Джульетта стреляет первой - Сергей Литвинов

А в гостиную поступью царя вошел Максимус.

– Здрасте, – растерянно пролепетала Татьяна.

Великий человек снисходительно улыбнулся:

– Привет.

С видом хозяина сел в самое удобное кресло. Спросил:

– У тебя ватные диски есть?

– Э… да.

– Тащи. И еще водку или лосьон на спирту.

– Но зачем? – захлопала глазами она.

– Как зачем? Олигарх сказал – олигарх сделал.

Он достал из внутреннего кармана непрозрачный пакетик. Извлек из него фабрично запаянный шприц – внутри плескалась бесцветная жидкость. Анонсировал:

– Одна инъекция – и тебе снова восемнадцать. Готова?

Неужели все обошлось? Он ни в чем ее не заподозрил?! И сейчас обратит в юную красавицу?

– Давай быстрей! – поторопил. – Инъекция внутривенная, но я готовился в том числе в медицинский. Будет совсем не больно.

– И я буду выглядеть, как вы?

– Ты будешь выглядеть гораздо лучше.

Что-то беспокоило Таню.

В лице Максимуса.

В зловещей тишине дома.

Пит, несомненно, подслушивает. Как он себя поведет? Вдруг решит, что ее надо спасать?!

– Сейчас я диски принесу. – Таня кинулась в спальню.

Зашипела фотографу:

– Сиди тихо, все под контролем!

Сгоняла на кухню, достала из холодильника водку. Вновь вернулась в гостиную, упрекнула властителя:

– Могли бы одноразовые спиртовые салфетки купить.

– Прости, – кротко отозвался тот. – Не предусмотрел.

Таня, несмотря ни на что, вновь залюбовалась его безупречно молодым лицом.

Села рядом. Протянула руку. Максимус, бережно и твердо, протер изгиб ее локтя дезинфицирующим тампоном. И только в тот момент, когда игла вонзилась в кожу, Татьяна вспомнила:

Частички печени младенца нужно обязательно смешать с собственной кровью пациента.

Но она никакую кровь не сдавала!

Он ее обманывает! Или – убивает?

Таня резко дернулась.

А в следующую секунду раздался выстрел.

* * *

Что было дальше – отложилось в голове обломками мозаики. Звон стекла, грохот мебели. В гостиную врывается Пит. Тело Максимуса с окровавленной головой падает на пол. Шприц отлетает, его игла утыкается в щель между плитками.

Пит бросается к разбитому окну, кричит:

– Я его вижу!

И вспрыгивает на подоконник.

Герой обязан догнать «плохого парня». Как в кино, все справедливо.

Но Таня стонет:

– Не надо! Пусть уходит!

Он оборачивается:

– Но тогда обвинят нас!

– Нам в любом случае крышка. А так ты засветишься.

Фигура убийцы исчезает в перспективе улицы.

Пит не спорит. Отходит от окна.

С любопытством смотрит на мертвого Максимуса:

– Это и есть ваш знаменитый босс?

– Да.

– Ты знаешь, кто его убил?

– Могли как минимум десять человек. Нет, даже больше. Не все здесь превозносили короля-солнце.

– А что в шприце?

– Максимус обещал мне эликсир молодости. Но я думаю, там был яд. Так что спасибо тебе, дорогой убийца.

Таня молитвенно складывает руки и напряженно прислушивается к себе. Вдруг жидкость попала в кровь? И на нее сейчас нападет страшная жажда? Невыносимая резь в животе? Краски поблекнут?

Шприц, правда, почти полон. Таня хватает его, насаживает на иглу колпачок, сует в карман.

Пит подсказывает:

– Паспорт. Деньги. И максимум килограмм самого дорогого.

Сборы занимают минуту.

Выстрел прозвучал громко даже для Матуа, равнодушного ко всему и ко всем. Но на улице – тишина. Полиция безмолвствует. Соседи притворяются глухими.

– Бегом! – командует Таня.

Умчаться на дальний заброшенный пляж. Там хотя бы можно будет повилять. Поиграть в голодные игры.

Пока их обступают дома, Пит бежит молча. Но едва выбегает в поле, командует:

– Стой!

Где-то далеко раздается давно забытый вой полицейских сирен. Таня вздрагивает, затравленно оборачивается.

Пит достает из кармана спутниковый телефон. Гордо говорит:

– Хорошо всегда иметь запасной вариант.

Набирает номер. Отдает короткую команду на неведомом языке. Жмет на «отбой». Улыбается:

– Ну, показывай свою прекрасную фигуру.

Снимает с плеч рюкзак, подает ей гидрокостюм.

– Мы будем до вечера сидеть в воде? – ужасается Таня. – Там ведь акулы!

– Будем отпугивать их. Свистеть в свисток. – Голос его серьезен, но глаза улыбаются.

Когда полицейская машина вылетела на набережную, они уже успели отплыть метров на триста. Стрелять по ним не стали.

А навстречу Тане и Питу уже спешил скоростной катер.

* * *

Таню еще в детстве поразил альбом с каменными истуканами острова Пасхи. Но доехать до края света все не получалось.

А тут – будто Якоб Роггевен^[26] – на корабле приплыла!

Пит упоминал, что сам снимает у местных жителей скромное бунгало, но ее привез в пафосный отель «Explora Rapa Nui».

Пока ехали, сообщил:

– У тебя все включено. В том числе экскурсии. Ты больше как любишь – гидов или побродить?

– А смысл в гидах? Про остров Пасхи – ни единого доказанного факта. То ли Лемурия, то ли Атлантида. Письменность не расшифрована. Откуда взялись истуканы весом в пятьдесят тонн – непонятно. Я думаю, здесь должны быть инопланетяне.

– Я не видел. Но, если ты хочешь, поищем.

– Хотя нет, – вздохнула она. – Больше всего я хочу домой.

– Тогда с утра съездим на пляж Анакена – там вода меняет цвет несколько раз в день. Потом короткая экскурсия, а вечером можно будет вылететь в Чили.

– А у тебя остались связи в местной лаборатории?

– Зачем?

– Хочу знать, что там. – Таня вынула из кармана шприц.

– Лично у меня связей нет. Но я опять прикроюсь именем полковника Ходасевича. Кто он у тебя такой? Даже на острове Пасхи человека знают!