Встретимся в раю - Хейне Баккейд

– Почему вы решили, что он утонул в море?

– Ну, – Юханне смотрит в окно. – Сами посмотрите вокруг. Тут не так уж много мест, где может пропасть старик. Или в море, или в горах. Эти старички бодрые и шустрые, но местные горы… – последнее предложение повисает в воздухе, и она качает головой.

– Он мог добраться до дома в горах? – спрашиваю я.

– Честно говоря, – начинает Юханне, – мы даже не знали, что у него есть дом. Улаф Лунд страдал серьезной деменцией, нуждался в постоянном уходе и восемь лет жил в доме престарелых. И как я уже сказала вашему коллеге, который был тут в начале недели, Кеннет или как-то так, маловероятно, что Улаф Лунд уехал из центра Свольвера, только если сел на автобус или его подобрала машина.

– Так вы виделись с Кенни? – спрашиваю я и поворачиваюсь к ней.

Она кивает.

– Он сказал, вы работаете на известную норвежскую писательницу, которая ищет свою дочь, и напали на след чего-то важного, что и привело вас к нам, на север. Звучит захватывающе, – смеется она. – У нас тут не так много крупных дел, так что это вызвало резонанс в участке. Я так поняла, что все это расследование немного… – Юханне откидывается на спинку кресла, – off the record^[24], как у нас говорят.

– Он сказал что-нибудь еще? – спрашиваю я.

– Рассказал про женщину, на которую вы работаете, про эту писательницу. Мне показалось, между ними что-то есть.

Гуннар бросает на меня взгляд с водительского места.

– Что вы имеете в виду? – спрашиваю я.

– Нет, просто дело в том, как он отзывался о ней, он сказал, она слегка… – Юханне покашливает и продолжает, – распущена, если выражаться на нашем северном диалекте.

– А какую именно формулировку употребил он? – интересуюсь я.

Юханне мешкает секунду.

– Шлюха, – наконец говорит она.

– Когда это было?

– В понедельник вроде, или нет, во вторник. Да, во вторник. Вечером накануне его отъезда. Вообще мы собирались встретиться и на следующий день тоже, но, когда я приехала в отель, мне сказали, что он выехал из номера.

– Он пропал, – говорю я.

– Что?

– Он пропал после того, как вернулся в Осло.

– Думаете, с ним что-то случилось?

Я пожимаю плечами.

Юханне снова наклоняется вперед.

– Это как-то связано с тем делом, которое вы сейчас расследуете?

– Мы предполагаем, что да, – отвечаю я.

– Ого, – говорит Юханне. – Когда он был тут, не делал ничего особенного, в основном сидел в номере или в баре. Я не думала, что дело, которым он занимается, настолько…

– Опасно? – спрашиваю я. – Мы ищем серийного убийцу, сбежавшего из лагеря в России. Думаю, он едет сюда, в горный дом, куда мы сейчас собираемся.

– Вашу мать, – вздыхает Юханне. – Наверное, мне стоило запросить у начальника полиции разрешение на оружие?

– Ну, – говорит Гуннар с едва заметной улыбкой на тонких губах. – Теперь уже слишком поздно.

– А у вас есть? – Лицо Юханне появляется в зеркале заднего вида. – Разрешение на оружие?

– Не-а. – Гуннар качает головой. – Я тут в отпуске.

– А я вообще больше не работаю в полиции, – добавляю я.

Долгое время мы едем молча, и вдруг Юханне приподнимается, хватается за подголовник кресла и машет рукой.

– Остановитесь, – говорит она. На улице идет дождь, и облака, за которыми я слежу с самого Свольвера, кажется, движутся с нами в одном направлении.

– Что такое? – насмешливо спрашивает Гуннар в зеркало. – Хотите развернуться?

– Нет, – отвечает Юханне, широко улыбаясь. – Мы на месте.