Автора! - Наталья Андреева

— Как отрицает? — переспросил Алексей.

— Категорически, — засопел Михин.

— Я ее понимаю! Я тоже отрицал, что отравил Клишина. Категорически.

— Ничего, следователь ее дожмет.

— А как насчет Демина? Наведешь справки?

— Да что он им родственник, что ли?

— Вот ты это и проверь. Пойдем, Игорь, искупаемся. Плавки на-тебе есть?

— На мне все есть, я по делу сюда шел.

— Думаю, часика через два Вера Валентиновна будет вполне адекватна, и сможет ответить на твои вопросы. Саша! — крикнул он в дом. — Купаться с нами пойдешь?

— Нет, — сказала она, появляясь на пороге, — но возьмите детей. Они где-то на улице. Я сейчас соберу вещи.

Саша спустилась с крыльца и стала снимать с натянутой между столбами веревки плавки, покрывало и банные полотенца.

Купание было испорчено присутствием детей. Они намутили воду, чья-нибудь макушка то и дело скрывалась под водой и Леонидов вместо того, чтобы лежать на травке после купания, все время бегал по берегу, то и дело пересчитывая ребят.

— Раз, два, три… Принял пятерых, сдать должен столько же. Эй-эй! Кто там ныряет? Далеко не заплывать!

— Леха, не суетись, — лениво сказал Михин, который как раз лежал на травке.

— Вот когда у тебя будут свои… Серега! А ну вылазь! Губы синие! — рявкнул Алексей.

— Папа, ну еще немножечко!

— А пацан-то на тебя похож, — сделал ему комплимент Игорь.

Леонидов не стал его разубеждать.

Через два часа они собрали детей и отправились обратно. «Раз, два, три…» — пересчитывал по дороге Алексей. Сдав всех, он почувствовал невероятное облегчение. Вместе с Михиным они пошли на дачу Павла Андреевича Клишина. Михин долго и деликатно стучал в калитку, пока из дома не вышла Соня с полотенцем в руке.

— Не надоело? — спросила она. — Ломиться не надоело?

— Вера Валентиновна проснулась? — крикнул из-за забора Михин.

— Можете зайти, если вы не ко мне.

Они вошли в калитку и направились к крыльцу.

— И кто ты такой? — спросила Соня, глядя на Михина сверху вниз.

Она стояла на крыльце, а старший оперуполномоченный только-только собирался подняться по ступенькам. Но Соня, похоже, не собиралась его впускать, не установив личность. Алексей "вспомнил, что они друг другу не представлены.

— Я собираю информацию по делу об убийстве Клишина. Вот мои документы. — Михин достал удостоверение.

— А этот? — изучив документ и вернув его владельцу, кивнула Соня на Леонидова.

— Соседа не узнаете?

— Он что, ваш внештатный сотрудник? — фыркнула Соня.

— Я понятой, — буркнул Алексей. — Вдруг мы у вас бомбу найдем? Тогда я с удовольствием распишусь в протоколе.

— Что ж… — презрительно посмотрела на него Соня. — Проходите в дом, мама кофе пьет.

Вера Валентиновна сидела за столом в кухне. На голову было намотано влажное полотенце. Пахло кофе.

— Как вы себя чувствуете, Вера Валентиновна? — спросил Алексей.

— А вы? — не осталась в долгу хозяйка.

— Неплохо посидели, а? Вы еще не знакомы с Михиным Игорем Павловичем?

— Не имею чести, — сухо сказала дама.

— А он меж тем занимается делом вашего племянника. Которого убили, — подчеркнул Алексей.

— Ну а вы здесь при чем?

— Оказываю помощь следствию. Консультирую. Когда-то я работал в отделе по расследованию убийств.

— Кто бы мог подумать! — развела руками Вера Валентиновна. — А на вид такой приличный молодой человек! И что вы от меня хотите?

— Присаживайся, Игорь, — гостеприимно сказал Алексей за хозяйку.

Вера Валентиновна посмотрела на нею с откровенной неприязнью.

Усевшись в плетеное кресло, Игорь Михин важно спросил:

— На каком основании вселились в дом потерпевшего?

— Я наследница по закону, — отрезала Вера Валентиновна. — У Павла нет других родственников.

— У него был внебрачный сын, — возразил Михин. — Павел Андреевич составил завещание в его пользу.

— И где оно? — усмехнулась хозяйка.

— А то вы не знаете!

— Представьте себе. Если у вас нет доказательств, прошу оставить меня в покое. Голова раскалывается.

— Значит, вас к следователю вызывать? Повесткой?

— Вызывайте. Думаете, я не судилась ни с кем? Следователем меня пугает! Да меня и не такие пугали! И не тем! Испугалась! Убирайтесь отсюда! Ни слова не скажу!

— Ну, как хотите! — Разозлившийся Михин вскочил с кресла. В дверях угрожающе сказал: — Увидимся еще. У следователя.

Он выскочил из дома, Алексей же на минуту задержался.

— Прижали вас, да? — сочувственно спросил он.

— Отродясь с ментами дело не имела! — поджала губы Вера Валентиновна. — А еще коммерческим директором прикидывался!

— Вы бы вели себя поосторожнее, — заметил Алексей. — Алла Константиновна Гончарова тоже врала, а теперь лежит в морге. Разбилась на белом «форде». Какая досада! А перед этим ее накачали снотворным.

— Гончарова, Гончарова… Знакомая фамилия, но… Алла Константиновна? Не знаю такую! Мало ли Гончаровых на свете? Тот тоже был Гончаров.

— Кто?

— Каких только в моей жизни не было! И Гончаровых, и Петровых с Сидоровыми. У меня дочь есть, ради нее все. Вы-то хоть понимаете?

— Я понимаю. Если что, заходите, Вера Валентиновна, соседи все-таки.

— Да уж, соседи! И как можно после такого людям доверять? Я к нему со всей душой, а он ментов сюда водит! Допрашивает меня!

Алексею ничего не оставалось, как уйти. Михина он нашел возле Сони. Девушка шипела на него, как кошка, словно хотела выцарапать глаза. «А я еще поженить их хотел», — ужаснулся Алексей и счел разумным вмешаться:

— О чем спор?

— Девушка не хочет признаваться, что это она подсунула в твою машину конверт, — возмущенно сказал Михин.

— Не одна я в этой машине езжу, — тут же отговорилась Соня.

— Соня, кроме тебя у Клишина больше не было доверенных лиц на ту часть «Смерти», — заметил Алексей. — Он очень мудро задействовал персонажи. Сначала его сын решил упрятать в тюрьму отчима, потом племянница — засадить злую тетку, потом ты — профессора Гончарова, чтобы отвести подозрение от матери. Так?

— Ну и что? Если мама действительно Павла не убивала?

— Откуда такая уверенность?

— Потому что она моя мать! Этого мало?

— Нужны доказательства. Алиби у нее есть?