Игры ангелов - Нора Робертс

— Нервные женщины кажутся мне на редкость сексуальными.

— Не верю я тебе, — рассмеявшись, она тряхнула волосами и бросила взгляд на небо. — Вот это да! Я вижу Млечный Путь. По крайней мере, я думаю, что это он и есть. А вот и Медведицы — Большая и Малая. На этом, собственно, мои познания в астрономии и заканчиваются.

— На меня можешь даже не смотреть. Все, что я вижу, — это кучка звезд и бледный серп луны.

— Вот как? — Поскольку он не взял ее за руку и вообще не был похож на человека, который любит гулять под ручку, Рис сунула ладони в карманы куртки. — Ну так придумай что-нибудь. Это же твоя профессия — сочинять.

Броуди задумчиво всмотрелся в переплетение звезд.

— Вон Одинокий Герман — или Тучный Мужчина, Стоящий на Одной Ноге. А там, к западу, богиня Салли — покровительница поварих.

— Говоришь, Салли? А я и не знала, что у меня есть своя богиня. Впрочем, мне нравится. Смотри, как красиво она отражается в воде.

Звезды плыли по озеру — тысячи огоньков, мерцающих на поверхности черной чаши. Воздух был полон запахов — сосны, воды, земли и травы.

— Порой мне так не хватает Бостона, что хоть кричи, — заметила Рис. — И мне так хочется вернуться туда, снова обрести то, что я потеряла. Свою прежнюю жизнь, прежних друзей. Свою квартиру с красными стенами и черным обеденным столом.

— С красными стенами?

— Мне нравились смелые расцветки. — Она и сама была тогда смелой. — Но затем, стоя в таком местечке, как это, я начинаю думать о том, что все позади. Даже если мне удастся похоронить свои переживания, вряд ли я смогу найти там то, что ищу. Сама-то я уже не прежняя.

— Да какая, к черту, разница? Твое место там, где ты находишься. А если оно тебе не подходит, ты его просто меняешь. И используешь те цвета, которые тебе нравятся.

— Именно это я сказала себе, когда уезжала из Бостона. Я продала все свои вещи. Черный обеденный стол и все остальное. С прошлым покончено, сказала я себе. Работы у меня не было, а счета продолжали приходить. Их становилось все больше и больше. Но дело было не только в этом. Просто все утратило свой смысл.

— Твое право — продавать или не продавать, — заметил Броуди. Все же он невольно подумал о том, насколько нелегко ей было расставаться с прошлым. Слишком больно и слишком грустно.

— Ты прав. Как бы то ни было, счета я оплатила. И теперь я здесь. — Она шагнула ближе к воде. — Та женщина, которую ты хотел убить. Как ее зовут?

— Мэделайн Брайт. Мэдди.

— Мэдди Брайт, — повторила Рис. — Мне нравится. Надеюсь, она не сдастся.

— Будем надеяться.

Они постояли еще немного, вглядываясь в отдаленные силуэты гор.

— В тот день, когда мы были в горах… когда я прошла мимо тебя. Ты задержался там, чтобы убедиться, что со мной все в порядке?

Броуди продолжал рассеянно смотреть на горы.

— Денек был славный, а мне все равно нечего было делать.

— Ты начал подниматься в моем направлении еще до того, как я бросилась бежать.

— Мне все равно нечего было делать, — повторил он.

Рис взглянула ему прямо в глаза.

— Ты мне здорово помог в тот день.

Решившись, она положила руки ему на плечи, поднялась на цыпочки и поцеловала. Для нее это было отчаянно смелым шагом — все равно что прыгнуть со скалы.

— Мне жаль, что я не смогу подарить тебе такой вечер, какого ты заслуживаешь. Боюсь, что все испорчу своей нервозностью. Но я все равно хочу вернуться. Хочу, чтобы мы провели эту ночь вместе.

— Превосходная мысль.

— Иногда меня посещают превосходные мысли. Пожалуй, тебе стоит взять меня за руку — на случай, если я разнервничаюсь и попытаюсь сбежать.

— Конечно.

Убежать она не пыталась, однако каждый шаг к дому давался ей все тяжелее.

— Может, нам выпить для начала еще немного вина.

— Спасибо, с меня достаточно, — решительно сжимая ее руку, он двигался в направлении дома.

— Было бы неплохо, если бы мы поговорили о том, к чему это может привести.

— Прямо сейчас это может привести нас в мою спальню.

Это так, но…

Как можно было сопротивляться, когда он буквально затащил ее внутрь?

— Подожди, нужно запереть дверь.

— Прошу, — он щелкнул замком.

— Я и правда думаю, что мы должны…

Она лишь охнула, когда он поднял ее и забросил себе на плечо.

В голове ее все смешалось, и она никак не могла решить — романтично это или унизительно, когда мужчина несет тебя в спальню на плече.

— Я не уверена, что это именно то, что требуется. Мы могли бы кое о чем поговорить для начала… Хочу лишь сказать, чтобы ты не рассчитывал на что-то необычное. Я ведь так давно не практиковалась…

— Ты слишком много болтаешь.

— Дальше будет хуже, — она зажмурилась, когда он зашагал вверх по лестнице. — Послушай, когда мы были у озера, мне так легко дышалось, и я решила, что смогу совладать с собой. Не то чтобы я этого не хотела, просто я не уверена… Господи. А твоя спальня запирается на замок?

Он захлопнул за собой дверь, затем повернулся и запер ее на замок.

— Довольна?

— Не знаю. Должно быть. Я понимаю, что веду себя как идиотка, но я…

— Понимать, что ведешь себя как идиот, — первый шаг на пути к выздоровлению. — У кровати он поставил ее на ноги. — А теперь помолчи.

— Я только думаю, что мы могли бы…

Дальше все смешалось у нее в голове. Рывком прижав к себе Рис, Броуди поцеловал ее с такой страстью, что пробудил в ней ответное желание. И это желание вступило в отчаянную борьбу с ее страхами и доводами рассудка.

Теперь она уже не знала, чего хочет больше — сбежать или остаться.

— Мне кажется, я…

— Должна сохранять молчание, — после этих слов он снова поцеловал ее.

— Я знаю. Тогда ты сам говори со мной. И еще. Не мог бы ты выключить свет?

— А я его и не включал.

— Ох, — еще несколько минут назад она любовалась серебристым сиянием луны и звезд. Теперь же они показались ей неимоверно яркими.

— Считай, что я по-прежнему держу тебя за руку. Так что убежать не удастся.

Однако руки его быстро скользили по ее телу, пробуждая в ней давно забытые ощущения.

— Сколько же у тебя рук?

— Достаточно, чтобы сделать все как надо. Ну-кa, посмотри на меня. Слышишь? Смотри на меня. Помнишь нашу первую встречу?

— Да… в ресторане, — она смотрела ему прямо в глаза, из которых ночь стерла все оттенки зеленого. — У Джоани.