, убедятся, что переход от одной власти к другой будет гладким и жизнь быстро нормализуется. Снова зажгутся фонари, откроются пабы и кинотеатры. Снова появятся в изобилии продукты.

– Какая чушь! – воскликнула Памела, и Квакки усмехнулся. – Никто ведь этому не верит, правда?

– Знали бы вы… – пробормотал он. – Особенно когда слышат вот такие новости, – показал он пальцем на строчки ниже.

Банк Англии бесстыдно обманывает британский народ. Фунт уже полностью потерял ценность, и правительство печатает…

Они продолжили читать. Сообщения о числе потопленных британских кораблей, грузовых судов, которые уже никогда не довезут запасы продовольствия к британским берегам. Великобританию ждет скорый голод. При этом в погребах под Уайтхоллом^[36] хранятся запасы еды, чтобы члены правительства и прочие власть имущие продолжали хорошо питаться, в то время как обычные трудящиеся вынуждены давиться хлебом из опилок.

После деморализующих и лживых новостей пошли сообщения якобы от британских военнопленных, содержавшихся в немецких лагерях.

От сержанта Джимми Болтона, КВВС, Хорнчерч, ныне военнопленного в Шталаге номер 16. Послание жене, Минни: «Не волнуйся обо мне, старушка. Я здоров, меня кормят и обо мне заботятся. Выше голову, скоро я буду дома».

– Я бы на месте его жены не особо на это рассчитывал, – заметил Квакки.

Памела кивнула.

– Омерзительное коварство, – согласилась она, – но я не вижу ничего похожего на зашифрованное сообщение. Я ожидала встретить что-то вроде «Еж выходит в полночь», но ничего подобного здесь нет.

Квакки рассмеялся.

– У немцев довольно изобретательные шифры. Давайте проверим, может быть, первые буквы в словах какого-нибудь предложения складываются в осмысленную фразу.

Они попробовали, но ничего не вышло. Перебрали похожие сочетания – второе предложение каждого выпуска новостей. Изучили имена фальшивых военнопленных.

– Болтон – явно населенный пункт, – предположила Памела.

Квакки покачал головой:

– А Симс и Джонсон – нет. Пока ничего не бросается в глаза. Никаких повторяющихся слов или предложений. Возможно, придется просмотреть записи за несколько дней, чтобы установить, не повторяются ли определенные фразы ежедневно в одно и то же время.

К концу первого дня Памела почувствовала, что начальство переоценило ее способности и что скоро ее с позором вернут на прежнее место.

Дома ее уже поджидала Трикси.

– Ну так что, о чем шла речь? Рассказывай! Капитан Тревис сделал тебе выговор?

– Вовсе нет, – ответила Памела. – Меня переводят в другой отдел. Там, где я работала раньше, и без меня народу хватает, а в главном корпусе требуются сотрудники. Как сказал капитан Тревис, ему нравится видеть рядом с собой хорошенькое личико.

Трикси покачала головой:

– Ох уж эти мужчины! Было бы забавно, если бы женщина сказала: «Наймите молодого человека, люблю смотреть, как парни играют мускулами».

Памела рассмеялась.

– Уверена, что некоторые начальницы именно так и рассуждают. Но должна признать, что рада покинуть тот корпус. Если все важные шишки работают в особняке, то уж его-то гарантированно будут как следует отапливать зимой. Да и столовая под боком, успею забежать в перерыв.

– Но тебе по-прежнему будут поручать всякую скучищу, как и мне, – заметила Трикси. – Когда они наконец поймут, что мы, женщины, тоже способны на многое и вполне могли бы заниматься дешифровкой наравне с мужчинами?

– Когда у них не останется другого выхода, наверное, – предположила Памела. – Вообще, насколько я понимаю, там работают по-настоящему мозговитые парни, гении математики. Мне математика давалась неплохо, но я в жизни не стала бы, например, изобретать новые способы решения алгебраических задач и мысленно жонглировать цифрами, как эти ребята.

– Сдается мне, они все полоумные, – сказала Трикси. – Взять хотя бы того парня, который водил меня в кино. Он гудел сквозь зубы, нервно постукивал ногой по полу и ограничился тем, что обнял меня за плечи одной рукой. Так что нормальные тут только мы с тобой.

Памела хотела было ответить, что будет работать с парнем, с которым танцевала, когда только вышла в свет, но вспомнила, что даже такие мелочи должны оставаться тайной.

Прозвенел гонг.

– Наверное, нам лучше спуститься и отважно взглянуть ужину в лицо, – предложила она. – Боюсь, пахнет вареной рыбой.

– Ой нет, только не ее отвратительная отварная рыба, – скривилась Трикси. – По крайней мере, тушенку даже нашей хозяйке не под силу испортить. Может, наберемся храбрости и сбежим в паб, выпьем там пива и закусим мясной слойкой?

– Ну да, и этим навлечем на себя ее гнев, чтобы до скончания времен получать самые жилистые огрызки мяса? А ты заметила, как она всегда подсовывает лучшие кусочки этому противному мистеру Кэмпиону?

– Конечно, заметила. Он ей нравится. Но, увы, она ему – нет. И его можно понять! – Трикси весело рассмеялась, потом снова посерьезнела. – Наверняка где-нибудь неподалеку найдется квартира поприличнее этой. Я бы спросила у своих, нет ли у нас тут знакомых, но не имею права разглашать, где нахожусь. Будет обидно, если выяснится, что в каких-нибудь пяти милях отсюда в собственном особняке живет мой престарелый дядюшка и три раза в неделю ест фазанов. – Она взяла Памелу под локоть: – Ладно. Пойдем вниз, примем вызов судьбы в виде вареной трески. А потом сходим в паб и выпьем пива. Я угощаю.