Бешеный волк - Владимир Колычев

Родион поздоровался кивком головы. Занял свободное место на голых нарах.

– Эй, браток, «бациллы» не будет? – спросил здоровяк.

Бритый затылок, квадратная челюсть, пальцы веером, желваки ходуном. Типичный «бык» их рэкетсменской бригады.

– Нет, – покачал головой Родион.

И многозначительно развел руками. Мол, мены все забрали.

– А у меня есть! – осклабился «бык».

И вытащил откуда-то из-под досок сигарету без фильтра.

Татуированный молчал. Только нет-нет да бросал в сторону Родиона косые взгляды. Пусть как хочет, так и смотрит – это его дело. Только чтобы не оскорблял. Тогда Родион не посмотрит, что он из «коренных», живо к ответу призовет. Это он на воле бизнесмен. А здесь он волк. Чтобы выжить, кого хочешь на части порвет.

Сигарету Родион принял. Закурил.

– У нас тут нормально. – Здоровяк тоже задымил. – Жить можно.

– Жить везде можно, – пожал плечами Родион.

– А ты кто будешь? В смысле пацан или лох?

– Космач я. Заволжская братва.

Родиону было не до разговоров. Но не отвечать западло. «Бык» может поднять волну. А лишние неприятности Родиону не нужны.

– А-а, Космач, – задумался здоровяк. – Что-то слышал… Рынок ты на Луже держишь?

– Слышал про такой рынок.

– А я слышал, что ты «чехов» умыл.

– От кого ты слышал?

– Да ты чо, думаешь, я лох? Я пацан. Из бригады Вити Ломового. Может, слыхал?

– Может, и слыхал, – пожал плечами Родион. – А может, нет.

Москва наводнена бригадами всех мастей и раскладов. А голова не компьютер. Зато «бык» про Космача знает. Вопрос – случайно или нет?

– Да ладно, какая разница, слыхал ты или нет, – махнул рукой здоровяк. – Я это, в рядовых хожу. А ты это, центровой. Говорят, бригада под тобой конкретная. Даже «чехов», и тех влет делает. Уважаю… А тебя по какой непонятке замели?

– За ствол взяли.

– Паленый ствол?

– Экспертиза установит, – ухмыльнулся Родион.

Не нравился ему этот разговор. Но здоровяк продолжал донимать:

– Если паленый, хреновы твои дела… Я это, кадра одного знаю. Он в ментовке когда-то работал. В этом, кстати, отделе. Он всех здесь знает, в натуре. Короче, если ему забашлять, он может ствол увести… Он одного моего кента уже отмазал. Пацан башку одному козлу снес. В кабак пошел, со стволом – дятел потому что. Ну его и повязали. Ну все, говорят, хана тебе, под «вышку» за мокруху пойдешь. Типа, экспертиза установила, что козла того из этого ствола вальнули. Ну все, дело труба. А тут я подсуетился. Кадра того подпряг. Короче, ствол увели, ментов на жопу посадили. А то бы «вышка» была…

– Так ты что, можешь меня с этим кадром свести?

– Да не базар. Если ствол у тебя паленый, чего не свести? Братаны друг друга должны выручать… А у тебя что, паленый ствол?

– Паленый, – кивнул Родион. – Козла одного кончить пришлось. Знаешь, как дело было, да?

– Ну, говори! – заерзал от нетерпения браток.

– А вот как счас на кичу загремел. Разборка там у нас одна была. Ментам, короче, интересно было, что да как. Да я в несознанку ушел. Ну они тоже не пальцем деланные. Это, наседку в хате поселили. Такой же пацан, типа тебя. Что да как, почему. А я его сразу вычислил. Ствол к башке и мозги по стенке…

– А ствол ты как на хату пронес? – очумело выставился на Родиона браток.

– А точно, как я его пронес… Нет, вру, не было ствола. Я сексота голыми руками придушил. Вот так, взял и придушил.

Родион резко сорвался с места, схватил здоровяка за горло и придавил к нарам.

– Ну что, сучье вымя, узнал, кого я пришил? – ревел он.

Как будто зверь в него вселился. Да и он сам был зверем.

Здоровяк дергался, хрипел, пучил глаза. Татуированный смотрел на него и ухмылялся. И на Родиона посматривал. С уважением.

Родион уже собирался отпустить парня, когда послышалось лязганье открываемого звонка. Он разжал руки и вернулся на место. Словно ничего не произошло. Здоровяк схватился за горло, с хрипом бросился к двери.

В камеру вошли трое.

– Что здесь происходит? – строго спросил сержант.

– А ничего, все путем, – ответил за Родиона «коренной». – Это, фраерок тут сам себя чуть не задушил. Массу давил, а потом как схватится за горло…

Мент недоверчиво покачал головой. Но ничего не сказал. А что он скажет? Он разве что-то видел? А здоровяк наседка – или мент, или просто сучара. Без свидетелей его показания – фуфло.

Парня увели. Родион и «синий» остались одни.

– Красиво ты его сделал, – усмехнулся блатарь. – Совсем оборзели мусора, всякую плешь уважаемым людям подсовывают.

– Ты его и сам, вижу, раскусил.

– А как в зенки его гнилые глянул, так сразу и просек. Да и козлом от него за версту воняет… Только он меня не трогал. Тебя ждал.

– Ты кто?

– Я-то? Я Банчик. Меня все знают… А ты, я понял, из Заволжска?

– Из Заволжска. Но про тебя слышал. Ты в законе.

О Банчике Родион всего лишь слышал. Так, краем уха. Вор в законе. Не из самых влиятельных. Но и не последний человек в этом мире.

– В законе, – с чувством собственного достоинства кивнул татуированный. – Про тебя тоже слух идет. С «чехами» у тебя неувязка была…

– Да было дело. Сейчас другие проблемы.

– Да я уж понял… На волыне погорел?

– Погорел.

А других грехов за собой Родион не знал. Все, что вешают на него менты, – дохлый номер.

– Ничего, отмажешься.

– Буду стараться…

– Старайся, старайся, – кивнул Банчик.

Он замолчал, ушел в свои мысли. Да и Родиону не хотелось болтать.

Часа через два в камеру втолкнули Леньчика.

– О, Сергеич! Мы вместе! – прогремел он.

Оказывается, до него менты допрашивали Пашу, Колдуна, еще двух бойцов. Всех развели по разным камерам. А Леньчику досталась хата с Родионом. Значит, никто из пацанов не раскололся. Иначе бы менты знали, что Леньчик – личный телохранитель Родиона. И в одну с ним камеру не оформили.

* * *

В изоляторе Родион провел три дня. Обвинение по факту ограбления с него сняли на следующий день. Прокурор даже постановление не успел подписать. И все потому, что Кондрашов выжил и дал оправдательные показания.

Но незаконный ствол по-прежнему висел на Родионе. И на Паше, и на Колдуне, и на всех, кто был с ним. Все были подкованы. Тут подсуетились адвокаты. Выяснили, что оружие изымалось на скорую руку – без протоколов, без понятых. Само по себе это проблему не решало. Если бы оружие у кого-то одного изъяли, а то у всех. Версия о том, что стволы подсунули менты, не выдерживала никакой критики. Но выкрутиться в принципе можно. Для этого нужно время и деньги. А для начала Родиона и всех остальных выпустили под подписку. Само собой, без стараний адвокатов дело не обошлось.