Золотые рыбки - Алена Судакова

— Нет, лежи! — Алена гладила его по плечу. — Береги силы. Семен справится, он сильный!

— Где… Где Долгов? — прохрипел Влад.

— Кто?.. Ах, этот… Не знаю! Он постоянно передвигается. Ходит тихо, осторожно. Ему нужен Семен.

— За… чем?

— Молчи, береги силы! Вадим слышал, как Семен что-то сказал о его матери. А у него пунктик… понимаешь? Он больной человек. В его жизни была только мать. Это табу!..

Лучше объяснить она все равно не смогла бы.

— Помоги подняться…

Тяжело дыша, Влад привалился спиной к дереву. Поискал вокруг себя и стукнул по земле:

— Сволочь! Пистолет…

Алена похолодела. У Вадима пистолет?..

Она вскочила на ноги так быстро, что Влад не успел и руку протянуть.

— Алена… Нет…

Она металась по краю оврага, высматривая Вадима, сталкивалась с деревьями, не чувствуя боли. Далеко он уйти не мог. Он рядом. Она все время чувствовала его.

Собрав силы, Алена закричала:

— Вадим! Я тебя ненавижу! И мамашу твою — тоже! Вы нелюди, и она, и ты!

Ее крик разносился по всему лесу. Пожалуй, так громко она не кричала ни разу в жизни. И страха такого никогда не чувствовала.

Руки повисли плетьми вдоль тела. Из оружия у нее только небольшой камень, лежащий в кармане. Если что, она даже вынуть его не успеет. Теперь Вадим не просто зол, он найдет в ней нового врага. Смертельного врага.

Но как иначе она поможет Семену?

— Долгов!

Она ходила и кричала, оглядываясь по сторонам.

Оглядки не помогли. Туман словно расступился. Алена не успела отпрянуть: сильная рука схватила ее за волосы. Она добилась, чего хотела: Вадим клюнул.

Они остались один на один.

— Ты… не можешь! Я же поделился с тобой… Душу вывернул…

Он закинул ее голову назад. Алена встретилась глазами с его взглядом. Если на свете есть страх, который сковывает, то она его испытала. Осталось держать его столько, сколько сможет.

— Тебе лечиться надо. Ты придурок.

— Ты не можешь — не должна — трогать маму.

— Только не надо указывать мне, что я должна, а что нет!

Голос Алены крепчал. Вадим не прибил ее сразу, а значит, шанс выйти из воды сухой остался.

Едва подумала, как полетела и врезалась спиной в толстый сук старого дерева. От боли на мгновение перехватило дыхание.

Отдышаться Алена не успела: рука Вадима легла поперек горла. Прижала, сдавила хрящи.

— Непослушная девочка…

Говорить Алена не могла — дергалась, как рыбка на крючке. Придушит? Нет, видела по глазам, что он еще не наигрался с ней, не «наказал» до конца. Ему хочется большего.

— Ты боишься меня?

Руку он убрал, дал ей откашляться. У Алены кружилась голова, деревья качались перед глазами.

— Бояться… тебя? Да я даже темноты в детстве не боялась!

Какая замечательная ложь!

— Наверное, поэтому я выбрал тебя, — вдруг сказал Вадим с гордостью. — Ты будешь самой красивой Золотой Рыбкой…

Алена приготовилась к тому, что сейчас раздастся выстрел, полоснет болью по телу. Но в руках Долгова блеснул нож. Ну нет, снять с себя скальп она не даст.

Вытащить из кармана камень и стукнуть Вадима по голове…

Как это получилось, не поняла ни сама Алена, ни Долгов. Он просто отступил назад, приложил руку ко лбу и потом с удивлением разглядывал на ней кровь.

— Ты… не можешь!

— Да все я могу!

Пока он не пришел в себя, Алена вскочила и ударила ему в пах коленом. Вадим согнулся пополам, взвыл, но тут же выпрямился.

— Не спеши, милая…

Идти он не мог. Но у него был пистолет, пригвоздивший Алену к месту.

— Не выстрелишь, — сказала она и поразилась собственному спокойствию.

— Почему? — удивился Вадим. — Я умею… Тут ничего сложного: нажать на курок…

— На спусковой крючок! — поправила Алена. — Не пристрелишь. Ты ведь у нас мастер по резьбе!

Она вспомнила статьи про убитых женщин. Там было написано про трех, а сам Вадим рассказывал про четырех. Получается, одну не нашли? Она должна выжить, чтобы рассказать об этом!

И Алена стала уходить.

— Ты куда? — Вадим направил на нее пистолет.

— Или стреляй, или я уйду.

Он выстрелил. Слабые руки не справились с отдачей: пуля прошла выше Алениной головы.

Второго выстрела Алена не ожидала и испугаться не успела.

Как и Вадим.

Он выронил пистолет и схватился за плечо. Лицо скривилось от боли.

— Что это?

— Пуля.

Алена обернулась. Радовалась ли она когда-нибудь человеку так, как сейчас Краснову? Едва ли!

— Ты все-таки меня нашел!

— Конечно нашел. А ты сомневалась?

Он устал, перепачкался, оцарапался о ветки, порвал куртку, но был рядом.

— Семен!..

— Подожди.

Он притормозил ее бурное «спасибо-ты-мой-спаситель-избавитель», велел отойти в сторону.

— Дай мне взглянуть на этого гада… Ну и жалкое же ты зрелище! Что он тебе сделал? Алена…

На секунду закрыла глаза, словно все уже закончилось и она дома, в безопасности. Но нет, все еще в лесу. И Семен рядом, а это все, что ей нужно.

— Что ты спросил?

— Он тебе что-нибудь сделал?

— Ничего. Правда ничего.

— А это? — Семен кивнул на изуродованную стрижку.

— Это? — она пожала плечами. — Надо же чем-то было заплатить за то, чтобы снова увидеть тебя. Отрастут.

— Сукин сын!

Семен замахнулся, и Долгов присел, прикрыв голову перепачканными в крови и земле руками.

— Сема, там Влад… Он ранен.

— Ранен?! Ах ты…

Но Алена не дала дотянуться до Вадима:

— Оставь его, Владу ты нужнее.

— И ты тоже, встал и пошел…

Вадим понуро поплелся вперед. Семен поднял с земли пистолет Влада, поставил на предохранитель.

— Он много крови потерял и ослаб. Но был в сознании, — говорила Алена по дороге.

Семен связался с оперативниками и попросил прислать «Скорую».

— Ребята на подъезде. У меня руки чешутся прибить эту тварь!

— Он того не стоит! — Алена обернулась и взглянула на Вадима.

Она старалась держаться подальше от него, но его ненависть доставала повсюду. Кого он ненавидит больше: ее или Семена? Она ловила на себе холодный взгляд Вадима, натыкалась на кривую улыбку. Неужели он еще не сдался?..