Саломея - Анна Малышева

Хотя собеседование назначили на половину одиннадцатого, Елена была на месте уже в десять и ерзала на жестком стуле перед дверью отдела кадров. Коридорчик был такой узенький, что любой человек, проходя по нему, задевал сидящую на стуле женщину, а она лишь поджимала под сиденье ноги и инстинктивно откидывала назад голову, пытаясь уклониться от столкновения. Наконец ее вызвали.

Молодая, ухоженная женщина в очках, с виду – ее ровесница, улыбнулась Елене ярко накрашенными малиновыми губами, отчего той сразу стало легче. Она ответила бледной улыбкой и присела к столу. Кадровичка начала с места в карьер:

– Вы сами понимаете, какое сейчас время, сколько опытных специалистов осталось без работы в связи с сокращениями… А вы ведь никогда в гостиничном бизнесе не работали?

– Нет, но всегда хотела. – Елена сама толком не понимала, что говорит, она даже не могла заставить себя приврать. Волнение было слишком сильным. – И я общительная.

– Да? – с сомнением проговорила кадровичка, глядя на нее сквозь прямоугольные стекла очков. Ее лицо, тщательно припудренное, подмазанное, носило печать заученной приветливости, и Елена вдруг пересталa доверять дежурной улыбке, поначалу так ее ободрившей. – Это хорошо, конечно, но этого мало. Какими иностранными языками владеете?

– Английским!

– В совершенстве?

– В… среднем объеме, – окончательно растерялась Елена.

– Что вы под этим подразумеваете?

Ей показалось, что кадровичка наслаждается ее смущением. Женщине вдруг стало жарко, потом кровь отхлынула от лица и застучала в ушах, мешая слушать.

– Объясняетесь свободно? – допытывалась та. – Здесь вам потребуется в основном разговорный английский. Пишете, читаете?

– Д-да, – с трудом выговорила Елена, не вполне уразумев услышанное. – В институте я успешно занималась.

– У вас педагогический институт, м-м-м… – та уткнулась в резюме, отчего-то сняв очки. – А работали вы после…

– Продавцом-консультантом! – поспешила ответить Елена.

– Даже не знаю, что вам сказать! – Закрыв папку, кад– ровичка уставилась на визитершу загадочным взглядом. – Все это нам не очень подходит… И вряд ли вы сможете сразу влиться в рабочий процесс, это слишком напряженное дело. У вас ведь, наверное, есть дети?

– Сын, девять лет. Он учится в спортивной школе-интернате, так что я вижу его раз в неделю, – теряя надежду, проговорила Елена. «Я им не подхожу, глупо было рассчитывать на успех! И почему я так была уверена, что меня возьмут? Лерка права, я еще хлебну горя одна, с ребенком на руках, без мужа…»

– Вы замужем? – строго осведомилась кадровичка, сделав какую-то пометку на листе анкеты.

– Разведена.

– Значит, время работы для вас значения не имеет? Можете работать ночью?

В первый момент Елена задумалась, но осознав, что речь идет уже о конкретных условиях, вспыхнула от радости:

– Ночью? Да мне без разницы!

– Я вам ничего не обещаю, решение будут принимать в администрации. – Кадровичка снова надела очки и подарила Елене свою фирменную улыбку. Зубы у нее были сахарно-белые, идеально ровные, явно искусственные. – Но я представлю им благоприятный отзыв по результатам собеседования. Люди нам нужны, мы только что открыли филиал на Садовом кольце. Зарплаты, правда, для начала невысокие, особенно для новых сотрудников, и бонусов не предполагается в связи с кризисом, но есть большие возможности для карьерного роста. Если справитесь, будет нетрудно продвинуться. Пока рекомендую вас на должность помощника ночного администратора.

– Это… замечательно! – выдохнула Елена.

– Да? – сощурилась та. – Что же тут замечательного, можно узнать? Работать ночью очень тяжело!

– Понимаете, у меня все равно в последнее время бессонница, – с неожиданной откровенностью призналась Елена. – Мысли разные лезут, и сны неприятные… Я с удовольствием на что-нибудь отвлекусь.