Не та игра - Алексей Евгеньевич Михайлов

— Это на этом ты собрался меня перевозить? — весело спросил Максим.

— Нет, — усмехнулся Свят, открывая багажник, — смотри, что тут у меня есть.

Максим заглянул внутрь и тут же провалился в черную пустоту, за которой перестало существовать время. Да и он сам тоже.

Он различил какие-то далекие знакомые голоса. Откуда-то растекался тусклый желтый свет. Боль и тошнота. Он постепенно приходил в себя. Сначала он осознал, кто он. Затем вернулись воспоминания, за исключением тех, как он оказался в этом месте. Потом он понял, что находится в каком-то темном сыром помещении.

Он огляделся. Помещение маленькое. Куб три на три метра. Стены из беленого кирпича, поросшего какой-то тонкой коричневой дрянью. Крошащийся цементный пол. В центре потолка — лампочка. В одном углу узкая металлическая лестница, ведущая к закрытому люку. В другом углу на старом сбитом ватном матрасе сидит грязный лохматый человек, прислонившись спиной к стене. На его руках и ногах — кандалы, цепь от которых крепилась к мощному металлическому кольцу, вмурованному в стену.

— Ну как, пришел в себя? — хриплым шепотом спросил человек.

— Где я? — простонал Максим, пытаясь встать.

Он оказался тоже прикован к стене. И тоже усажен на матрац. Такой же старый и жесткий, как и у его сокамерника.

— Там же, где и я… — уныло ответил человек.

— А где ты? — спросил Максим спустя какое-то время.

— В погребе, — пожал он плечами.

— Что происходит? Как я здесь оказался?

Узник недобро ухмыльнулся и, кивнув в сторону люка в потолке, сказал:

— Гоша со Святом тебя притащили!

— Как Гоша со Святом? — не поверил своим ушам Максим.

— Без сознания!

— Подожди — подожди, — начал постепенно приходить в себя Максим, — ты хочешь сказать, что Игорь и Святослав меня похитили?

— Называй это, как хочешь, но факт остается фактом. Эти двое тебя сюда приволокли минут сорок назад.

— Это же бред!

— Тем не менее, ты здесь.

— Но зачем им это надо?

— Откуда я знаю…, — равнодушный и даже немного злой тон молодого человека почему-то убедил Максима.

— А ты давно здесь? — спросил он спустя несколько минут.

— Да уже пару месяцев…

— И ты не знаешь, где мы?

— По всей видимости, в каком-то жилом доме. Где-то недалеко от Владимира-30. Но точно не знаю.

Пару месяцев? Владимир-30? Сейчас Луч так никто не называет. Максим внимательно вгляделся в этого чумазого человека. И узнал его. За два месяца он заметно изменился. Осунулся, похудел, постарел. И зарос бородой.

— Александр? — осторожно спросил Максим.

— Он самый, — с кислой улыбкой кивнул узник, — откуда меня знаешь?

— Я участковый. Точнее бывший участковый. Вчера меня уволили. Максимом зовут. У меня был материал по вашей драке с Алексеем…

— Да, эта сволочь даже дерется нечестно. А уволили тебя за что?

— Ну… — промычал Максим, не желая рассказывать это первому встречному.

Он никак не мог свыкнуться с происходящим. И даже несколько раз крикнул и попинал ногой стену.

— Бесполезно, — заметил Александр, — никто не придет!

До Максима дошло, что он, скорее всего, находится в погребе у Ефима. Он вспомнил, что, когда был у того в гостях, слышал какие-то приглушенные крики и стуки. Его тогда еще успокоили, сказав, что это сосед за стенкой шумит. А, выходит, это был Александр. Максим устало вздохнул и, остро нуждаясь в информации и поддержке, сказал:

— Меня за прогулы уволили. Нырнул в озеро. Там, в лесу. А вынырнул через два месяца. Переместился во времени.

— Ба! — оживился Александр, со всей той радостью, какая была только возможна в его положении узника, — значит, ты тоже путешественник во времени? Темпонавт?

— Нет, я во все это случайно угодил.

— И как же такое возможно? — с сомнением поинтересовался Александр.

— Да вот… Работал по твоему материалу и узнал про эксперимент. На меня вышел Святослав и познакомил с Ефимом, а тот предложил показать эти озера. Я тогда не верил, что все эти путешествия во времени вообще возможны. Особенно без механизмов и электроники, а просто через озера. Ну и убедился на собственном опыте, что был не прав.

— Ого! — пробормотал Саша, отрываясь от стены в бессознательном порыве быть как можно ближе к рассказчику, — выходит, неконтролируемые перемещения все же возможны?

— Получается так, — пожал плечами Максим.

— А ты не врешь?

— С чего мне врать? — удивился Максим. — И зачем?

— Ну не знаю… И сколько человек вот так вот просто переместились?

— Двое всего: я и Лидия Ивановна, — с готовностью ответил Максим и тут же поймал себя на мысли, что попался на нехитрый прием и сболтнул лишнего.

Когда он учился в Академии, им рассказывали о таком приеме, который использовали оперативники, чтобы раскрыть преступление. К подозреваемому в камеру подсаживали агента, а тот, втираясь в доверие, выяснял всю необходимую информацию. У таких агентов даже название на полицейском слэнге имеется — крот. Вдруг Александр — крот. Может быть, его сюда специально подсадили, чтобы он выведал у Максима какую-нибудь информацию. Максим решил лишнего не болтать и корил себя за неосмотрительность.

К слову сказать, точно такие же мысли, только на счет Максима, были и у Александра. Он, получивший образование в советском гражданском юридическом вузе, конечно, ничего не знал о тактике оперативной работы. Но, проведя два месяца в заключении, стал довольно прозорлив в том, что касается человеческой подлости.

— Лидия Ивановна? Что за Лидия Ивановна? — тут же спросил он, сощурившись и очень внимательно глядя на Максима.

— Ну, так… — Максим, лихорадочно соображал, что же ему сказать, — тоже попаданка, как и я.

— И куда переместилась Лидия Ивановна? — продолжил напирать Александр.

— Ну… Знаю только, что она смогла вернуться в самое начало.

— Что-то я ничего не понял, — пробормотал Александр, — откуда ты узнал про озера? И про эту Лидию Ивановну? Кто она вообще?

— Ну…, — начал тянуть Максим и тут понял, что скрывать про Лидию Ивановну нет никакого смысла, потому что Ефим и его прихлебатели наверняка знали про Комарову и ее пропажу. Ведь ее фотография тоже была в том самом объявлении из газеты вместе со снимками Александра и медальона. Главное, не рассказывать, что он с ней встречался. Прикинув, что к чему, он продолжил:

— В общем, когда я был участковым, за неделю до того, как перенесся в прошлое, мне одновременно передали три проверочных материала. Один — по факту вашей драки. Другой — по факту исчезновения Лидии