Чистильщик - Бретт Баттлз

Квин знал, что у них очень мало времени. Он вновь повернулся к Берроузу. Тот, сморщившись от боли, вцепился рукой в раненую ногу.

Квин прижал его к спинке сиденья и угрожающе произнес:

— Ты, мерзкая тварь. Хочешь верь, хочешь нет, но несколько минут назад я еще не был твоим врагом. — Он приставил дуло пистолета к правому плечу Берроуза. — Убить я тебя не убью. Но больно будет адски.

Берроуз, защищаясь, вскинул окровавленную руку.

— Теперь это уже не обмен информацией, — продолжал Квин. — А одностороннее ее поступление. От тебя ко мне. Усек?

Тот кивнул.

— Зачем подключили к этому делу Офис?

— Таггерт был ненадежным источником, — болезненно скривившись, ответил Берроуз. — Случалось, он поднимал ложную тревогу. Если бы что-то пошло не по плану, последствия могли бумерангом ударить по нам. Поэтому мы направили к нему прикрытие.

— Джилл работала на Офис?

— Да.

Все-таки Питер кое-что от Квина утаил.

— А на кого работал Таггерт? — продолжал допрос Квин.

Берроуз стрельнул глазами в заднее стекло.

— Не волнуйся, твои дружки еще там, — произнес Квин. — Если тебя это интересует. Итак, продолжим разговор.

— Он был сам по себе.

— Внештатный сотрудник?

— Скорее волк-одиночка.

— И чем занимался?

— Исследованием.

— Какого рода исследованием?

— Биологическим исследованием. Так он говорил. По профессии он был вирусологом.

— Значит, он сотрудничал с людьми, которые занимались производством биологических материалов с заданными характеристиками?

— Да, он так утверждал.

— И этим делом заправлял Борко?

— Нет, — ответил Берроуз. — Янсен заявлял, что Борко лишь приводит приказы в исполнение.

— Тогда кто?

— Некто Даль.

— Должно быть, он тебе еще кое-что поведал. Что это было? Оспа? Лихорадка Эбола?

— Нет, нет! — запротестовал Берроуз. — Ничего подобного. Он говорил, что его открытие значительно опередило свое время. И все же мы не были склонны ему верить. Тогда он сказал, что у него есть вещественные доказательства. И мы назначили ему встречу. Но какие бы ни были доказательства, они сгорели вместе с ним при пожаре.

«А может, и нет», — подумал Квин, вспомнив о найденном на пожарище браслете.

— Это уже не имеет значения, — продолжал Берроуз.

— Почему?

— Он был единственным источником информации. Других доказательств его деятельности нет. Я уже говорил тебе, на Янсена нельзя было полагаться. Единственное, что ему было нужно, — это деньги.

Квин горько усмехнулся:

— Вы ему не верили.

— Он мог раздуть из мухи слона. И вполне мог выкинуть что-нибудь в этом роде и на этот раз. Кроме того, он сказал, что к делу привлечен Борко. По нашим же источникам, на протяжении последнего месяца тот не брал никаких заказов.

Квин не мог поверить своим ушам.

— А как насчет убийств? И ликвидации Офиса?

— Обыкновенные междоусобные разборки. Янсен просто оказался в ненужное время в ненужном месте.

— И ты в это веришь?

Берроуз немного помедлил с ответом, потом сказал:

— Да.

— Идиот! — фыркнул Квин.

Он посмотрел назад. За ними ехало несколько машин, но седана среди них не было.

— Ты оторвался? — спросил он Мюррея.

— Не знаю, — ответил тот. — Боюсь, не намного.

— Молодец. Подумай о том, как увеличить отрыв.

— Черт! — выругался Мюррей. — Да я уже и так покойник.

— Не волнуйся, я о тебе позабочусь, — сказал Квин. — У тебя все будет в порядке.

— Каким образом, черт побери, ты собираешься это сделать? — осведомился Мюррей, бросив беглый взгляд на Квина.

— Просто поверь мне на слово.

— И что дальше? Мы ездим по кругу всю ночь напролет.

— Для начала ты меня высадишь, — ответил Квин. — Потом возьмешь себе небольшой отпуск. И где-нибудь недельку отдохнешь.

— Сукин сын! — процедил Мюррей.

— Я не смогу тебе помочь, если попаду в тюрьму, — резонно заметил Квин.

— Не сделаешь ты этого, — слабым голосом вымолвил Берроуз.

— Правда? — удивился Квин. — На твоем месте я бы думал иначе. — Он посмотрел вперед. — Сверни сейчас направо. А потом еще раз направо.

Мюррей сделал так, как Квин ему велел.

— А теперь остановись.

Мюррей подал машину вправо и надавил на тормоз. Квин открыл дверь.

— Не волнуйся, — сказал он, выбираясь из автомобиля.

— Да пошел ты! — рявкнул в ответ Мюррей.

Вместо того чтобы лететь самолетом прямо из Брюсселя, Квин поехал в Амстердам и уже оттуда вылетел в Гамбург. А потом поездом добрался до Берлина. Вышел на станции «Зоологишер гартен»,[37]потом сделал пересадку на линию наземной железной дороги. Обратный маршрут он намеренно выбрал таким запутанным, чтобы исключить всякую возможность слежки. Лишь сменив несколько электричек, он пришел к заключению, что хвоста за ним нет.

В Нойкёльн он возвратился к половине второго дня. Карл-Маркс-штрассе была наводнена людьми, которые, воспользовавшись относительно теплой погодой, выбрались на улицу. По дороге к месту, где они с Орландо разместились на ночлег, Квин зашел в магазин и купил два бутерброда и две банки колы.

Он был почти уверен, что Орландо ушла и в магазине не осталось ни души. Но когда он открыл дверь, то ощутил ее близкое присутствие прежде, чем сумел ее разглядеть.

— Я могла бы прикончить тебя, — сказала она.

Он медленно повернулся. Она держала в руке «глок», направленный дулом вниз, на ноги Квина. Глаза у нее были красные, лицо осунувшееся и бледное. Квин поинтересовался, спала ли она в его отсутствие.