Щит и меч Венеры - Ольга Степнова

От ужаса я поежилась.

«Бубон попал в большую беду!» услышала я отчетливый голос бабки.

«Он вовсе не Буб!» — огрызнулась я вяло.

Она промолчала, что было для нее очень даже несвойственно.

— Пойдем, Катюха, домой! — Мужик звонко шлепнул Самойленко по попе и подтолкнул вперед. — У этого гаврика осталось для признания всего сорок минут. Пока эти сорок минут пройдут, мы закатим романтический ужин! Откроем шампанское, зажжем свечи, достанем из погреба окорок и мороженую клубнику. Пошли! В любом случае, признается он, или нет, наш Андрюшка сегодня полакомится человечиной!

Они ушли, не позаботясь вернуть в машину разбросанные вещи и закрыть распахнутые настежь двери. Они чувствовали себя в этом лесу полновластными хозяевами и ничего не боялись.

Меня затрясло так, что кусты завибрировали.

«Ему осталось сорок минут!» — подсказал голос бабки.

— А наш Андрюшка полакомится сегодня человечиной! — прошептала я, чувствуя, как потеют от ужаса ладони, спина и лоб.

— Как ты думаешь, чем я рискую, если перелезу через забор? — спросила я у бабули, но она ничего не ответила.

Поразмыслив минуту над тем, что если бы моей жизни что-нибудь угрожало, бабка бы меня обязательно предупредила, я вылезла из кустов.

Сначала я привела в порядок «бээмвуху». Разложила по местам вещи, закрыла двери. Потом подошла к забору.

Он дался мне с третьей попытки. Ободрав коленки, локти, ладони и даже лоб, я перелезла его в том самом месте, где его перелез Дьяченко. Свалившись на зеленую лужайку, я огляделась. Типичный для таких домов ландшафтный дизайн — альпийские горки, разномастные клумбы и гравийные дорожки, петляющие между ними. Я пошла по одной из них к дому.

Господи, что я делаю? А главное — зачем?!

«Главное, не напорись на Андрюшку!» — засмеялась вдруг бабка, и я пошла веселей.

Раз она так хихикает, все будет хорошо. Все будет просто отлично…

Я подошла к дому, уперевшись в стеклянную стену зимнего сада. Там, за стеклом, буйствовали зеленые пальмы, и теснил друг друга бамбук. Огромные яркие попугаи перелетали с дерева на дерево. Они так орали, что даже стеклянные стены не могли заглушить эти вопли. Где-то далеко, в глубине дома, играла разухабистая попса, — наверное, романтический ужин при свечах с шампанским, окороком и мороженой клубникой был в самом разгаре.

И тут он зарычал.

И без подсказки бабули я поняла, что это и есть тот самый Андрюшка.

* * *

Нет милее зверюшки, чем тигр-людоед.

Он метался по клетке и было с первого взгляда понятно, что тигр неделю не жрал. Об этом говорили ввалившиеся бока и слюна, капавшая из оскаленной пасти. Состояние шерсти наводило на мысль о катастрофической нехватке витаминов.

Вонь стояла невыносимая.

Мне удалось зайти в зимний сад через какое-то подсобное помещение, заваленное ведрами, лейками и мешками с удобрениями. Видимо, хозяева не очень заботились о закрытых дверях; в этом медвежьем углу они чувствовали себя в полной безопасности.

Я по стеночке подкралась к клетке. Меня под угрозой расстрела не заставили бы это сделать, но в клетке, разделенной на две половины решеткой, сидел Сергей Щит Дьяченко — надежда мирового кикбоксинга.

Он сидел, привалившись спиной к стене, и обреченно смотрел, как Андрюшка роет лапами подкоп под разделяющей их решеткой.

— Кыс-кыс! — услышала я. — Ну на фига я тебе нужен? Знаешь, какой я невкусный? Во мне одни жилы да кости, лучше поешь соломки, полезнее будет!

Но Андрюшка совсем не хотел соломки, он хотел жилистого Дьяченко, и ради этого рыл землю когтями, грыз решетку, в кровь раздирая пасть.

Ни Щит, ни тигр меня не заметили. Они были слишком увлечены друг другом, чтобы что-то видеть и слышать.

— Эй! — шепотом позвала я. — Вот уж не думала, что ты любитель такого экстремального отдыха!

Щит вздрогнул и обернулся. В его глазах последовательно промелькнули страх, удивление, радость. Ей-богу, он был рад меня видеть рядом с клеткой, в которой буйствовал тигр-людоед! На лбу у Дьяченко блестел пот, на голых плечах тоже. И не жара была этому причиной, а страх. Через секунду я поняла причину этого страха: решетка, разделяющая клетку пополам, вдруг дернулась и со скрипом поднялась вверх сантиметров на десять. Тигр с ревом бросился в образовавшуюся щель и с усиленным рвением начал рыть бетонный пол.

— Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, — прошептал Дьяченко, прижимаясь лицом к решетке. — Я даже не буду спрашивать, как ты тут очутилась…

— Нет, отчего же, спроси! Я за тобой следила.

— Какая же ты молодец, Аська!

Несмотря на загорелые бицепсы-трицепсы, выглядел он изможденным долгой неволей узником — такими несчастными были его глаза.

— Да, я молодец. А вот ты мне все врал. Я убедилась в этом, поэтому, до свидания! — Я помахала ему рукой и сделала вид, что собралась уходить.

Он ни на секунду не поверил в мои намерения.

— Асечка, солнце, там, на стене есть такая штучечка, а на ней ручечка. Если ты поднимешь ручечку вверх, то решетка перестанет подниматься и этот гад полосатый не получит меня на ужин. А насчет наврал, я тебе потом все объяс…

Решетка снова со скрежетом поползла вверх. Тигру удалось просунуть в отверстие обе лапы и полголовы. Он почти визжал от ярости и нетерпения.

На стене я увидела панель с рычагом, похожим на ручку переключения скоростей.

— Скорее! — взмолился Щит.

Я вдруг явственно осознала, что его жизнь в моих руках и отчего-то это открытие доставило мне удовольствие. Не торопясь, я взялась за рычаг.

— Я слышала, они говорили, что у тебя есть еще сорок минут, чтобы сделать какое-то признание.

— Скорее! — заорал Щит. — Он разорвет меня на куски! Аська, ну ты же не хочешь стать свидетельницей такого неприглядного зрелища!!

— Минут двадцать у нас еще есть. — Я отпустила рычаг и подошла вплотную к решетке, оказавшись лицом к лицу с Дьяченко.

Вопросов, на которые я бы хотела получить предельно честные ответы, накопилось множество. Но первым я задала самый главный.

— Кто была та девушка, с который ты обнимался и целовался прямо на тротуаре?

— О господи! Это ты натравила на меня гаишника?!

— Что, твоя всемирная слава не помогла?

— Редкий идиот оказался! Представляешь, совсем не интересуется спортом! Понятия не имеет, кто я такой.

— Бывают же хорошие парни среди гайцов! Как он твою машину шмонал! Что, наркоту искал?

— Ага. А еще труп и оружие. Пришлось всучить ему сто долларов, чтоб отвязался. Ася, скорее! Эта решетка поднимается очень быстро!