Тьма чернее ночи - Майкл Коннелли

Аннабел Кроу шла к свидетельской трибуне, и все взгляды в зале устремились на нее. Она была потрясающе хороша, но в движениях сквозила какая-то неловкость. Из-за этого Аннабел казалась и зрелой, и юной одновременно, что делало ее еще очаровательнее. Лэнгуайзер приготовилась задавать вопросы. Она подождала, пока Кроу сядет, прежде чем самой подойти к трибуне.

Босх едва заметил появление последнего свидетеля обвинения. Он сидел, опустив глаза, погруженный в размышления о встрече с двумя агентами ФБР. Они уже взяли след и понимали, что, если арестовать Босха по делу Ганна, то пресса не отстанет. Они могли начать действовать в любой момент.

Лэнгуайзер быстро проскочила этап общих вопросов, установив, что Кроу – начинающая актриса, участвовала в нескольких постановках и рекламных кампаниях, а также сыграла небольшую роль в художественном фильме, еще не вышедшем на экран. Ее история подтверждала, как трудно добиться успеха в Голливуде, – сногсшибательная красавица, оказавшаяся всего лишь одной из множества красавиц в большом городе. Она все еще жила на деньги, присылаемые родителями из Альбукерка.

Лэнгуайзер перешла к более серьезным вопросам, касающимся ночи четырнадцатого апреля прошлого года, когда Аннабел Кроу отправилась на свидание с Дэвидом Стори. После краткого описания обеда и напитков, которыми пара наслаждалась в "Дэн-Тана" в Западном Голливуде, Лэнгуайзер перешла ко второй половине вечера, когда Аннабел вместе со Стори отправилась в его дом на Малхолланд-драйв.

Кроу показала, что они вдвоем выпили целый кувшин коктейля на террасе его дома, после чего отправились в спальню.

– И вы пошли по доброй воле, мисс Кроу?

– Да.

– Вы вступили в сексуальные отношения с обвиняемым?

– Да.

– По обоюдному согласию?

– Да.

– Произошло ли что-то необычное, когда вы вступили в сексуальные отношения с обвиняемым?

– Да, он начал душить меня.

– Он начал вас душить. Как это было?

– Ну, я, наверное, в какой-то момент закрыла глаза, и мне показалось, что он изменил позу или передвинулся. Он был на мне, и я почувствовала, как его рука скользнула мне под шею и он вроде как приподнял мою голову с подушки. Потом я почувствовала, как он что-то надевает мне...

Она умолкла и прижала руку к губам, явно стараясь сохранить спокойствие.

– Не торопитесь, мисс Кроу.

Казалось, свидетельница с трудом сдерживает слезы. Наконец она опустила руку и взяла стаканчик с водой. Отпила из него, потом, снова собравшись с духом, посмотрела на Лэнгуайзер:

– Почувствовала, как он что-то надевает мне через голову на шею. Я открыла глаза. Он затягивал у меня на шее галстук.

Она замолчала и снова отпила воды.

– Вы можете описать этот галстук?

– С рисунком. Синие ромбы на пурпурном фоне. Я его хорошо запомнила.

– Что произошло, когда обвиняемый крепко затянул галстук у вас на шее?

– Я начала задыхаться! – резко ответила Кроу, словно вопрос был глупым, а ответ – очевидным. – Он душил меня. И продолжал... двигаться во мне... я пыталась бороться, но он был гораздо сильнее.

– Он что-нибудь сказал при этом?

– Он все твердил: "Я должен это сделать, я должен это сделать", и тяжело дышал... и продолжал заниматься со мной сексом. Он говорил сквозь зубы. Я...