День зимнего солнцестояния - Унаи Гойкоэчеа

– Как по маслу, – сказал Гардеасабаль, держа в руке электрошокер. Он отсоединил провода от пса, достал кусок веревки с пояса и крепко связал все четыре лапы. – Этот больше мешать не будет. Надеюсь, других нет, – добавил он, оглядываясь.

Оправившись от испуга, они продолжили движение к дому. Выйдя на поляну, Педро жестом указал Андеру на что-то между лесом и задней частью дома. Среди сосен виднелся притаившийся сарай.

– Арреги, иди посмотри, что там. А мы пока пойдем к дому, – прошептал Андер.

Их окутывала тьма, и только крики ночных птиц нарушали царившую тишину.

Иван пригнулся и направился к своей цели, а два инспектора добрались до ступенек крыльца и поднялись, стараясь не шуметь. Гардеасабаль повернул ручку, и дверь открылась. Он удивленно посмотрел на Андера. Тот кивнул и мягко толкнул дверь, приоткрыв так, чтобы мог протиснуться один человек. Они вошли.

Прихожая была погружена в темноту. Лучи света пробивались между ступеньками лестницы справа от них. Андер прислушался к звучавшей в доме классической музыке – «Реквием» Моцарта. Пригнувшись, инспекторы подошли к первой ступеньке и начали подниматься, держа пистолеты наготове. Кроме музыки, они не слышали других звуков, которые бы указывали на чье-то присутствие на этаже.

Они поднялись на один пролет. Ближайшая комната была открыта: оттуда-то и лился свет и доносилась музыка.

Внезапно рация Андера издала резкий звук, который эхом разнесся по коридору и заставил его сердце екнуть.

– Андер, в сарае девушка, привязанная к стулу, – протараторил Арреги.

Тогда впервые они заметили движение в комнате. Музыка прекратилась, и послышался звук открывающегося шкафа. Андер и Гардеасабаль бросились внутрь, держа пистолеты наготове. Перед ними, за письменным столом, стоял Гальвес, целясь в них из охотничьего ружья.

– Стойте смирно, оно заряжено!

– Спокойно, Гальвес, мы просто пришли поговорить, – сказал Андер и пригнулся.

– Интересная у вас манера общения, – оскалился Гальвес. – Врываетесь в частную собственность, входите в мой дом с оружием. Инспектор Гардеасабаль, я не ожидал такого от вас. Я думал, мы друзья. Кстати, где вы забыли свою форму? – На его лице появилась ехидная улыбка.

– Что за девушка у вас в сарае? – проигнорировал его Креспо.

Директор прищурился и одарил их злобной ухмылкой. Он крепче прижал приклад ружья к плечу.

– Спокойно, Гальвес, опустите оружие. Уверен, всему есть логическое объяснение, – попытался успокоить его Андер. Он боялся, что директор может случайно нажать на курок.

Мужчина тяжело дышал, и, несмотря на холод, у него на лбу выступили капельки пота. На мгновение показалось, что он начал колебаться. Опустил ствол ружья, растерянно посмотрел по сторонам. Он был готов сдаться, как вдруг схватил со стола телефон и нажал какую-то кнопку. Оглушительный грохот заставил дом содрогнуться. В окнах отразился свет от взрыва.

– Арреги! – закричал Гардеасабаль.

Он выбежал из кабинета и бросился вниз по лестнице. Гальвес воспользовался суматохой, чтобы развернуть ружье, упереть ствол в подбородок и выстрелить.

Андер наблюдал за происходящим будто со стороны. Все случилось слишком быстро. Он не понимал, что творится, но знал, что надо действовать. Разбираться в деталях он будет позже. Стряхнув оцепенение, в которое его погрузило самоубийство Гальвеса, он бросился вслед за Гардеасабалем.

Он слетел вниз по лестнице. Виски пульсировали так сильно, что казалось, вот-вот взорвутся. Сцена, которой он только что стал свидетелем, и беспокойство за состояние Арреги заставляли его двигаться на автопилоте.

Оказавшись на улице, он сразу почувствовал резкий запах топлива и горящего дерева. Жар от огня после взрыва в задней части дома обжигал щеки, резко контрастируя с холодом зимней ночи.

– Сюда, Андер! – Голос Педро вернул его к реальности.

Напарник стоял, согнувшись, у западного фасада дома. Рядом с ним лежал Арреги. Верхняя часть тела агента была обожжена, кровь обильно струилась из раны на затылке, образовывая все большую лужу.

– У него есть пульс, но нужно остановить кровотечение. Я пойду в дом, найду что-нибудь, чтобы перевязать рану, – сказал Гардеасабаль и, когда Андер занял его место, бросился в здание.

Мужчина наблюдал за тяжело раненным товарищем. На лице агента застыла гримаса боли, но он начинал приходить в себя. Арреги дотронулся до ребер и глухо застонал.

– Спокойно, Иван, не двигайся, – подал голос Креспо.

Сначала юноша слабо моргнул, затем еще и еще, пока наконец не смог полностью открыть глаза и сфокусировать взгляд. В этот момент появился Гардеасабаль с тряпками и рулоном прозрачной пленки.

– Молодчина, Социолог! Ты – чемпион, – похвалил он.

Андер заметил слезу, скатившуюся по щеке опытного инспектора.

– Как ты нас напугал, парень. Лежи спокойно, прошу тебя. – Гардеасабаль сдержал желание поднять напарника. – Сейчас мы перевяжем тебе голову.

– Девушка! – взволнованно воскликнул Арреги и снова попытался подняться.

Напарникам пришлось снова удерживать его, чтобы он оставался лежать.

– Ты уверен, что она там была? – спросил Андер, указывая на остатки сарая, которые пожирало пламя.

– Да, – простонал парень, его глаза наполнились слезами. – Посреди сарая, с кляпом во рту. Она была привязана к металлическому стулу, прикрученному к полу. Ее взгляд… этот взгляд. Боже мой! Он был полон чистого ужаса, – прошептал он и разразился рыданиями.

Каждый всхлип безжалостно сотрясал его ребра, но агент не мог перестать плакать.

– Спокойно, Арреги, скоро наши ребята будут на месте, – заверил Гардеасабаль.

– Надо действовать быстро, Гарде. Не забывай, что мы вломились на частную территорию.

Андер пытался разглядеть за ограждением признаки движения.

– Я знаю.

Тот перевязал голову товарища тряпкой и прозрачной пленкой.

– Когда закончишь, позвони в экстренные службы, представься и вызови скорую помощь и пожарных. Затем набери Торресу и расскажи, что мы пришли поговорить с Гальвесом, и опиши, что произошло. Только помни: он сам пригласил нас пройти в дом.

– Понял, шеф, – кивнул Педро.

– Я отнесу собаку в будку и спрячу кусачки в машине.

Андер тяжело дышал, его разум был погружен в хаос, вызванный самоубийством Гальвеса и взрывом сарая. Эмоции переполняли его, наслаиваясь одна поверх другой. Но даже среди этого безумия инспектор почувствовал необходимость остановиться на мгновение рядом с раненым товарищем. Он склонился к его уху и прошептал:

– Ты поправишься, дружище.

Полчаса спустя вокруг и внутри дома Гальвеса кипела активность. Арреги отправили в больницу на вертолете. Гардеасабаль и Андер ждали прибытия назначенного на дело инспектора, чтобы изложить свою версию произошедшего.

Пожарным удалось потушить огонь, который уничтожил сарай и значительную часть прилегающего леса. К счастью, дом пострадал не сильно – только верхняя часть северного