Автора! - Наталья Андреева

— Мама?

— А разве телеграммы не было?

— Мать честная! Я даже не заглянул в почтовый ящик! Значит, надо ехать за мамой!

— Погоди. У нее билет на субботу. Значит, в воскресенье приедет. Утром и поедешь.

— А ты не помнишь, во сколько приходит поезд?

— Вечером. Это точно.

— Дырявая моя голова! И почему я не заглянул в почтовый ящик?

В почтовый ящик он не заглянул по вполне понятной причине: вчера вечером все его внимание поглощала Соня. Но Саша об этом знать не должна. И даже догадываться.

Весь вечер он был примерным мужем. Настолько примерным, что самому стало тошно. Выслушал жену, погулял с ней, в одиннадцать часов отправился спать на террасу. «Все равно, ты какой-то не такой…» — в итоге сказала Саша. И чтобы доказать обратное, он начал страстно ее целовать.

Примирение состоялось. Он пошел на все. Даже в гости к Вере Валентиновне. Если Саша хочет установить дружеские отношения с соседями, придется терпеть. Если он откажется, жена что-то заподозрит.

Вера Валентиновна напомнила о себе сама. Вскоре после полудня, увидев их в саду, подошла к забору и крикнула:

— Здравствуйте, соседи! А у меня все готово! Заходите, посидим.

— С удовольствием, — с фальшивым энтузиазмом откликнулся Алексей.

— Вера Валентиновна, а зелень для салата у вас есть? — спросила Саша.

«Она святая, — умилился вдруг Алексей. — Как можно бросить такую женщину?».

— Нет, у нас на участке — ни одной грядки! — с гордостью сказала Вера Валентиновна.

— Сейчас я нарву.

Саша нащипала салата, выдернула пару луковиц, нарвала укропу, немного петрушки. Он прихватил выпивку и фрукты и культурно, через калитку, отправился к соседям. Визит вежливости. Саша шла рядом.

Вера Валентиновна подготовилась: вынесла в сад небольшой столик и расставила вокруг шезлонги. Над столиком возвышался огромный красный зонт с надписями «Кока-Кола». Угощение на даче стандартное: шашлыки. Дама, привыкшая всю жизнь обходиться без мужской руки в домашнем хозяйстве, сама справилась с мясом и теперь раскладывала на мангале несколько шампуров.

— Пока жарятся шашлыки, предлагаю выпить за знакомство! — сказала Вера Валентиновна, едва соседи опустились в шезлонги.

На тарелках, расставленных на столе, лежали маленькие бутерброды — канапе. Сашина зелень оживила пейзаж. Бокалы Алексей узнал сразу: в таком же было отравленное вино для Клишина. Ему стало немного не по себе.

— Можно мне сока? — попросила Александра.

— Конечно, конечно. А мы с Алексеем Алексеевичем сейчас сделаем коктейль. Как?

— Немного можно, — согласился Леонидов.

Белокурая дама принялась смешивать в бокалах водку, сок и мартини. Коктейль оказался достаточно крепким, Алексей это сразу же оценил. Неужели Вера Валентиновна пьет? Они чокнулись и выпили. Хозяйка тут же начала готовить новую порцию, потом пошла за шашлыками.

Вскоре Вера Валентиновна опьянела и сделалась болтливой. Алексей слушал ее откровения, косясь на Сашу: получила, что хотела? Терпи. Хозяйка между тем заливалась соловьем:

— Я всю жизнь всего добиваюсь сама. Родилась в деревне, сама корову в детстве доила, сама дрова пилила на пару с матерью и в Москву потом сама перебралась. Наша деревня там, в западном направлении. — Она махнула рукой почему-то в сторону леса. Согласно расчетам Леонидова, там находился восток. Впрочем, какая разница? После третьего-то коктейля.

— А я думал, что вы дальше Садового кольца не выезжали, — усмехнулся Алексей. — Никак не деревенская.

— Вот как? Это мне лестно. Что касается деревни, еще в юности все надоело: и огород, и грязные местные речки, и вообще… Нахлебалась, до сих пор запаха распаханной земли не выношу. У племянника все тут культурно. Насос, душ, отопление. А так, ни за что в деревню не поеду! — Она совсем разошлась и плеснула в бокалы одной только водки. — Ну, за нормальную жизнь!

Алексей только пригубил, дама выпила все. Похоже, Саша за нее испугалась. И в самом деле: на улице жара! Даже под хорошую закуску это чересчур.

— Вот вы, Сашенька, молодец, второго хотите родить, — не унималась Вера Валентиновна. — А мне и одна дочка с трудом досталась. Чего стоило на ноги ее поставить! Когда двадцать пять стукнуло да в магазине на хорошем месте проработала пару лет, думаю, надо родить. Мужиков на дух не выношу, все такие инфантильные. Извините, не про вашего мужа. — Она подмигнула Саше и заодно Леонидову. — Вот и родила. Да. Командировочный какой-то подвернулся, из интеллигентов. Инженер, приехал в столицу пробивать проект. Неглупый, интересный, пожил у меня с недельку. Двадцать лет назад это было, тогда жизнь другая была, — невольно вздохнула она и подперла рукой отяжелевшую голову.

«Еще песни запоет, как простая русская баба, а гонору было! — невольно подумал Алексей. — Так, чувствую "Окрасился месяц багрянцем" уже близко. Мне, что ли, с ней запеть? На два голоса? Бедная Саша, надо отправить ее домой».

— Саша, тебе не жарко? — ласково спросил он. — Может, ты пойдешь?

— Вы извините, Вера Валентиновна, мне и на самом деле не слишком хорошо… — Александра поднялась и выразительно посмотрела на мужа.

— А мы с Алексеем Алексеевичем еще по одной выпьем, и я его вам доставлю, — развязно сказала хозяйка.

«Э, нет, похоже, это мне придется тебя относить, — подумал Леонидов. — Нет повести печальнее на свете, чем повесть — о законченном банкете… Дамочке частенько стресс приходится снимать. Это заметно».

Жена ушла, а он продолжал слушать лирические воспоминания Веры Валентиновны:

— Да, Сережа был такой милый… Ну приехал человек в командировку, жена на восьмом месяце беременности, в Москве больная мать, брат, с которым ссоры каждый день. Побрякушки, что ли, фамильные не поделили… Из благородных они, голубых кровей. И сам Сережа был такой интеллигентный, взятки давать не умел, бумаги ему все не подписывали. В наш магазин зашел случайно, подарок жене покупать, да так и не вернулся к своим, у меня заночевал. Я даже никогда не пыталась ему потом написать. Ну родила и родила. По собственной воле. Для себя. Мы с матерью семь лет одни прожили, без мужика, да не в городе, в деревне… Вот и Соне не везет, — неожиданно сменила тему Вера Валентиновна. — Судьба, что ли, такая? Дочка самостоятельная, тоже не умеет промолчать, когда надо. Этот Демин ее все ходит кругами, а ни мычит ни телится, хорошо хоть деньги с меня не требует…

— Какие деньги?

Она поняла, что про деньги заикнулась зря, махнула рукой:

— Деньги, деньги… Господи, везде нужны деньги! Дачу эту все равно придется отдать, а так бы в семье осталась. Но и скользкий же он мужик! Чем ему Сонечка не хороша? Вам Соня нравится, Алексей?

Отчество соседа дама уже не упоминала.