Корнет Савин - Арм Коста

В этот постоялый двор не заглядывали модные барышни и щёголи. Обычно тут столовались и ночевали мелкие торговцы с Сенной площади, которые с вечера останавливались здесь для ранней утренней торговли и недорогого обеда. Еду подавали простую, но довольно вкусную и сытную — щи с головизной, студень, пироги с мясом, горохом, капустой, гречневую кашу с бараниной.

Половой, крутившийся у прилавка, протирал стаканы белоснежным полотенцем. Он всегда внимательно изучал вкусы каждого клиента, чтобы угодить и получить хорошие чаевые. Такие господа, как Савин, заглядывали сюда не часто, поэтому официант имел к нему особое расположение, считая его человеком деловым и рассудительным. Рассматривая физиономию задумчивого посетителя, половой негромко кашлянул в кулак и подошёл к нему.

— День добрый, господин Аленников! Как ночь прошла, было ли вам удобно?

Не посмотрев в лицо официанта, Савин кивнул.

— Претензий не имею.

— Не желаете ли стакан свежего хлебного вина? — услужливо предложил половой.

Савин обрадовался предложению. Его лицо немного просветлело, когда официант принёс стакан искрящегося вина с пенкой. Алкоголь немного снял напряжение, и Николай принялся обдумывать свои действия. Всё казалось страшно запутанным. Он представил Хватова в карцере, среди вони мочи и плесени. Пробраться туда можно, но только при помощи больших связей и немалых денег.

Внезапно его мысли прервал мужичок в кепи, без спросу усевшийся за его стол.

— Эй, бывалый, выпить не угостишь?

Савин вздрогнул и неясным взглядом, полным презрения, осмотрел мужика — затасканная обветшалая одежда свидетельствовала о бедности и бродяжничестве. Один глаз незнакомца постоянно моргал и слезился, второй практически не видел из-за бельма. Слипшиеся на голове волосы были давно не мыты и дурно пахли. Сухое сморщенное лицо искажало подобие улыбки.

— А ну, проваливай, пока не получил, — прошипел Савин.

Корнет знал такую публику — только дай волю, не отстанут, пока своё не выпросят.

— Такой приличный господин и без манер… — незнакомец недовольно скривил беззубый рот, из которого несло гнилью. — Ну ладно… — положив свою руку на плечо Савина, он тут же встал и гордо заковылял к выходу.

Половой учтиво подошёл к Савину, чтобы снова наполнить опустевший стакан холодным хлебным вином.

— А это кто такой был? — поинтересовался Савин, рассматривая руки официанта.

В отличие от мужичка в кепи, ладони полового не дрожали, были идеально чистыми и светлыми.

— Да это Тихон, деляга один… только вышел из тюрьмы. В Литовском замке отбывал наказание. Когда-то барином был, а теперь бродяга бродягой… — мрачно отвечал официант.

Он наполнил стакан доверху и застыл в ожидании нового поручения.

Савин обернулся, ища глазами бродягу, но за окном было пусто, тот как сквозь землю провалился. Корнет строго взглянул на официанта, всё ещё ожидавшего приказа.

— Мне в Литовском замке человек нужен, из надзирателей, — Савин заговорил почти неслышно. — Так он, наверное, знает кого-нибудь, раз в этой тюрьме был.

Половой нагнулся к уху Савина и прошептал:

— Барин, а мне почём знать?

Официант старался не знаться с подобными лицами, чтобы не навредить репутации заведения.

Слова о бродяге, только что вышедшем из тюрьмы, не давали Савину покоя. Находясь в Литовском замке, Тихон мог знать всех надзирателей, а может, имел дело с теми, кто помогал заключённым за плату. Казалось, что кто-то свыше послал ему в помощь этого странного человека. Нужно было действовать.

Савин не стал медлить — расплатился с официантом за вино и быстро вышел из трактира. Осмотревшись по сторонам, корнет вдалеке заметил удаляющуюся фигуру мужчины. Савин обрадованно бросился за ним. Но, нагнав, разочаровано вздохнул — это был совсем другой, крепкий мужчина с обветренным лицом, скорее всего, моряк.

Корнет решил вернуться в кабак, чтобы разузнать о бродяге от тамошних завсегдатаев. По дороге в кабак Савин свернул в переулок. Ему показалось, что впереди мелькнул знакомый силуэт, и он не ошибся. Тихон обнимал какую-то девушку, которая пыталась выскользнуть из его здоровенных рук и выкрикивала бранные слова. Однако Тихона это нисколько не останавливало.

— Извините, а вы правда в Литовском замке отбывали наказание? — громко спросил Савин, приближаясь к сомнительной парочке.

Тихон раздражённо оторвался от девушки и с отвращением посмотрел на барина:

— Тебе чего надо, придурок? Не видишь, я с дамой занят?

Тихон опять набросился на девушку, покрывая её шею поцелуями и задирая подол замызганной юбки.

— Я много времени не займу, — настойчиво произнёс Савин.

Воспользовавшись моментом, когда озлобленный мужчина снова отвлёкся на слова барина, девушка с силой оттолкнула его и помчалась прочь.

Глаза Тихона налились кровью.

— Ах ты сопляк паршивый! Такую потеху испортил! Жить надоело?

Он медленно вытянул из-за пазухи нож и навалился на Савина всем телом, прижав к грязной стене. Николай ощутил на горле холодное лезвие ножа.

— Не спешите. Пойдёмте, я вас пивом угощу, — спокойно предложил Савин.

Тихон обшарил его карманы и обнаружил толстый кошелёк. Беззубый рот расплылся в довольной ухмылке — этот улов понравился ему больше, чем уличная девчонка.

— А-а-а. Так это ты! — Тихон несколько раз весело постучал кошельком по лбу Савина. — Вот, уже взял, чего хотел! — он загоготал, изрыгая вонь изо рта.

— Отлично! Оставьте его себе, — довольно проговорил Савин. — Я к вам по другому делу.

Словно не слыша его слов, Тихон открыл кошелёк и проверил содержимое. Он не был пустым, рублей пять наберётся — на первое время то что надо. Бродяга закинул кошелёк за пазуху и удивлённо посмотрел на барина, который даже не пытался вырваться из его рук, напротив — говорил с ним вполне дружелюбно.

— Мне сказали, что вы бывали в Литовском замке, — начал Савин, стряхивая с себя Тихона. — Может, у вас есть какие-то связи с тамошними надзирателями? Мне друга надо вызволить. Его фамилия Хватов.

Савин говорил серьёзно, без тени иронии. В ответ Тихон громко захохотал, словно услышал новый анекдот. Этот барин был действительно богатый чудак, раз предлагал ему такое.

— Ну ты артист! Да разве из Литовского замка можно выбраться? Оттуда только вперед ногами сбегают, — продолжал смеяться бродяга.

Но мысль о том, что этот простофиля весьма щедрый, удерживала его рядом.

— Я понимаю, но всё же, подумайте! — серьёзно повторил Савин.

Тихон крякнул и почесал затылок. Сощурив свой единственный зрячий глаз, он сплюнул в сторону, словно вспоминая что-то важное.

— Его скоро казнят… нет времени ждать, — тихо произнёс Савин. — Это мой лучший друг. Понимаете, ради него я на всё пойду!

— Говоришь, Хватов? — Тихон вдруг оживился и подмигнул Николаю.

— Да. Вы его знаете? — быстро спросил