Два сапога не пара - Джанет Иванович

- Ммммм.

Он стал разминать мне плечи обоими руками.

– Тебе нужно расслабиться.

- Если я еще немного расслаблюсь, то просто растаю и стеку с сиденья на пол.

Его руки замерли.

– Мне нравится эта часть, где ты растаиваешь.

Я повернула к нему лицо, и наши глаза встретились.

- Нет, - сказала я.

- Почему бы и нет?

- Потому что это кино я уже смотрела, и мне не понравился конец.

- Может быть, на этот раз у меня припасен другой финал.

- А может быть и нет.

Его большой палец отыскал на горле пульс, и когда он заговорил, то голос его был хриплым и шершавым, как кошачий язык.

– А как насчет середины фильма? Тебе понравилась середина?

Середина того фильма была как в тумане.

- Видала я середины и получше.

На лице Морелли расплылась широкая ухмылка.

– Лгунья.

- И, кроме того, предполагается, что мы выслеживаем Спиро и Кенни.

- Не переживай. Рош присмотрит. Если он что-то увидит, то просигналит мне на пейджер.

Хотелось ли мне именно этого? Секса в «бьюике» с Джо Морелли. Нет! Может быть.

- Я думаю, вдруг замерзну, - произнесла я. – Может, и время не подходящее.

Морелли изобразил кудахтающие звуки.

Я закатила глаза.

– Это так по-детски. От тебя только такого отклика и дождешься.

- Нет так нет, - заключил Морелли. – Ты ждешь команды «Мотор!». - Он наклонился вперед и поцеловал меня. – Как тебе это? Такой отклик тебя устраивает?

- Уммм…

Он снова поцеловал меня, а я подумала, ладно, какого черта, если он желает замерзнуть, это его проблемы, верно? Может быть, я и не замерзну. Наверное, я ошибалась.

Морелли дернул в сторону мою рубашку и стянул вниз лямки лифчика.

Я ощутила волну дрожи, которая прошлась по мне, и решила принять ее за озноб от холода… а не как предчувствие погибели.

- Так ты уверен, что Рош просигналит тебе на пейджер, если увидит Кенни? – спросила я.

- Ага, - рот его уже опустился на мою грудь. – Ни о чем не беспокойся.

Ни о чем не беспокойся! Он запустил руку мне в трусики, и говорит, чтобы я ни о чем не беспокоилась!

Я снова закатила глаза. В чем моя проблема? Я взрослая женщина. У меня есть потребности. Так ли уж плохо хоть изредка удовлетворять эти потребности? Сейчас у меня есть шанс заполучить настоящий первоклассный оргазм. И не похоже, что мои ожидания не оправдаются. Я ведь не шестнадцатилетняя дурочка, ждущая предложения руки и сердца. Все, на что я надеюсь, это на проклятый оргазм. И я уверена, черт возьми, что его заслужила. У меня не было приличного оргазма со времен президентства Рейгана.

Я окинула взглядом окошки. Совсем запотели. Прекрасно. Ладно, решила я про себя. И тут же скинула башмаки и сняла себя все, кроме черных стрингов.

- А теперь ты, - обратилась я к Морелли. – Хочу тебя видеть.

Ему хватило меньше десяти секунд, чтобы раздеться, причем пять из них ушло на избавление от оружия и наручников.

Я крепко зажала рот и исподтишка проверила, не капает ли у меня слюна. Морелли был даже более потрясающ, чем я помнила. А я, черт побери, запомнила его выдающиеся особенности.

Пальцем он подцепил мои трусики и одним плавным движением стащил их с меня. Потом попытался взобраться сверху, но стукнулся головой о рулевое колесо.

– Давненько не проделывал это в машине, - заметил он.

Мы протиснулись на заднее сиденье и свались там вдвоем: Морелли в расстегнутой рубашке и белых потных носках, и я - в новом приступе сомнений.

- Спиро мог выключить фонари, и Кенни, может, уже пробрался через заднюю дверь, - опять начала я.

Морелли поцеловал мое плечо.

– Рош узнал бы, если бы Кенни появился в доме.

- Как бы он узнал?

Морелли вздохнул.

– Рош понял бы, поскольку установил прослушку.

Я отпрянула.

– Ты мне не сказал! И как давно дом прослушивается?

-Ты же не станешь раздувать это дело, верно?

- Что еще ты мне не сказал?

- Только это. Клянусь.

Я не поверила ни на секунду. Он снова нацепил свою маску копа. Я мысленно вернулась к обеду и к тому, каким чудесным образом он тогда вовремя появился.

- Как ты узнал, что мама готовит баранью ногу?

- Учуял, когда ты открыла дверь.

- Чушь!

Я схватила сумку с переднего сиденья и вывалила содержимое на сиденье между нами. Расческа, помада, перцовый баллончик, упаковка бумажных носовых платков, электрошокер, жевательная резинка, солнечные очки… черная пластиковую коробочка. Ах, твою мать.

Я схватила жучок.

– Сукин ты сын! Установил прослушку на сумку!

- Это для твоего же блага. Я о тебе беспокоился.

- Какая низость! Это вторжение в личную жизнь! Как ты посмел без моего разрешения!

К тому же еще лжет. Он просто боялся, что я возьму на прицел Кенни, и не сообщу ему. Я опустила стекло и выкинула устройство на дорогу.

- Дерьмо, - сказал Морелли. – Эта штуковина стоит четыре сотни.

Он открыл дверцу и вышел, чтобы подобрать жучок.

Я потянула за дверь и захлопнула ее. Будь он проклят. Мне следовало знать лучше, что значит пытаться работать с Морелли. Я перебралась на переднее сиденье и села за руль.

Морелли попытался открыть пассажирскую дверцу, но она была на замке. Все двери были закрыты, и я не собиралась их открывать. Пусть отморозит свой дурацкий член, это все, что меня заботило. Так ему и надо. Я завела двигатель и убралась, оставив его посередине улицы в рубашке и носках с его приспущенным, как флаг, деревянным привеском.

Я проехала квартал по Гамильтон и тут меня осенило. Все-таки это нехорошая идея оставить голого копа посередине улицы. А что, если поблизости окажутся плохие парни? Морелли, по всей вероятности, даже убежать не сможет в его нынешнем состоянии. Я развернулась и возвратилась тем же путем. Морелли был там, где я его оставила. Руки на бедрах, и выглядел он раздраженным.

Я притормозила, опустила стекло и махнула ему его же пистолетом.

- На всякий случай, - пояснила я. Потом бросила оружие на землю и с ревом умчалась прочь.