Гибельный день - Эдриан Маккинти

Фергал углядел свободный столик почти в углу, прямо под одним из телевизоров. Он повел нас к нему, руки его так и летали по сторонам, и я уже испугался, как бы он не опрокинул чью-нибудь кружку. Сам-то он справился бы, если что, но в драку неизбежно были бы втянуты и мы с Энди. Пока мы шли к цели, читали про себя молитвы и повторяли мантры, чтобы он довел нас до столика без происшествий. Наконец мы сели за стол и сняли куртки.

— Заказываю я, — сообщил я и спросил ребят, что они будут пить. Все заказали лагер, так что я мог не бояться ошибки. Как только я достал сотню у стойки, бармен поспешил выполнить заказ. Купюра была частью аванса, присланного Лучиком, чтобы помочь мне переехать из Белфаста в Нью-Йорк.

Я заказал три кружки. Заплатил сразу же, собрал сдачу и взял кружки в одну руку. Затем осторожно двинулся обратно к столику, стараясь не споткнуться о вытянутые ноги, лежащие рюкзаки, не наступить на пояса пальто.

— Отлично! — крикнул Фергал, выхватил кружку из моей руки и, одним глотком осушив ее наполовину, рыгнул.

Пребывать в обществе Фергала не так-то просто. Уж очень хорошо он разыгрывает из себя деревенщину. Да и вообще он со странностями. Всегда одет в твидовые брюки и пиджак и кошмарный шерстяной жилет. У него была рыжая бородка, больше похожая на сыпь. Энди утверждал, что когда-то Фергал был профессиональным вором, но верилось в это с трудом. Я сел, поглядел на Энди, и мы оба отпили из кружек.

— Ну, как тебе в Америке? — спросил меня Энди.

— Нормально…

— Где живешь?

— В непотребном бардаке.

— Не прибедняйся.

— Так, парни, слушайте сюда! — выдохнул Фергал и серьезно посмотрел нам в глаза. По его тону и виду можно было решить, будто речь пойдет о заговоре против королевы Виктории, но на деле, похоже, имелись в виду девушки. — Так… Я приглядываюсь к столику под часами. Особенно не пяльтесь, но скажите: сколько, по-вашему, лет брюнетке, которая сидит под буквой «Р» в слове «Рейнджерс»?

Фергал уставился на бесстыжую малолетку с высокой прической, похожей на пчелиный улей, вызывающе накрашенными губами и мини-пластырями от угрей. Рядом сидела ее старшая сестрица. Устав, по всей видимости, от постоянных упрашиваний, она взяла-таки младшую на субботний отжиг. Сдается мне, к полуночи ни та ни другая домой не вернутся.

— Шестнадцать? — предположил Энди.

Фергал взглянул на меня.

— Ничего подо-обного, — протянул я. — Я-то знаю, сколько ей на самом деле!

— Семнадцать, что ли? — предположил Фергал.

Я снова отрицательно покачал головой, сделал большой глоток из своей кружки, стараясь потянуть время.

— Ей всего-то четырнадцать, — выпалил я наконец.

Фергал и Энди аж глаза выпучили.

— Да не может быть! — произнес Энди.

— Поверь мне, приятель. Могу спросить ее, если вы мне не верите.

Они не поверили. Я спросил. Девчонка ответила, что ей двадцать один, а я в ответ сообщил ей по секрету, что слышал, будто скоро в бар должна нагрянуть полиция с облавой — проверять удостоверения личности. Через пять минут, когда слух разошелся по бару, пять столиков опустели.

Теперь подошла очередь Энди заказывать. Он мялся у стойки, однако, хоть и был он здоровенным детиной, обслуживать его не торопились. Фергал, наконец-то пришедший в себя после глюков, впал в созерцательное настроение.

— Этот Энди умеет произвести впечатление своими габаритами, но при этом в баре его никто не замечает, — изрек Фергал.

— Поясни.

— Ну смотри. Он не урод, не красавец. А чтобы на тебя обратили внимание в баре, ты должен быть либо чрезвычайно смазливым, либо уродом. А Энди — он четко посередине между этими крайностями, — отозвался Фергал.

— Зато ты, Фергал, тощий и долговязый сукин сын с мерзкой бороденкой, вырядившийся как бомж, а нос у тебя такой длинный, что не уступит какому-нибудь небольшому холму в Голландии, — выпалил я, просто чтобы поглядеть, как далеко могу зайти.

Он даже бровью не повел:

— Вот именно! Потому я никогда не жду в баре дольше тридцати секунд. А тебя так быстро обслужили потому, я подозреваю, что бармен решил: парнишка с таким зловещим взглядом запросто пойдет на все, если не получит свою кружку вовремя.

— Будем считать, что зловещий взгляд — это комплимент, — заметил я.

— Да как угодно!

Вернулся Энди и спросил, о чем мы беседовали.

— А, так, о всякой чепухе, — ответил я совершенно искренне и подхватил вторую кружку.

Фергал допил свою и оглядел бар.

— Ребята, простите, что я вас сюда притащил. Тут слишком шумно, давайте-ка двигать из этого заведения, — скучливо произнес он.

Мы согласились, допили пиво и подхватили свои куртки со спинок стульев. В это время дверь бара открылась и вошел Скотчи Финн.

— Явился, наконец! — объявил Энди. — Скотчи, он такой… Сказал, что собирается прийти, но верить до конца ему нельзя.

— Это он — Скотчи? — спросил я, глядя на тощего как скелет, противного бледнолицего подонка с огненно-рыжими волосами и кривыми зубами.

— Ну да! — уверил Энди.

Со Скотчи я раньше не встречался, но его слава бежала впереди него. Предполагалось, что он встретит меня в аэропорту, но он не явился. Он должен был подыскать мне жилье в Ривердейле, а я получил его в Гарлеме. Он должен был показать мне город, но вместо него пришлось отдуваться Энди. А неприятней всего то, что, если бы я понравился Лучику, Скотчи получил бы новую команду. Мы, все трое, должны будем подчиняться именно ему. Наш новый босс.

Скотчи увидел нас и расплылся в улыбке до ушей.

— Ребята, не уходите, а? Ставлю вам выпивку. — Скотчи бросил пальто в угол, отошел и почти сразу вернулся, держа в руках четыре кружки пива и стаканы с виски — для «полировки».

— Смерть за смерть! — произнес Скотчи и опрокинул выпивку в рот.

Мы сделали то же самое.

— Так это ты новенький, да? — спросил он меня.

— Да.

— Слышал, ты служил в гребаной британской армии? — спросил он угрожающе.

— И снова верно.

— Ага, чертов коллаборационист… Я всю жизнь сражался с британцами, расставлял им ловушки, вырезал их, отстреливал поодиночке. В графстве Арма все это было, — произнес Скотчи с наигранной злобой.

— Да, узнаю речь сельского дурачка — последыша кровосмешения. Графство Арма… Поражаюсь, как у тебя хватало времени на драки с британцами, когда ты только и делал, что трахал свою сестру, а заодно и всех животных, которые попадались под руку на ферме. А потом ты и вовсе перестал различать: где сестра, а где животные… — ответил я и отпил из кружки.

Интересно, как он примет мои слова? Я начинал нервничать. Однако Скотчи медленно улыбнулся, обнажив обломанные клыки, а потом захохотал.