Метель - Наталья Андреева

… И вновь ей было страшно. Надя не звонила, а это была плохая примета. Илья все понимал, и потому старался, как можно меньше попадаться ей на глаза. В моменты отчаяния во мраке ее мыслей, которые все были об одном, о смерти, о безнадежности, вдруг вспыхивал огонек: «Женя!». Это была последняя надежда, двадцать пять процентов, согласно статистике. И если надо будет ее украсть… Да, она сейчас и на это готова!

– Мне поехать с тобой? – спросил Илья.

– А как же съемки?

– Сейчас посвободнее. И если ты хочешь…

– Нет, – покачала головой она. – Я поеду одна. Понедельник, тяжелый день. Ох, какой тяжелый!… Надя встретила ее со странным лицом.

– Ну что? – с надеждой спросила Маша.

– Мне надо с тобой серьезно поговорить. Пойдем ко мне в кабинет.

– Что-то случилось?

– Я даже не знаю, как тебе сказать… Идем.

Она шла следом за Надей, почти не дыша. Господи, что еще? Отец не подходит в качестве совместимого донора? И тут же вспышка света: Женя! Есть еще Женя! Она немного успокоилась.

– Садись, – сказала Надя, едва вошли в кабинет.

– Говори! – велела она.

– Видишь ли… – та замялась. – Я сначала хотела бы тебя послушать.

– Что такое? – Маша присела на кушетку. – Он не походит?

– А как он может подойти? Между ним и Соней нет кровного родства, поэтому вероятность ничтожно мала. Разумеется, не подходит. С тем же успехом можно взять любого человека с улицы, хоть бы и меня, а хоть бы и твоего Илью.

– Ты шутишь! – она нервно рассмеялась. – Как это нет родства? Он ее отец!

– Ты ошибаешься. Все эти годы ты мне лгала. Скажи, наконец, правду: кто Сонин отец? По-моему, время пришло.

Она вскочила и закричала:

– Что ты несешь! Это какая-то ошибка!

– Мы тщательно все проверили. Можешь на меня кричать, но я здесь ни причем. Есть результаты обследования. Владимир Васильевич не имеет к Соне Бурминой никакого отношения. Так кто ее отец?

– У меня никого не было, кроме… Боже! – она закрыла рот ладонью, испугавшись этой мысли, и без сил опустилась обратно на кушетку. И прошептала: – Этого не может быть…

– Рассказывай! – велела Надя.

– Выходит, что отец Сони… мой муж! – она истерически рассмеялась. – Жора Бурмин! Выходит, все эти годы… Я взяла деньги у чужого человека! Выходит, я его обманула! Но как же это может быть? А?

– Тебе виднее. Ты была со своим мужем? – сурово спросила Надя.

– Ты имеешь в виду секс? Ну, было. Один раз.

– Вы предохранялись?

– Нет, конечно! Я же была уверена, что беременна от Володи!

– Возможно, что у тебя просто была задержка. Такое случается. Скажи, ты нервничала? Может, у тебя были сильные переживания?

– Ну да, – кивнула она, – я боялась, что он меня бросит. И потом, его жена… Цыганка… У меня деньги украли, и эти странные предсказания… Я была сама не своя.

– В твоем организме произошел серьезный сбой, отсюда и задержка. А потом была овуляция, первая брачная ночь, и ты забеременела. Ты делала тест? Когда?

– Он лежал у меня в сумочке, но потом я закрутилась и забыла.

– То есть, не делала? Я была уверена, что Соня родилась недоношенной. Потому такая маленькая и слабенькая. Но спорить с тобой не стала.

– Еще и эта… Из бухгалтерии… Все время говорила о симптомах беременности, рассказывала о своих подружках, которые… Может, меня потому и мутило?

– Ты человек легко внушаемый. Тебе внушили, что ты беременна, плюс задержка… В общем, давай по факту. Не надо отчаиваться. У нас по-прежнему есть шанс. Ты говорила, у твоего мужа есть сестра?

– Ну да, – кивнула Маша. – Она вышла замуж и уехала в Краснодар.

– У нее почти наверняка есть дети. Не надо отчаиваться, – повторила Надя. – Надо просто найти Жору Бурмина.

– Да где же я его найду?! Я была там недавно! В этом Грибове, будь оно неладно! Господи! Я же хотела с ним развестись! – она нервно рассмеялась.

– Успеешь еще, – сурово сказала Надя. – По крайней мере, мы узнали правду.

– Женя…

– Что Женя?

– Выходит, она ей не сестра? Это была моя последняя надежда, – прошептала Маша.

– Перестань! Слышишь? Надо действовать! Немедленно!

– Да-да… Действовать…

Она поднялась и побрела к двери.

– Куда ты? – спросила ей вслед Надя.

– К Мише. К Михаилу Алексеевичу.

– Это правильно. Позвони мне, слышишь?

– Да-да…

Маша не помнила, как вышла на улицу. У нее был шок. Вот тебе и незапланированное венчание! Вот тебе и метель! Вот тебе и чудо! Да уж! Чудо!

Она достала мобильный телефон и набрала номер Михаила Алексеевича.

– Слушаю, – сказал тот.

– Мне плохо. Мне нужна твоя помощь.

– Я сейчас приеду.

– Только не домой! Не ко мне домой! – вскричала она. А вдруг там Илья?

– Хорошо. Где?

– Где хочешь. Мне все равно.

– Тогда приезжай ко мне на работу. А там видно будет.

– Да. Так будет лучше.

– Я закажу тебе пропуск.

… В этом здании она искала справедливости семь лет назад, когда погиб брат. Сейчас она искала здесь спасения.

– Что случилось? – спросил Михаил Алексеевич, поднимаясь ей навстречу.

Она не выдержала и разревелась.

– Ну, перестань…

Он обнял ее, погладил по плечам, потом усадил на стул.

– Водичики?

– Что-нибудь…

– Может, выпьешь? У меня есть коньяк, – он вдруг засуетился, полез в шкаф.

– Не надо, – остановила она. – Не хочу…

– Рассказывай, что случилось?

– Дай воды.

Миша налил воды в стакан, поставил перед ней графин и сел напротив, ожидая. Она выпила немного воды и подняла на него заплаканные глаза:

– Помоги мне. Только ты можешь мне помочь. Он усмехнулся:

– Вот даже как.

– Я знаю, ты не обязан этого делать. И отблагодарить тебя я не смогу. Так, как ты хочешь. Но вот видишь, пришла, – сказала она жалобно.

– Ладно, рассказывай.

– Соня заболела. – Она вновь схватила стакан с водой, стиснула его так, что заныли пальцы.

– Серьезно?

– Да. Ей нужна пересадка костного мозга.

– Серьезно. Ну а я-то чем могу помочь?